Единственная для звездных адмиралов (СИ) - Линд Алиса
— Кем⁈ — рычу я.
Вайгир сжимает губы, потом выводит на экран изображение.
На обзорных мониторах сбоку от нашего корабля движется массивное боевое судно. Пока просто ведет, но сенсоры фиксируют направленные на нас орудия.
— Они выходили на связь? — спрашивает Рэйн.
— Никак нет, адмирал, — выговаривает штурман. — На мой запрос не ответили.
Рэйн медленно выдыхает.
В этот момент индикатор связи на пульте загорается красным. Это значит — входящий сигнал.
Рэйн нажимает кнопку и, опершись руками о пульт, произносит:
— Адмирал космических войск Сеорина Рэйнен Савирон на связи. Кто говорит?
18. Рэйн
На экране перед нами возникает размазанная фигура — связь неважная, помехи искажают изображение, но я сразу понимаю, кто перед нами. Брокки.
Низкие жилистые твари с серой кожей, когтистыми пальцами и грубыми морщинистыми мордами. Их зубастые пасти постоянно щелкают, когда они говорят, и раздается характерный «брок».
Эти наемники не уважают никого, кроме тех, кто может заставить их замолчать пулей в голову. Они любят огнестрел, варварские методы и презирают любую военную дисциплину.
— Эй, гнарские псы, брок! — раздается из динамиков низкий, скрежещущий голос. Изображение немного проясняется: в кадре появляется один из брокков, обнажив желтые клыки. — Мы не хотим вас грабить, брок, не хотим сжигать вашу дырявую посудину, брок! Нам нужен только груз!
Люк сжимает кулаки.
— Груз? — хмуро переспрашиваю я, хотя уже знаю, что они скажут дальше.
— Девчонка, брок, с голубыми волосами, — отвечает упырь с серой кожей. — Мы знаем, что она у вас.
Они даже не скрывают намерений.
— Кто вас нанял? — спрашиваю спокойно.
— Разве это важно, брок? — У него на морде проступает насмешка, если это можно так расценить. — Нам платят, брок, очень хорошо. Намного больше, чем стоит ваша жизнь.
Люк делает резкий шаг вперед, встает почти вплотную перед экраном.
— Сколько вам заплатили, космические отбросы⁈ — спрашивает с вызовом.
Брокк на экране мерзко смеётся, но голосов слышится намного больше.
— Достаточно, чтобы до конца жизни не работать, брок, — с довольной мордой заявляет наемник. — Достаточно, чтобы купить свою планету, брок.
Вот оно как. Значит, Шивон представляет просто какую-то запредельную ценность. Что же в ней такого? Не возникает сомнений, что это связано с Нексусом.
— Если вы выдадите груз добровольно, брок, вам не придется страдать, — ублюдок снова гогочет.
Я медленно выдыхаю.
— А если откажемся?
На экране появляется другой брокк. Огромный, с порезами на коже и уродливым шрамом поперек лица. Он ухмыляется:
— Тогда мы возьмём его силой, брок. — Авторитетно чешет подбородок. Этот, похоже, старше по их иерархической цепочке. — У вас три минуты на размышления.
Связь прерывается.
На мостике на секунду воцаряется тишина.
Люк отворачивается от экрана, зло выдыхает.
— Три минуты? Эти гниды уже готовы открыть огонь. — Он бросает на меня знакомый решительный взгляд, который означает «время надирать задницы».
Я смотрю на сканеры. Орудийные системы брокков действительно активны. Даже если мы примем бой, у нас не будет времени на атаку. Они выстрелят первыми.
— На «Пегасе» есть пушка Вейсмара, — говорю я, переводя взгляд на Люка.
— Тогда чего мы ждем? — Его лицо светлеет, хотя и остается напряженным. — Давай разнесем их колымагу!
Я качаю головой.
— Пушка Вейсмара наводится тридцать секунд. Они засекут и выстрелят. Даже если не уничтожат нас, могут сильно замедлить или вовсе обездвижить. Их надо отвлечь.
— Что ты предлагаешь? — цедит сквозь зубы Люк.
Он злится. Это хорошо. Гнев — энергия, а энергия нам сейчас нужна. Я тоже в тихой ярости.
— Вайгир, за пульт управления гиперпрыжками, — приказываю без эмоций. — Обнаружить ближайшую пригодную систему, чтобы прыжок занял не больше пятнадцати минут.
Люк зло-непонимающе смотрит на меня, мол, объясни уже наконец!
— Это наемники, которым обещали баснословное состояние за Шивон, — я теряю время, объясняя, но он иначе просто откажется выполнять приказы. — Пришли эти, придут и другие. Нам надо надежно оторваться и сместить курс. Взрыв их корабля послужит прикрытием для наших инерционок.
Люк кивает, и в глазах мелькает уважение.
— Теперь можно перестать терять время? — спрашиваю с нажимом.
— К делу, Рэйн! — рычит он с досадой.
— Займи место за главным пультом управления, — велю ему, а сам проверяю по сканерам схему диспозиции. Брокки держат нас на прицеле, их корабль стоит почти вплотную. Им это на руку. Для пушки Вейсмара требуется расстояние больше. Я в уме рассчитываю, какая мощность нужна для правильного рывка.
— У нас мало времени, — говорит Люк, сверля меня взглядом.
— Знаю. — Я поднимаю указательный палец, в знак того, чтобы меня не отвлекали.
Нам нужен вектор ускорения в двенадцать тысяч метров на секунду в квадрате, чтобы хвост корабля отдалился достаточно, за это время пушка Вейсмара успеет навестись, и расстояние будет достаточным, чтобы избежать повреждений от взрыва. Значит, мощность… нужна в восемьсот, нет, девятьсот гигаватт. С натяжкой, но пройдем!
Оборачиваюсь к Люку.
— Когда начнутся переговоры, запусти наведение пушки Вейсмара. Затем по моей команде подашь всю текущую и резервную мощность — нужно девятьсот гигаватт — на задний левый маневровый двигатель. Заранее выстави траекторию семьдесят на сорок пять градусов. Шанс будет всего один.
— Вайгир, резерв сорок тахронов на гиперпрыжок.
— Есть, адмирал Савирон, — отвечает он и, поймав мой взгляд, добавляет. — Точка выхода определена.
Я включаю экстренный канал связи с кораблем и произношу громко и четко:
— Всему экипажу приготовиться. Корабль войдет в гиперпрыжок без подготовки. Займите сидячие места и пристегнитесь.
Глушу связь. Это будет очень неприятно, но переживаемо. Лицо Люка озаряет злая усмешка. Он понял, в чем состоит мой план. Теперь осталось только его воплотить. На мостике повисает напряженная пауза, мы ждем включения брокков.
19. Люк
Над пультом снова возникает ублюдская клыкастая харя.
— Ну что, гнары, брок? — ухмыляется мерзкий ублюдок с экрана. Его жёлтые клыки блестят при свете приборов. — Мы ждём вашего решения, брок. Пусть оно будет… разумным, брок.
Рэйн даже не моргает. Его лицо остаётся бесстрастным.
— Мы согласны, — выговаривает тоном, каким ведут мирные переговоры.
Я набираю команду наведения пушки Вейсмара, как мы договаривались, но ничего не понимаю.
— Что⁈ Рехнулся⁈ — выговариваю с рыком.
— Правильное решение, гнары, брок, — наемник показывает в камеру большой палец вверх. — Готовьтесь к стыковке!
Рэйн, с безупречно спокойным лицом, слегка наклоняет голову:
— Принято. Готовимся к стыковке.
Тишина.
Я поворачиваюсь к нему в пол-оборота.
— Ты чего несёшь⁈ — рычу.
План был расхреначить эту колымагу, а не играть в стыковочные игры! И ведь не посвятил меня в детали своей идеи! Единоличник хренов!
— Просто делай, — говорит Рэйн жёстко, даже не глядя на меня.
— Ты меня бесишь, ублюдок, — рявкаю, но пальцы уже тянутся к пульту.
Рэйн не поворачивается. Его лицо остается каменным.
— Не сейчас, — бросает он мне вполголоса.
Я сжимаю кулаки. Шрадов хладнокровный ублюдок! Он же не собирается им сдать Шивон⁈
— Адмирал Савирон, корабль брокков заходит на стыковку, — напряжённо сообщает Вайгир. — Их маневровые двигатели стабилизируют положение.
Я напрягаюсь целиком. Если они пристыкуются, мы уже не успеем отдалиться достаточно, чтобы выстрелить из пушки Вейсмара. И в голове против воли возникает единственная возможная перспектива — бои внутри корабля. Кровопролитно и сложно выигрываемо.
Рэйн напряженно смотрит на схему диспозиции по сканерам, ни на мгновение не отводя взгляд, а потом резко поднимает руку и делает рубящий жест.
