Об огне и заблуждениях (ЛП) - Уимс Кортни
Тени мечутся по лагерю группами: визги, выкрики, грохот. Я прижимаюсь спиной к стене своей комнаты, затаив дыхание и крепче сжимая рукоять меча. Снова воет сигнал тревоги со сторожевой башни, прорезая хаос.
Мне нужно к Дэйше.
Прошмыгнув за здание, я бегу к западной стене, за которой начинается лес.
Дэйша, на нас напали. Я иду к тебе.
Двуногие? — паника натягивает нашу связь до предела. — Я иду.
Нет! Оставайся на месте. Я буду там…
— Нам нужно найти, где хранятся флаконы, — доносится голос с другой стороны палатки.
Мардж в такой поздний час должна быть у себя. Но мысль о том, что она может всё еще находиться в крыле лекарей, беззащитная и уязвимая, заставляет меня резко затормозить. Если её убьют, это избавит нас от риска, что она нас выдаст. Это, по сути, решит все наши проблемы.
Но я не могу.
Просто не могу.
Я должна её предупредить.
Погоди, Дэйша. Мне нужно сделать небольшой крюк, и я буду.
Она ворчит в знак протеста, но затихает.
Я выбираю путь короче, добегаю до крыла лекарей и проскальзываю внутрь. Горящие свечи заливают комнату мягким янтарным светом; Мардж сгорбилась над прилавком, переливая жидкость в стеклянный флакон.
Она резко оборачивается ко мне, прищурившись. — Что ты здесь делаешь в такой по…
— Ш-ш! — шиплю я и одним выдохом задуваю свечи. Зажав ей рот ладонью, я притягиваю её к себе; флакон в её руках падает на пол и разбивается. Увлекая её прочь от прилавка, я оттаскиваю нас обеих в самый дальний угол комнаты. Она отрывает мою руку от своего рта, и в этот миг дверь распахивается настежь. Входят трое мужчин с оружием наготове; они обыскивают комнату взглядом, замечают тонкую струйку дыма от погасших свечей и наконец находят нас.
Дэйша, лети на север так быстро и так далеко, как только сможешь. Как только пересечешь горный хребет, ты будешь свободна.
Что? Я не уйду без тебя!
— Хватайте её, — говорит один из мужчин.
Двое других с грохотом бросаются к нам, наставив оружие.
Я делаю шаг вперед, отпихивая Мардж себе за спину, и обнажаю меч.
Она спотыкается. — Мой посох, Катерина.
Её посох на другом конце комнаты, за спинами наступающих мужчин — прислонен к прилавку. Очевидно, ей пора на покой. Она, должно быть, совсем из своего богами проклятого ума выжила, если предлагает такое. Эта женщина правда верит в меня настолько, что думает, будто мы выйдем отсюда живыми? Что ей действительно понадобится посох, когда я закончу с этой троицей?
Если я продержусь хотя бы двадцать две секунды, прежде чем умру, буду считать это грандиозным успехом.
Мужчины наступают, подходя слишком близко, и я делаю всё то, против чего кричат мой разум и тело. Я поднимаю меч, вкладывая в руку всю силу, которой только могу обладать.
Я, черт возьми, бросаюсь на них.
Я бью сбоку по мечу одного из них. Стоит нашим клинкам столкнуться, как сила его удара вырывает меч из моих рук, отбрасывая его на несколько футов. Противная вибрация отдается в ладони и идет выше, по всей руке. Второй замахивается мне в голову, я пригибаюсь, и металл задевает самые кончики моих волос. Его меч врубается в шкаф рядом со мной, дерево стонет от удара. Мужчина с усилием пытается его вытащить.
Мой взгляд мечется к мечу на полу, до него всего пара футов, но путь преграждает первый нападающий, снова занося клинок. Падая назад, я перекатываюсь на бок, но недостаточно быстро, чтобы увернуться от острия. Жгучая боль полосует мне руку.
Черт. Вот и закончились мои двадцать две секунды.
Рев Дэйши эхом отдается у меня в голове, почти парализуя и мешая сделать следующий ход.
Дэйша…
Яростный треск разлетающегося в щепки дерева заставляет нас всех обернуться к двери. Мужчина, темный и жестокий, как воплощение ночного кошмара, врывается в комнату.
Дэриан.
Он влетает, обуреваемый кипящей яростью, и одним махом сносит голову командиру нападавших. Голова с глухим стуком падает на пол и катится, тело обрушивается следом мгновение спустя. Двое оставшихся замирают, а затем бросаются врассыпную, как тараканы.
Дэриан выслеживает их, нанося удары с грацией и смертоносностью змеи. Холодный, расчетливый и мучительно прекрасный. Несмотря на жестокость момента, я заворожена тем, как легко у него всё получается. Подползаю к своему мечу, хватаю его с пола и вскакиваю на ноги. Все трое незваных гостей лежат на полу в лужах собственной крови. Дэриан озирает комнату.
Наши взгляды встречаются.
В его глазах тлеет неистовство, похожее на необузданный лесной пожар, способный сжечь весь мир дотла. Его грудь тяжело вздымается, губы искривлены в безмолвном оскале, пот катится по лицу. — Где Мардж?
Мардж, прихрамывая, проходит мимо и хлопает меня по плечу; от её прикосновения вспыхивает боль в месте удара. Я зажимаю предплечье, чтобы унять поток крови, сочащийся по руке.
Напряжение на лице Дэриана слегка спадает. — Рад, что ты дожила до следующего дня, Марджи.
Он змеиным движением приближается к шкафу, нащупывая флягу на боку. Схватив бутыль с полки, он переливает содержимое в свою флягу и сам делает несколько глубоких глотков прямо из бутылки.
— Дэриан, — шипит Мардж. — Что я говорила тебе о правилах приличия?
— Учитывая, что я только что спас твою задницу, Мардж, не лезь ко мне с этой чушью про манеры. — Он вытирает губы тыльной стороной ладони, с его губ срывается удовлетворенный вздох. Он ставит бутылку обратно на полку и салютует нам флягой перед тем, как уйти.
Звук колокола вдалеке затихает прежде, чем дверь снова закрывается. — Скверный мальчишка. Даже не потрудился за собой убрать, — цедит Мардж, подходя к окровавленным телам, разбросанным по полу. Она говорит об этом так, будто он оставил на земле груду битого стекла, а не троих изуродованных мужчин.
Она снова переключает внимание на меня. — Иди сюда. Дай взглянуть на твою руку.
Я не позволяю своему взгляду надолго задерживаться на трупах; при каждом случайном взгляде желудок скручивает. Пока её ловкие руки осматривают меня, я смотрю в потолок.
Мардж следит за моим лицом, замечая, как мне не по себе. — Всего лишь поверхностный порез. Позже я тебя обработаю… А пока найди Коула и узнай, может ли он прислать кого-нибудь прибраться здесь? — Она кивает на залитый кровью пол.
Я не спорю.
Затаив дыхание и стараясь смотреть куда угодно, только не вниз, я на цыпочках обхожу лужи крови и выхожу из лазарета.
На смену крикам и хаосу, сотрясавшим аванпост совсем недавно, пришла холодная тишина. Полагаю, мы победили, но жуткое напряжение окутывает лагерь, точно невидимый туман. Куда бы я ни посмотрела — пусто; ни следа нашего отряда, ни нападавших.
Я в порядке, Дэйша. Я в безопасности.
Ты заставила меня волноваться, я думала, случится что-то плохое…
Чья-то ладонь зажимает мне рот, дергая назад. Плечи врезаются в крепкую грудь, холодная сталь меча прижимается к горлу. — Не ори. Не дергайся. Иначе убью. — Слова прошептаны мне в шею грубым, незнакомым голосом.
Инстинктивное желание закричать и вырваться гаснет. — Брось меч, — шипит мужчина.
Мои пальцы сжимают рукоять; металл скользит в руках. Мне не хватит скорости, чтобы увернуться и не дать ему перерезать мне горло, если я попробую бежать. Да и отсутствие опыта в фехтовании означает лишь одно — быструю смерть.
Я роняю меч.
Похититель уводит меня прочь от лагеря. Клинок сползает с горла к спине; его острие покалывает позвоночник, подгоняя вперед. Кровь отливает от лица, пока мы бесшумно уходим от грубых каменных стен аванпоста. Его рука по-прежнему намертво зажимает мне рот.
Мне хочется позвать Дэйшу, но даже если она сможет спасти меня от этого человека, её ждет неминуемая смерть, если её обнаружит отряд Коула.
Мужчина заводит меня под прикрытие деревьев. Я осматриваю землю и замечаю камень. Не давая себе времени на сомнения, я бросаюсь вперед, притворяясь, что споткнулась, и приземляюсь на ладони. Тут же перекатываюсь вправо, ожидая, что его клинок вот-вот обрушится мне на череп.
