Скрипка. Я не буду второй (СИ) - Хеппи Катя
— Меня зовут Энн, — явно дерзит Белова с несвойственным ей видом королевы. — И я девушка Пантеры, поэтому отойди от него подальше.
Блядь, не хочу таких реакций на её слова, но поделать с собой ничего не могу. Стоит лишь облочить её фразу в реальность и пропадаю в фантазиях. Визуализирую Скрипку в качестве своей настоящей девушки…
Сую руки в карманы, когда осознаю, что как маньячина недоделанный уже тянусь к талии Беловой, напрочь забыв о присутствии Ло.
— Дан, ты ничего не хочешь сделать? — наполовину возмущенно, наполовину испуганно от моего спокойствия цедит Воробьева. — Не хочешь объяснить этой бесячей выскочка, где её место?
Уверен, Ло намеренно цитирует меня. Но когда я так называл Скрипку, сам ещё не понимал своих чувствах к ней. А сейчас это закрытый вопрос. Бесперебойная работа сердечной мышцы только в непосредственной близости с Энн говорит все за меня.
Я люблю эту бесячую выскочка.
Люблю её дурацкий пучок и выбившиеся из него завитушки.
Люблю веснушки и такую же солнечную улыбку.
Люблю её глаза, в которых сейчас арктический холод.
— Я знаю свое место. Именно сейчас оно рядом с Даном… — произносит уверенно, но так равнодушно, словно проверяя меня на стойкость.
Смотрю на ее непробиваемое выражение лица и дышать не в состоянии. Хочется вытворить что-то такое, чтобы щеки зардели как маков цвет и свои губки стала кусать. Сегодня она точно не отвертится от жаркого, проникновенного поцелуя. А уже потом мы поговорим… Потому что, если она и дальше останется такой холодной и неприступной, я ничего не смогу до нее донести.
А мне, твою мать, нужно, чтобы она меня услышала и поверила…
— Не нервничай так, Лола. После мероприятия Чернов полностью твой. Мне не нужно от него ничего сверх наших фиктивных отношений… — швыряет в меня, а потом добивает окончательно неподдельной ненавистью в глазах. Сука! — Пантера, я хочу выпить, проводи меня к бару…
Решительно разворачивается, уверенная, что я последую по пятам…
И если еще какой-то месяц назад мне кто-то сказал бы, что я буду подчиняться мелкой заразе, бегать за ней, выбил бы оратору зубы не задумываясь… Потому что чушь… Но сейчас я страдаю худшей херней, вскакиваю с диванчика и преграждаю Беловой путь, чтобы задела меня, когда будет проходить мимо.
Сам охреневаю от того, что творю…
Столкнулась со мной плечом, как я и планировал, замешкалась от этого, а я извернулся и обхватил ее ладонь.
Усмехаюсь над бравадой отчаяния, которая гремит в моем мозгу… Даже не взглянула на меня, лишь мазнула бегающим взглядом наши соединенные руки и понеслась в сторону бара. Я, естественно, двинулся за ней…
Влюбленный до одури сталкер!
Иду немного позади, разглядывая ее одежду — короткое ярко-розовое, как ее губки, платье с длинными фатиновыми рукавами и кружевные босоножки с открытыми пальчиками.
Охренеть, как заводит…
Моя сладкая недотрога…
Очень хочется подойти сзади, отодвинуть вьющиеся прядки и коснуться губами нежной участка кожи за ушком… Знаю, сделай я так, и она задрожит, задышит быстро-быстро, вспыхнет, но я и сам…
Как тяжело, жарко, рвано в груди…
Прихожу в себя, лишь когда Энн останавливается около барной стойки…
Молчит. Смотрит куда угодно, только не на меня.
— Ты хотела выпить? — пытаюсь расшевелить ее холодность, вывести на диалог.
— Я хотела увести тебя от Лолы… — восклицает глухо.
Твою мать, Скрипка, я не делал ничего из ряда вон выходящего… Так откуда эта ненависть… Если думаешь иначе, спроси, потребуй объяснений, покажи свою ревность… Блядь… Не будь такой пустой и равнодушной…
Не ожидал такого… Колошматит совсем нехило…
— Я никогда не пила алкоголь и сейчас не собираюсь пробовать, — также резко добавляет, а потом прикусывает нижнюю губу и глубоко вздыхает, словно готовясь к чему-то страшному. — Дан, через неделю у нас большой концерт. Билеты уже все раскуплены. Не думаю, что сейчас будет уместно шокировать фанатов какими-либо новостями. Поэтому давай доиграем роль влюбленной пары, а уже после концерта закончим наши фиктивные отношения.
Вижу, как она беспокойно топчется на месте. Как разгоняется пульсация в ее груди. Чувствую, как холодеет и подрагивает рука в моей ладошке.
— Доиграем, Энн… — шепчу на ушко, притягивая за руку девушку к себе. Вдыхаю ее запах, невесомо скольжу губами по распущенным волосам. — Закончим, конечно, но не так, как ты думаешь… Клянусь, моей будешь…
Отступаю от нее…
Потому что даже такое легкое прикосновение действует на меня до безумства неправильно.
Сладкая, чертовски привлекательная и нереально бесячая…
С силой выдергивает руку из моей и рычит самоуверенно:
— Fool… Ну ты и мерзавец, Чернов… Ладно, со мной играешь. Так, я и не рассчитываю на другое. У нас фиктивные отношения. Над Лолой то зачем издеваешься?
— Потому что мне похрен на нее… — гремит в голове невысказанная, но до тошноты верная мысль.
Но не Ло мы сейчас будем обсуждать…
— Скрипка, проверим, насколько фиктивны наши отношения? — хватаю за локоть и тяну, Белова на скорости врезается в меня, но сразу пытается отскочить…
Но сейчас я тот мерзавец, которым она меня назвала…
Не отпускаю… Наоборот, с силой вжимаю ее тело в свое, соединяя наши головы лбами…
Ее ладошки упираются мне в грудь, отталкивают.
Но я даже не шевелюсь, впитывая ее ненависть и сопротивление…
Злюсь зверски, потому что она все мои слова, все поступки, все чувства прямо сейчас сливает в унитаз… Ломает все планы… Отбирает шанс и надежду на настоящие отношения…
— Не переигрывай, Пантера! — цедит безразлично, не понимая, что этим подрывает меня еще больше.
— Тебе же нравится? Признайся, Скрипка, что ты кайфуешь от того, что стоишь так близко ко мне… Что дышишь со мной одним воздухом… Что совсем скоро твои губы будут принадлежать мне… Как и ты вся…
— Заткнись… и отойди, Пантера…
— Так заткни… Заткни меня своим поцелуем, Энн…
Замираю у ее губ, но лишь для того, чтобы продлить ее агонию… Чтобы насладиться тем, как она рвано дышит, как судорожно сжимает мое рубашку, как сама приоткрывает для меня свой ярко-розовый ротик…
Глава 42
Ann
— Ты не сделаешь этого! — пищу дрожащим голосом.
— Сейчас проверим… — вцепляется в меня так крепко, что я дышать не могу.
Мне нужен путь к отступление… Просто необходим…
Но Дан придвигается ещё ближе, ещё плотнее. Стискиваю в руках ткань его рубашки, чтобы удержаться, чтобы не съехать на пол.
Вот дура… Сама себя загнала в ловушку…
Зачем только оторвала его от Лолы?
И вообще, почему он так ведёт себя со мной при ней?
А она? Где она? Почему не остановит его?
Поворачиваюсь в сторону в поисках девушки, но Пантера захватывает в тиски мою голову, заставляя немного запрокинуть её.
Все… Сейчас мне точно не вырваться…
Вот только хочу ли я уже этого…
Наши взгляды сталкиваются, и меня опьеняет…
Приоткрываю рот, оправдывая себя тем, что мне просто нечем дышать, но в действительности я уже всем телом тянусь к губам Дана. Пристаю на носочки, подтягиваюсь руками и скольжу дыханием по его подбородку. А потом легонько касаюсь мягких, тёплых губ. Замираю на секунду, а потом прикасаюсь снова, только уже более уверенно. Дан не отвечает мне грубым пожирающим поцелуем, которого я ждала. Это меня расслабляет немного, но провоцирует и дальше самой целовать парня.
Идеальное сочетание его напористых, сильных объятий и моих едва ощутимый трепетных поцелуев.
Все то, что я чувствую, попросту не вмещается в меня… И от этого меня начинает разрывать и неконтролируемо трясти… Ладони Дана соскальзывают с моего затылке и согревающе растирают плечи, руки, спину.
— Энн… — щеки воспламеняются, когда я понимаю, что почти вишу на парне, а он с затуманенной издевательской полуулыбкой рассматривает моё лицо. — Ты сделала это сама, Энн. Сама поцеловала меня. Сама… Потому что хотела… Потому что нуждалась в этом поцелуи… Потому что любишь меня…
