Об огне и заблуждениях (ЛП) - Уимс Кортни
Пока я иду к своей комнате, я прохожу мимо других солдат; их походка уверенна, а лица суровы. Неужели во время вчерашнего нападения… я была единственной раненой? Или я просто проснулась уже после того, как остальные покинули крыло лекарей? Это очередное подтверждение того, насколько мне жизненно необходимо тренироваться.
Приблизившись к своей палатке, я улыбаюсь, заметив Арчи у двери. На кончиках его пальцев балансирует тарелка с выпечкой. Я приглашаю его внутрь, и он заходит вместе со мной.
— Хотел заглянуть к тебе перед спаррингом, — бормочет он с нервной усмешкой.
Я улыбаюсь. — У меня всё хорошо, благодаря тебе.
Он подцепляет одну булочку с тарелки и протягивает мне.
— Пока не хочется, но спасибо.
Он кивает и ставит тарелку на мой стол.
Я делаю шаг вперед, склонив голову набок. — Арчи, я и не знала, что ты так искусно метаешь ножи.
Он краснеет. — Это было мое любимое оружие в детстве… но… метательные ножи на войне особо не применишь.
— Может, и нет. Но из тебя вышел бы чертовски крутой убийца. — Я подмигиваю.
Он смеется и указывает на меня пальцем: — А-а! Вижу, к чему ты клонишь!
И вот он — ни капли вины. Всё тот же неисправимый оптимист.
Я склоняю голову. — Но если серьезно, ты спас мне жизнь, Арч.
Он улыбается мне в ответ, и его грудь раздувается от гордости. В тепле его карих глаз и на раскрасневшихся щеках так и сквозит триумф. Он пытается небрежно отмахнуться: — Я просто сделал то, что должен был.
Я сжимаю его руку. — Спасибо тебе.
Его взгляд надолго задерживается на моем мече, прислоненном к столу. — Кстати, откуда у тебя этот меч?
— Мне, э-э… друг подарил.
Глаза Арчи вспыхивают. — Ого, ну и друзья у тебя! У тебя есть друг из Ближнего круга?
— Что ты имеешь в виду под Ближним кругом?
— Можно? — Он указывает на мой меч.
Я киваю, и он берет его, отступив на шаг.
— После атаки мятежников я нашел твой меч на земле рядом с крылом лекарей. Коул узнал его, так мы и поняли, что случилась беда. Мы заметили вас до того, как мятежник утащил тебя в лес. Когда я только поднял его, я заметил вот это… — Он проводит пальцем по рельефу на рукояти, обводя кольцо из переплетающихся в центре кругов. — Знак Ближнего круга короля. Говорят, они знают королевство лучше, чем сам король…
Он замолкает, осознав, что невольно оскорбил монарха. — Я-я имею в виду, говорят, они знают короля лучше, чем всё королевство… — Он неловко смеется, проводя рукой по волосам. — Ладно, может, я и сам не понимаю, что пытаюсь сказать. Но меч отличный.
Он возвращает его мне. Я смотрю на эфес, украшенный замысловатыми узорами со скрытыми пересекающимися кругами.
Что делал мятежник с мечом из Ближнего круга короля?
***
— Держись подальше от берега. Нам нужно замести твои следы, — окликаю я Дэйшу, когда она приближается к озеру. Как только глубокой ночью лагерь затих, я ускользнула к ней.
Дэйша поворачивается ко мне; в её глазах ловится отражение лунного света. Почему?
— Потому что если тебя поймают, тебя убьют. Помнишь?
Зачем им хотеть моей смерти?
Я думаю о людях, погибших в Пэдмуре. О том, как драконий огонь оставил опалины на булыжниках. О мужчине, который пытался убежать от дракона по улице, а превратился в кучу пепла и теперь остался лишь далеким воспоминанием.
Но эти мысли вытесняются воспоминанием о ней, когда она была еще крошечной. Как она носилась с моим кинжалом в зубах. Как гонялась за бабочкой и пыталась поймать собственный хвост. Уголки моих губ приподнимаются в улыбке. Возможно, если бы они знали Дэйшу так, как я, они бы поняли, что она не угроза.
— Я не знаю.
Сомнение натягивает невидимую связь между нами. Я тут думала… что, если мы доберемся до Земель драконов, а я не понравлюсь другим драконам?
— С чего ты это взяла? Почему ты должна им не понравиться?
А вдруг я другая? Вдруг я не знаю, как быть такой, как остальные драконы?
Я усмехаюсь, похлопывая её по шее. — Неважно, знаешь ты «как» или нет, — важно то, кто ты есть.
Это должно меня утешить? — Она фыркает и толкает меня задком. Я спотыкаюсь, пораженная тем, насколько она сильна. Она подхватывает зубами мою рубашку сзади, не давая мне повалиться лицом вниз.
Снова обретя равновесие, я чувствую укол вины от того, насколько лишней она, должно быть, себя чувствует. Застрявшая в землях, где ей не рады, вдали от своего вида. Лишенная своих природных склонностей и возможностей.
Пожалуй, я знаю, что может заставить её почувствовать себя лучше, пусть даже на краткий миг.
Я забираюсь на неё, карабкаясь на спину, пока она поворачивает голову и скалится в улыбке. Если драконы умеют улыбаться. Я вцепляюсь в роговые наросты вдоль её шеи, ладони уже потеют от волнения.
— Лети.
Она пригибает голову и бросается к озеру. Её крылья хлопают, раздаются раскаты грома, и мы поднимаемся над водой; её когти задевают поверхность. Ветер поет вокруг меня, перехватывая дыхание, пока мы парим. Я не опускаю взгляд ниже её головы, боясь разжать руки и соскользнуть в воду внизу. Ревущий ветер стихает, и она переходит на грациозное планирование.
Медленно я осмеливаюсь глянуть вниз. Отражение луны и звезд сверкает на зеркальной глади озера. Я перевожу взгляд на небо. Вспоминаю времена, когда мать, брат и я кричали в небеса, как сильно мы скучаем по отцу — будто он мог нас услышать. Рассеянно я протягиваю руку вверх, словно могу коснуться звезд. Интересно, смотрят ли они сейчас на меня сверху вниз?
Падающая звезда прочерчивает небо — так быстро, что я почти сомневаюсь, не привиделось ли мне это.
Оставшуюся часть ночи мы кружим под звездами. И впервые за долгое время это заставляет меня почувствовать себя ближе к своей семье, чем когда-либо.
Глава 23. КОТЁНОК
— В связи с последними атаками мятежников мы усиливаем подготовку. Тренировки обязательны для всех позиций аванпоста, — объявляет Коул, стоя в центре тренировочного ринга. Впрочем, Мардж стала исключением для всего отряда. Она заявила, что у неё более чем достаточно опыта и в дополнительных тренировках она не нуждается.
Подозреваю, она просто не хочет признавать, что стара для этого. А Коул слишком умен, чтобы с ней спорить.
Коул первым выходит на ринг и сражается с Карлайлом в рукопашном бою. Движения Коула короткие и резкие, он сдерживает свою истинную мощь. Карлайл обливается потом, защищаясь, блокируя и уклоняясь снова и снова. В отличие от дуэлей с Дэрианом, свидетелем которых я была, этот бой куда более щадящий. Коул валит Карлайла на землю и прижимает его, пока тот не сдается.
Коул обводит взглядом толпу. — Кто следующий?
Я делаю шаг вперед. — Я.
— Я возьму её на себя! — с энтузиазмом встревает Арчи прежде, чем кто-то успевает ответить.
Мы с Арчи стоим в центре площадки друг против друга; солнце бликует на острие моего меча, когда я поднимаю его. Арчи обнажает свой меч, металл звенит, покидая ножны. Во мне бурлит нервозность, смешанная с облегчением от того, что из всех присутствующих я спаррингую именно с ним.
Арчи ждет, когда я сделаю первый ход. Я делаю выпад вперед, занося клинок вверх и вправо. Он уводит свой меч вниз, к моему. Блок. Звон металла разносится вокруг, вибрация отдается в моей руке. Я замахиваюсь снова — блок. Отступив от него, я жду его атаки, но её нет. Он делает шаг вперед, словно собираясь ударить, но медлит.
— Арчи, что ты делаешь? — шепчу я, делая боковой замах. — Сражайся. Со мной.
Он продолжает лишь отражать удары. Я делаю долгие паузы, ожидая его наступления. Хотя втайне я надеялась, что он не будет слишком строг, я не хотела, чтобы всё было настолько просто.
— Мятежникам будет плевать, обучена она или нет, — подает голос Дэриан со стороны.
И на этот раз я с ним согласна. Коул бросает на Дэриана свирепый взгляд, заставляя замолчать, и снова переключается на нас.
