Душа для возрождения (ЛП) - Рейн Опал
Велдир содрогнулся так сильно, что вся его сущность рассеялась. Она быстро слилась в его случайные части, оставив его похожим на шелковую ткань, кружащуюся и парящую, обнажая различные части его тела и конечности. Его стало меньше, чем раньше, он стал тоньше, и его было труднее разглядеть.
Осознание этого немного умерило жгучее чувство предательства, которое начало его опалять. Дело было не в том, что она не заботилась о нем, она просто потерялась в собственном прошлом — том, частью которого он еще не стал.
Инграм еще раз провел рукой сквозь ее дух.
— Если я не могу с ней заговорить, как мне попросить ее стать моей невестой?
— Вот, я могу помочь! — воскликнул Алерон, подпрыгнув вперед с вытянутой рукой.
— Я бы не стал этого делать, — заявил Велдир, но было уже слишком поздно.
Инграм замер, наблюдая, как его сородич накрыл всю ее голову сбоку своей огромной рукой. Эмери остановилась рядом с незнакомцем, полностью замерев, словно пробуждаясь к реальности. Затем она повернулась, посмотрела вверх на Алерона, возвышающегося над ней с угрожающе вытянутой когтистой лапой, и издала ужасающий визг.
Она дернула своего спутника вперед, и тот врезался в грудь Алерона, тоже, казалось, очнувшись от транса. Человеческий самец издал рев и практически упал навзничь на Эмери, которая споткнулась о собственные ноги.
На долю секунды они оба оказались совершенно голыми, пока из воздуха с клубом дыма не появилась одежда, окутавшая их тела. Черты лица Эмери вернулись к тем, которые он знал, ее шрам проступил на поверхности, словно прорастающий пепел.
Алерон удивленно вскрикнул и попятился, опускаясь на землю.
— Что это за хрень?! — закричал самец, указывая на костяное лицо Алерона.
Никто из других духов поблизости не замечал происходящего, несмотря на суматоху. Они даже проходили сквозь Эмери и ее запаниковавшего спутника, осевших на землю.
Она смотрела на Алерона, ее грудь тяжело вздымалась и опускалась, прежде чем в конце концов дыхание начало успокаиваться. Она моргнула, посмотрела вверх, вниз, а затем по сторонам. Ее взгляд упал на Велдира, и ее глаза расширились от недоверия.
— Где я? — спросила она, прежде чем снова перевести взгляд на Алерона. Казалось, Инграма она вообще не замечала. — Ты… ты Сумеречный Странник. — Она простонала, схватившись за лоб. — Минуту назад я была в замке, а потом разговаривала с…
Ее лицо замерло, и она резко повернула голову вправо, откинувшись назад. Затем на ее лице засияла самая лучезарная улыбка из всех, что он когда-либо видел, она взвизгнула и бросилась на человеческого самца.
— Гидеон! — закричала она, обхватывая его шею руками и валя на землю. Она перестала обращать внимание на присутствие Алерона или даже Велдира, радостно разрыдавшись. — О боже, Гидеон. Я и не думала, что когда-нибудь снова тебя увижу.
— Что ты делаешь? — спросил Гидеон; одна его рука обвила ее талию, когда он поднял их обоих с земли. — Какого черта ты за меня цепляешься, когда там Сумеречный Странник? Нам нужно бежать.
Эмери рассмеялась сквозь слезы.
— Потому что нельзя умереть дважды, а убегать от Сумеречного Странника — глупо, — хихикнула она, крепко держась за него и пресекая любые его попытки заставить их бежать.
— Умереть дважды? — Его страх исчез, сменившись минутным онемением, прежде чем он продолжил. — В ту ночь… Демон.
— Да. Ты умер.
— Как давно?
— Восемь лет назад, — ответила она.
Выражение его лица стало еще более растерянным, и он в задумчивости уставился в землю широко раскрытыми глазами. Он даже ослабил хватку.
Как бы ему ни хотелось дать ей насладиться этим воссоединением, Инграм эгоистично желал своего собственного.
— Эмери? — тихо позвал Инграм, сделав шаг влево в надежде попасть в поле ее зрения. Он затаил дыхание, гадая, сможет ли она вообще его увидеть или почувствовать его присутствие.
Гидеон резко повернул лицо в сторону Инграма и сжал Эмери, пятясь назад. Лицо Эмери оторвалось от шеи Гидеона, ее губы приоткрылись в изумленном вздохе, глаза расширились. Она перевела этот потрясенный взгляд на Инграма, и в тот момент, когда ее взгляд встретился с его, его тревоги угасли.
— Инграм! — взвизгнула она еще громче, чем когда звала Гидеона. Она даже столкнула мужчину на землю, чтобы освободиться от него, и с распростертыми объятиями бросилась к Инграму.
— Подожди, — прохрипел он, отступая на шаг.
Она подпрыгнула, пролетела сквозь его неосязаемую форму и упала плашмя на лицо. Он отпрыгнул в сторону, подняв руки, почему-то боясь раздавить ее призрачную сущность.
— Ой! Почему было так бооольно? — заскулила она оттуда, куда приземлилась. Велдир рассмеялся над ней, из-за чего Инграм угрожающе зарычал в его сторону, а затем подошел поближе к ее скрюченной фигуре, пока она поднималась на четвереньки. — Почему ты меня не поймал?
Тот факт, что она так доверчиво бросилась на Инграма, заставил его тепло усмехнуться. Глупая бабочка. Она была так рада его видеть, что действовала инстинктивно.
— Меня на самом деле здесь нет, — заявил Инграм, поднеся руку к ее челюсти, удерживая ее там, хотя он и не мог по-настоящему приподнять ее лицо к своему.
Ее губы сжались, когда она полностью осмотрела его.
— Поэтому ты выглядишь как большой фиолетовый Призрак?
На этот раз рассмеялся Инграм.
— Это ты Призрак, Эмери.
Словно не в силах сдержаться, слишком любопытный, чтобы волноваться о том, что это важный момент для Инграма, Алерон сунул свое лицо менее чем в футе от ее лица.
— Это та самая самка, которую ты выбрал? — спросил он, наклоняя голову то влево, то вправо, прежде чем ткнуть ее в лоб. — У нее такие… красные волосы. Ты уверен, что хочешь красную?
Это ответило на вопрос о том, действительно ли Алерон мог видеть Эмери.
— Ее волосы рыжие, и да, она идеальна. — Инграм попытался оттолкнуть его, чтобы тот не теснил их, но случайно просунул всю свою руку сквозь его череп летучей мыши. Он одернул ее с раздраженным урчанием.
Эмери моргнула, глядя на Алерона, ее губы смыкались и размыкались. Она взглянула на Инграма.
— Это Алерон? — прошептала она, из-за чего ее было почти невозможно услышать, так как она и без того говорила очень тихо.
Щемящая сердце радость промелькнула в нем.
Эмери и Алерон знакомятся. Его сородич и его избранная самка смотрели друг на друга. И хотя они находились в одной плоскости, а он — нет, это всё равно удовлетворяло какую-то странную часть его души, о существовании которой он и не подозревал.
Однажды они будут связаны разными нитями, и он надеялся, что они разделят одну из них, даже если она не будет такой же, как та, что была у него с Эмери.
— Да, это мой сородич, — проскрежетал Инграм, жаждая провести когтями по ее волосам и одновременно коснуться крыла Алерона.
Она открыла рот, словно хотела что-то сказать, затем закрыла его. Любопытство на ее лице сменилось чем-то печальным и неуверенным.
— Почему ты здесь, Инграм? — спросил она, и он пожалел, что не может не видеть слез, наворачивающихся на ее глаза, особенно учитывая, что он даже не мог разглядеть ледяную синеву ее радужек. — Мне так жаль, что я не сказала тебе, что происходит. Ты, должно быть, так злишься на меня, но я… я сделала это, чтобы защитить тебя. Тогда почему ты здесь, в загробном мире? Ты не должен быть здесь.
Он не смог помешать ей подняться на ноги и повернуться к нему спиной; ее руки поднялись, обхватив плечи.
— Ты не должен был следовать за мной. Я сделала это, чтобы сохранить тебе жизнь. — Она закрыла лицо и покачала головой, спрятав ее в ладонях. — Только не говори мне, что я сделала это зря.
На мгновение он упал духом из-за того, что она не хотела его видеть или чтобы он следовал за ней, но было нетрудно догадаться, что именно ее так расстроило.
— Я все еще жив, Эмери. — Пока что, но его тело было съедено вплоть до самых верхушек конечностей. Он был просто парящим торсом, и осознавал, что ему осталось недолго. — Я пришел сюда не для того, чтобы умереть.
