Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"

Теперь же стараниями Серсеи были упущены все три. Королева молчала и слово снова взял карлик.

— Только одно радует меня в произошедшем.

— Что же?

— То, что “разочарованием семьи” в этот раз являюсь уж точно не я.

* * *

Об одичалых жителям юга известно довольно мало. Но с тем, что они, несомненно, являются ворами, убийцами и работорговцами, не будет спорить никто. Вопрос людоедства, колдунства и оборотничества среди этих потомков первых людей можно было даже попытаться обсудить и оспорить, а на тему их связей с великанами или Иными можно было спекулировать сколь угодно долго.

Эти облаченные в шкуры дикари не терпят над собой никакой власти, но уважают силу в любых её проявлениях, равно как и сильных людей. Дикари воруют себе жён, и эти украденные женщины становятся самой настоящей собственностью своих мужей, что не мешает большинству из них идти в бой наравне с мужчинами, демонстрируя независимый дух, отвагу и готовность взглянуть в глаза смерти.

У большинства одичалых нет городов, обработка железа им незнакома, их оружие не назвать иначе как ущербным, а несколько десятков одичалых, собранных в одном месте, тут же начнут резать друг друга и к следующему дню в живых останется в лучшем случае половина. Однако всё это не мешает им объединяться в армии, превышающие численностью десятки тысяч воинов и вторгаться на Север.

Одичалые презирают поклонщиков и регулярно совершают на них набеги, но некоторые из них даже ведут с ними торговлю. Шутка ли, четверть пушнины и янтаря, которые продают северные торговцы южанам, как раз из Застенья.

Эти свободные и чем-то противоречивые жители диких земель даже братаются с бывшими врагами. Многие из дезертиров Ночного Дозора бегут за Стену и становятся частью того или иного племени, достаточно лишь доказать свою преданность новым братьям.

За более чем полтора десятка лет в древнем ордене Бенджен Старк успел повидать многих таких. Он нередко брал в плен или собственноручно казнил бывших братьев. Очень редко, но даже видел, как сами одичалые пополняют собой ряды Ночного Дозора. В основном дети или младенцы — единственные выжившие, оставшиеся после разгрома маленького клана или банды, достаточно большой, чтобы включать в себя много семей.

Однако одичалую, ставшую полноценной поклонщицей, уже немолодой Старк видел впервые.

Чтобы выжить в суровых и недружелюбных для себя условиях, люди готовы пойти на многое. В том числе и на пересмотр собственного мировоззрения, не важно — частично или полностью.

Вель пришлось научиться кланяться и не дерзить — весьма малая плата за то, что голова останется на плечах. Смириться с послушанием Джону Сноу было легче всего. В любом случае указаниям мужа необходимо следовать, как и быть на его стороне. Труднее было научиться грамоте, но девушка справилась и с этим. Самым большим вызовом стало платье. Трудно перечислить, сколько штук вольная женщина изрезала, сожгла или испортила любым другим способом, но теперь она исправно их носила.

Но в итоге все это того стоило — каждый раз засыпая в объятьях Джона, беря на руки Дианну или Родрика и вспоминая, что больше не нужно опасаться прихода Зимы, Вель снова и снова в этом убеждалась.

А вот дядя Джона, несмотря на внешние сходства, Вель совсем не нравился. Этот худой, подтянутый человек с острыми чертами лица не вызывал у девушки доверия. Не помогали ни теплый взгляд серо-голубых глаз со смешинками в них, ни располагающий к себе внешний вид. Бархатный плащ, серебряные украшения и дорогая кожаная одежда не вызывали у девушки доверия. “Ворона останется вороной, как её ни наряди”, думала одичалая.

Словом, их недоверие и некая неприязнь были вполне взаимными. Годы службы научили Бенжена опасаться одичалых, даже тех, кто находится в числе друзей. Вель не стала для него исключением. Ситуацию спасала малышка Дианна — Старк просто не мог проявлять открытую враждебность к матери племянницы, а Вель демонстрировать свой нрав в присутствии дочери.

…

— Не ожидал увидеть одичалую в Винтерфелле, — обратился к Вель Бенджен. — Он довольно далеко от Стены.

— Как и я не ожидала увидеть тут чёрного брата, ведь Стена сама себя не удержит, — не осталась в долгу Вель.

Этот разговор начался довольно неожиданно. Чёрный брат был последним, с кем девушка хотела бы поговорить, а вот сам Старк был в этой беседе явно заинтересован.

— Усилиями моего племянника, защищать её стало гораздо легче.

— Если ваши слова должны были воззвать к любви к собственному народу и племени, а затем зародить зерно злости на Джона, то у вас не получилось.

— Почему же? — улыбнулся чёрный брат.

— Он моя семья и другой теперь у меня нет. Нравится вам это или нет, но мы теперь одна стая, а стая должна быть заодно, иначе погибнет.

— Хороший ответ. Если вы и впредь останетесь верны этой истине, то я буду спокоен за племянника, — в голосе Старка промелькнуло уважение.

— А если вы не будете постоянно лезть в самое пекло, как Джон, то не расстроите его своей смертью.

— Но тогда мой старший брат сможет вздохнуть чуть спокойней. Я не позволю ему такой вольности, — усмешка Старка стала дружелюбной и искренней.

— Поверьте, Джон и сам прекрасно справляется с этим. Взгляните только на седину Хранителя Севера! — Старк засмеялся.

— Кажется, я понимаю, что мой племянник в вас нашёл, — пробормотал Бенджен.

— В основном грудь, — отмахнулась Вель. — Но вы ведь подошли ко мне не ради разговора о Джоне.

— Так и есть.

— Так ради чего?

— Ваши соплеменники. Они рассказывают весьма странные истории, и кто может знать, насколько много в них правды, как не вы?

— Да, великаны и мамонты существуют, — поспешила ответить Вель.

— Поверьте, про них нам сейчас рассказывают меньше всего.

* * *

— Новости со Рва? — спросил Джон у вошедшей в его покои Эшары со свитком в руках.

Сноу знал, что мейстер Лювин верен Старкам больше, чем подобает обычному выходцу из Цитадели. Тем более, что он знал старика всю свою жизнь, но такую вещь, как своя переписка, он бы ему всё равно не доверил. Эддард Старк оказался с сыном вполне солидарен, что немного удивило самого Джона.

— Да, — подтвердила женщина.

— Что-то важное? — спросил Сноу.

— Наши торговцы вернулись из Чаячьего города и Королевской Гавани, не выторговав и медяка, — ответила Дейн передавая сыну письмо.

Наладив вполне успешную торговлю снадобьями с крупнейшими городами Севера и Железными островами, можно было пойти и на освоение новых рынков сбыта. Пришло время обратить внимание и на другие порты Узкого моря. Мало что сможет так же успешно способствовать росту и процветанию Рва, как торговля. Дом Мандерли продал Джону пару хороших торговых судов как раз для этого дела — можно было сбыть товар, а заодно и набрать новых людей для службы.

Однако в итоге всё вышло не так, как изначально предполагал Сноу. Из письма Уэймара Джон узнал, что эликсиры гильдии в столице и крупнейшем порту Долины обложили пошлинами столь грабительскими, что выгодней было не продавать там зелья вовсе.

— Бейлиш? — спросил парень.

— Скорее всего. Хотя и других врагов в столице у тебя достаточно.

— Нужно было прирезать его сразу и сбросить в ближайшую канаву.

— Если бы ты это сделал, то не столкнулся бы с этой проблемой, — отметила Дейн.

— А если бы я вырезал каждого жителя столицы, то наверняка убил бы и нанимателя жалостливых, — фыркнул Сноу.

— Бессмысленное насилие. Можно обратиться к королю, — начала размышлять Эшара.

— Тогда нужно быть уверенным, что за этим стоит именно Бейлиш. Да и королю сейчас явно не до этого. Даже если он освободит наши суда от грабительских пошлин, это лишь разозлит ряд торговых домов. С другой стороны, он может решить наказать Мизинца.

— Нет. Корона в долгах, а мастер над монетой всегда сможет оправдать свою игру против нас необходимостью пополнять казну.