Английский детектив. Лучшее за 200 лет - Диккенс Чарльз
– Если я ничего не упустил, за время своего рассказа вы трижды ссылались на мистера Мертуэйта, Чарльз, – наконец заговорил Браун-Смит. – А что вы можете сказать о нем самом?
– Что я могу сказать? – протянул застигнутый врасплох Ледоу, пытаясь собраться с мыслями. – Да почти ничего. Судя по всему, на именинах у мисс Рэйчел он оказался случайно. По крайней мере, нигде не встретилось ни намека на то, что он чей-то родственник или близкий друг. Зае́зжая знаменитость, не более того. Правда, я не вполне понимаю, чем он так известен. Тем, что посетил экзотические страны, где подвергал свою жизнь всевозможным опасностям? Так ведь то же самое можно сказать почти про любого офицера, служившего в колониях. Тот же злополучный Джон Гернкастл побывал в Индии намного раньше Мертуэйта. Да и мы с вами, дорогой Грегори, в свое время рисковали жизнью в одной весьма экзотической южной стране. Где тоже добывают алмазы. Из-за которых, кстати, скорее всего, и началась та ужасная война – ну, во всяком случае, отчасти. А еще там обитают удивительные птицы, наподобие нашего уважаемого Сангумы. Стало быть, и его можно назвать великим пу… – Умолкнув на полуслове, Ледоу растерянно огляделся. – Грегори, а где же, собственно, наш Сангума? Надеюсь, ничего страшного с ним не произошло?
– Я тоже надеюсь, – с неожиданной беспечностью отозвался Браун-Смит.
Инспектор открыл рот от удивления. Грегори заботился о своем пернатом питомце столь долгие годы, что, казалось, не существует обстоятельств, способных разрушить их трогательную дружбу.
– Как это? – только и смог пробормотать потрясенный инспектор.
– Видите ли, Чарльз, – Грегори не стал терзать его сердце неизвестностью, – похоже, у нашего сычика начался, э-э, брачный период. Так что в последние дни я редко его вижу.
Инспектор тут же ухватился за возможность решить давно мучившую его загадку о происхождении и породе библиотекарского любимца.
– Вот как? – с наигранным простодушием воскликнул он. – Но как же он нашел себе подружку? Здесь, в Лондоне. Он ведь, насколько я понимаю, по происхождению африканец…
– Я предпочитаю не вмешиваться в личную жизнь своих друзей, Чарльз. – Перебив инспектора, Грегори обезоруживающе улыбнулся. – Они же не литературные персонажи, чьи тайны можно обсуждать за чашкой чая.
Ледоу вздохнул, едва сдерживая досаду. Библиотекарь опять с легкостью избежал его ловушки.
– Что же касается мистера Мертуэйта, – как ни в чем не бывало продолжил Грегори, – то он не настолько прост, как кажется на первый взгляд. Вы совершенно верно заметили, мой дорогой друг, что он присутствовал на празднике в качестве приглашенного гостя. Однако вел себя не совсем так, как подобает знаменитости, – почти не притрагивался к угощениям, не развлекал публику рассказами о своих приключениях. Собственно, в разговор он вступил лишь тогда, когда речь зашла об индусах и «Лунном камне». И тут же принялся пугать простодушных провинциалов. Дескать, даже в джунглях Индии я находился в меньшей опасности, чем вы сейчас. Неудивительно, что Фрэнклин Блэк совсем потерял голову от подобных рассказов и решил надежней спрятать алмаз. После чего и завертелась вся эта действительно в высшей степени странная история. В следующий раз Мертуэйт активно вмешивается в события в тот момент, когда фризинголлская полиция арестовала индусов. Его, видите ли, попросили послужить переводчиком при допросе арестованных. Хотя один из браминов говорил по-английски, и все присутствовавшие на именинах мисс Рэйчел прекрасно это слышали. Полагаю, на самом деле Мертуэйта ни о чем не просили, скорее уж он сам напросился. Затем его услуги понадобились для перевода секретного послания, единственный смысл которого мог заключаться в том, чтобы убедить полицию, что алмаз уже в Лондоне. Далее мы встречаем мистера Мертуэйта на некоем званом обеде, где он, помимо всего прочего, объясняет стряпчему Бреффу, зачем к тому приходил индус. А приходил он, по словам нашего прославленного путешественника, чтобы узнать, каков, согласно английским законам, крайний срок выкупа залога. Из этого рассказа проницательный стряпчий, как вы помните, связанный деловыми и дружескими отношениями с семейством Вериндеров, заключает: судьба похищенного алмаза решится не раньше чем через год. Наконец, именно мистер Мертуэйт, снова отправившийся в странствия, сообщает в письме, что видел «Лунный камень» и похитивших его браминов на языческой церемонии в Индии. И вывод из этого послания тоже напрашивается сам собой: алмаз потерян окончательно и бесповоротно. Вот и все, чем отметился на страницах книги мистер Мертуэйт.
Закончив свою пространную речь, Браун-Смит театрально раскланялся и замер в ожидании ответа инспектора, последовавшего почти незамедлительно, хотя и звучавшего несколько невнятно:
– Постойте, Грегори, уж не хотите ли вы сказать… – Инспектор нахмурился, закусил губу, потом прикрыл глаза. – Нет, не получается, – заявил он наконец. – Мы просто заменяем одного сидящего на берегу реки другим. Мертуэйт не мог украсть алмаз, потому что уехал из усадьбы до того момента, когда «Лунный камень» видели в последний раз.
– Знаю, что не получается, – на удивление спокойно согласился библиотекарь. – Откровенно говоря, потому я и завел этот разговор, что не в силах без вашей помощи справиться с загадкой. Здесь нужен ваш опыт, Чарльз, ваша интуиция, ваш талант сыщика, в конце-то концов.
Устоять против такой лести не смог бы даже полностью лишенный честолюбия человек, а Чарльз Ледоу таковым никогда не был.
На сей раз инспектор задумался надолго. Он даже не сразу заметил возвращение Сангумы, обратив внимание на сычика лишь тогда, когда Браун-Смит принялся угощать проголодавшегося любимца мучными червями прямо у него перед носом. Затем библиотекарь снова напоил своего гостя чаем и даже два или три раза украдкой взглянул на часы. Но прервать размышления друга так и не осмелился.
И его терпение было вознаграждено.
– Я вижу только одно возможное решение, – тихо, но торжественно произнес инспектор. – У Мертуэйта был сообщник, имя его – Годфри Эблуайт. Вероятно, они договорились обо всем еще в Лондоне. Мертуэйт узнал об алмазе тем самым способом, о котором проговорился мистеру Бреффу, – из запрошенной в архиве копии завещания Джона Гаркастля. Теперь ему нужно было найти человека, способного ввести знаменитого путешественника в дом Вериндеров. Желательно, чтобы этот человек испытывал финансовые затруднения, тогда с ним проще будет сговориться. А Годфри, как нам известно, такие затруднения испытывал.
Ледоу посмотрел на Брауна-Смита, тот молча кивнул с неопределенным выражением лица, и тогда инспектор продолжил:
– Если предположить, что Мертуэйт действительно путешествовал по Индии, то он вполне мог обзавестись там слугами-индусами. Кстати, раз уж дело принимает такой оборот, о том, что они брамины, мы тоже знаем лишь со слов Мертуэйта. Возможно, он просто выдавал их за браминов, как вы достопочтенного Сангуму за капского сычика.
Сангума обиженно ухнул, услышав такое голословное обвинение, а Браун-Смит таинственно улыбнулся, но промолчал, так что инспектору не оставалось ничего иного, как продолжить свои объяснения:
– На самом деле они вполне могли оказаться кем угодно. Даже и тхагами [106], если судить по тому, что бедного мистера Эблуайта именно удушили, а не убили каким-то иным способом. Возможно, Мертуэйт спас им жизнь в ту пору, когда полковник Слим устроил настоящую охоту на эту преступную касту. И если так, не стоит удивляться ни их преданности хозяину, ни умению выдавать себя за кого-то другого и уходить от преследования. Мертуэйт загодя послал их в имение Вериндеров, чтобы как можно сильнее напугать либо мисс Рэйчел, либо кого-то еще из ее близких. Сильнее всех, как выяснилось, забеспокоился Фрэнклин Блэк. Его и решил использовать Мертуэйт в качестве невольного соучастника ограбления. Пока путешественник продолжал запугивать молодого человека, Годфри сговорился с доктором Канди подшутить над ним, подлив в бокал Фрэнклина настойку лауданума [107]. Вероятно, Годфри добавил в зелье еще какой-то компонент, вызывающий расстройство памяти. Например, настой индийского дурмана.
