Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
— Так и есть, — согласился с дедушкой Баратеон.
Лишь тесно граничащая с безумием отвага лорда-знаменосца и его мечей позволила Эдрику и большей части его лордов уйти из западни живыми. Месть была основной из причин по которой старый лорд Тарт присоединился к восстанию, но мужчина так и не смог обрести её. Он сложил голову, выигрывая время для своего короля и удерживая мост столько, сколько потребуется.
— Не кори себя, мой мальчик. Лорд Сельвин погиб за то, во что верил.
— А значит, мне остается лишь дать ему то, ради чего он сражался.
Вздохнуть Эдрику не позволила Дочь Мары, врачевавшая раненую руку короля. Целебные припарки заставляли раны затягиваться быстрее, а мази помогали телу забыть о боли, однако бинты служительницы Старых богов всё равно затягивали сильно. Резкая боль, заставила юношу поморщиться и помогла забыть о грусти хотя бы на миг.
Эти странные, одетые в мешковатые платья женщины прибились к войску штормовиков после битвы под Фелвудом. Покровительство дома Баратеон позволило старобожью дотянуться аж до Драконьего Камня. Перволюдский орден отправился в Штормовые земли вместе людьми Станниса, чтобы всеми возможными способами облегчить её жителям тяготы войны.
— У него остался преемник? — уточнил Эдрик.
— Единственный сын, утонул в возрасте восьми лет. Дочери Арианна и Алисанна умерли во младенчестве, а Бриенну убили люди Ланнистеров. На счёт бастардов не уверен, но мы их не найдём, даже если Сельвин успел обзавестить несколькими.
— Дом Тарт пресёкся, — мрачно заключил Баратеон. «Этого бы не случилась, если бы я не помчался в самое пекло, если бы немного обождал, если бы отнесся к противнику всерьёз».
— Мой король, — поклонилась женщина, как только закончила с бинтами.
— Можешь вернуться к другим делам, — кивнул ей Элдон.
— Я бы хотела говорить, — склонила голову Дочь Мары. — Если мне позволят.
— Позволить тебе говорить — наименьшее, что я могу сделать, в благодарность за помощь мне и моим людям, — ответил Эдрик.
— Я слышала, что в Ночном Дозоре служит сир Эндю из дома Тарт. Мне неизвестно жив ли он ещё, равно как и близость его родства с покойным лордом Сельвином, однако вы Можете отправить ворона в Чёрный замок.
— Принося клятвы, члены ордена отказываются от семьи и наследства, но я слыхал, что их можно выкупить.
— Если предложить лорду-командующему то, что он сочтёт ценнее своего брата, — подтвердила слова старого лорда, женщина.
Дав совет, и поняв, что сильные мира сего не желают продолжать обсуждения своих планов в её присутствии, Дочь Мары почтительно поклонилась и поспешила покинуть шатёр. Рядом послышались хлопки крыльев и птичье карканье. Большой иссиня-чёрный ворон уселся на землю и наклонив голову стал пристально глядеть на штормовиков.
— Она говорила дельные вещи, — нарушил повисшее молчание Эдрик.
— Однако спешить к ней прислушиваться всё равно не стоит.
— Старобожники помогли кузине Ширен, избавится от её болезни, и теперь помогают нашим людям.
— И их советы, как никогда дельные, мой король, — фыркнул Эстермонт. — Я бы дважды подумал, прежде чем им следовать.
— Королю не следует прислушиваться к тем, кто помогал его дому?
— Королю нужно уметь разглядывать манипуляции столь тонкие, что порой незаметны человеческому глазу. Это старобожье столь уместно, что можно подумать, способно решить все наши проблемы.
Очередное наставление не обошлось без ставшего совершенно привычным стариковского ворчания, но проблемы у Баратеонов действительно были. Войска Эйгона Таргариана не только перекрыли путь на столицу, но были готовы нанести удар по ещё не оправившихся «мятежниках». Оберин Мартелл шёл с юга, отрезая Баратеона от Штормовых земель. Можно было попробовать отступить в земли Простора, чтобы попытаться отсрочить окончательное поражение, но не факт, что пересечение границ королевства с армией за спиной оценят вассалы Мейса Тирелла. Большое войско в чужом регионе непременно создаст проблемы для своего короля, будь то отобранное у крестьян зерно или снасильничанные девки, а они Эдрику нужны не были. Слишком много врагов он нажил в последние месяцы. Да и неизвестно, как поведет себя дотракийская орда. Возможно её кхал осмелится преследовать штормовиков даже на землях Простора.
— Жуткая птица, — голос лорда Эстермонта вывел юного короля из раздумий.
— Жуткая! Птица! — закаркал ворон.
Баратеон задумался. Чудеса творимые по воле «Старых богов» не раз склоняли чашу весов на выгодную для одной конкретной личности сторону, которая каждый раз обращала ситуацию себе на пользу. У короля Эдрика, не было короны, он не правил и года, а Железный трон и вовсе не видел собственными глазами. Однако это не мешало ему понимать, что попросив помощи, ему нужно будет заплатить цену ей соответствующую.
«Уж что-что, а молитва деревьям ситуацию хуже точно не сделает», подумал король, покидая шатёр.
Вечером этого же дня, на военный совет юного короля ворвался взволнованный гонец с не терпящими отлагательств вестями, вестями способными изменить ситуацию. Участок реки неподалёку от лагеря покрылся толстым слоем льда, открывая шторовикам путь к спасению. Молитвы Эдрика Баратеона были услышаны.
* * *
Речные земли
Вражда между Бракенами и Блэквудами длилась на протяжении долгих веков. Кровопролитные войны между этими домами чередовались с примирительными браками. В каждом Блэквуде текла кровь Бракена, равно, как и в каждом Бракене текла кровь Блэквуда, что не мешало пламени вражды разгораться снова и снова. Поход мечей и звёзд подарил этому противостоянию новый виток.
В мыслях лорда Титоса в очередной раз пронеслась осада Каменного Оплота. Когда войско старобожников подошло к замку, можно было смело утверждать, что существованию древнего дома Бракен остались считанные месяцы. Лорд Джонос погиб под Древороном, его силы разбиты, а земли совершенно беззащитны. Овдовевшая леди Бракен заперлась в покоях и всё своё время проводила в молитвах, гарнизон замка пал духом и разуверился в сколь бы то ни было хорошем исходе этой войны.
Леди Барбара, старшая дочь покойного лорда приняла на себя бразды правления и пригласила Титоса на переговоры, как только под стенами замка начали собирать осадные орудия. Барбара сдала замок Блэквудам в обмен на гарантии безопасности для её мачехи, сестёр, подданных и сохранение владений нетронутыми. Так же ей предстояло стать женой сира Бриндена Блэквуда, старшего сына Титоса, что позволит их первенцу унаследовать земли обеих домов и покончить с этой нескончаемой враждой.
Слухи об участии Фреев распространились далеко за пределы Речных земель. В утверждении власти и контроля над Трезубцем Старки сильно полагались на Блэквудов, и истребление их кровного врага в лице Бракенов может пойти этому союзу только на пользу, а значит не стоит давать Старкам повода.
Земли Блэквудов пострадали от войны в то время, как домен Бракенов остался почти нетронутым, а вот с войсками ситуация была противоположной. Союз с врагом не только отсрочит исчезновение дома Бракен на одно поколение, но и улучшит положение обеих домов, сделав их даже сильнее чем раньше.
Длительная осада истощала силы обеих сторон, но при успешно отбитых приступах, позволяла защитнику выторговать для себя более выгодные условия сдачи. Леди Барбара же спасла свою семью от страшной участи, использовав для торга то, в чём так сильно нуждался Ковенант. Время, которое старобожникам не придется тратить на осаду и штурм Каменного Оплота.
Следуя приказу Эддарда Старка, Титос повёл войско на восток как только с осадой было покончено. Деревни, небольшие городки, замки и заставы возвращались под власть дома Талли один за одним. Спустя две недели на горизонте показался Город Лорда Харроуэя, под власть Ковенанта оставалось вернуть лишь десятую часть Речных земель.
На пути старобожников стал замок Дарри, прикрывавший Харренохолл и обеспечивающий контроль над переправой. Для дальнейшего похода на столицу и утверждения полного контроля над Трезубцем его было нужно взять. Титос не тешил себя иллюзиями. Ни сами Дарри, ни их союзники из числа ланнистерских и фреевских недобитков не сдадут твердыню без боя.
