Воины Пустошей Хаоса (сборник) - Вернер К. Л.
— Гребите! — закричал Сигватр, стуча мечом по мачте корабля и размахивая над головой железной трещоткой, словно княжеским штандартом. — Гребите, пока ваши сердца не усохнут, а животы не лопнут! Раз! Раз! Раз!
Команда напряглась, чтобы успеть за бешеным стуком меча Сигватра. Они изо всех сил старались сосредоточить взгляд на палубе, на спине впередисидящего гребца или на собственных ногах. На чем угодно, лишь бы только не смотреть на тьму за бортом корабля. Теперь там можно было увидеть не только глаза. Твари начали обретать форму, обрастая крыльями, когтями и клыками, с которых стекала слюна. Из серого тумана слюнявые демоны стали нетерпеливо пробиваться к кораблю.
Вульфрик больше не стоял на носу. Воин метался по палубе «Морского клыка», кромсая мечом фурий, жаждущих заполучить души его команды. Там, куда устремлялись его клинки, демоны отступали, ускользая за завесу. Но как только капитан разворачивался, чтобы отразить очередную атаку нечеловеческих духов, фурии возвращались, разрывая туман.
Внезапно темнота исчезла, сменившись холодным зимним светом. Ядовитую вонь демонского ихора перебил острый запах морской воды. Сильный морской ветер пронесся по палубе, приободрив задыхающихся матросов, склонившихся над веслами.
Вульфрик рассмеялся и вложил мечи в ножны. Капитан смело бросился обратно к носу своего корабля и поставил сапог на деревянную шею дракона. Он указал кровоточащей рукой на перекатывающиеся волны, которые теперь обнимали «Морской клык». Когда клочья тумана расступились, стал виден простор темной воды, вспененные волны плеснули через борт, когда море возмутилось внезапным вторжением «Морского клыка» в свои владения. Вдали виднелся далекий берег с высокими пиками, поднимающимися из холодного океана и раскалывающими грозовое небо заснеженными вершинами.
— Сегодня мы перехитрили демонов, лишив их ужина! — торжествующе взревел Вульфрик. Его зоркие глаза всматривались в острые утесы побережья Норски. Для остальных членов его команды родина была всего лишь фиолетовым пятном на горизонте.
— Ты знаешь, где мы? — спросил Ньярворд капитана в перерыве между судорожными вздохами.
Вульфрик закрыл глаза, запрокинул голову и понюхал воздух. Этот запах был знаком ему так же, как и тыльная сторона собственной ладони. На лице воина появилось радостное выражение.
— До Ормскаро не больше дня пути, — сказал он волосатому берсонлингу и бросил суровый взгляд вдоль палубы на своих воинов. — Но вы доберетесь туда за половину этого времени.
Ормскаро был расположен в одном из фьордов, врезанных в побережье Норски.
Подобно выброшенному на берег левиафану, город раскинулся на берегу, простираясь до самых утесов и равнин за ними. Глубокие воды фьорда сделали Ормскаро идеальной гаванью для флота изящных драккаров, выстроившихся на якоре у ее берега. Флотилия рыбацких лодок робко пробиралась между боевыми кораблями, направляясь на промысел в открытое море.
Сам город представлял собой скопище земляных длинных домов и бревенчатых пиршественных залов. Плетеные хижины рабов лепились вблизи каменных крепостей ярлов без всякой схемы или повода. Загоны для животных выходили на грязные улицы, их обитатели свободно бродили по поселению, а владельцы доверяли сохранность своей собственности выжженным на шкурах клеймам. Палатки торговцев и ремесленников располагались небольшими кучками там, где позволяло пространство, а яркие вывески рассказывали об их товарах и услугах. Ближе к берегу, на большой деревянной платформе, китобои деловито разделывали тушу огромного черного кита, а другие топили его жир.
Высоко на склонах, возвышавшихся над фьордом, частокол из огромных бревен образовывал стену, ограждавшую всю вершину холма. За частоколом возвышалась вторая стена, сложенная из тесаного камня, которая почти полностью скрывала огромную гранитную башню в центре.
Вульфрик улыбнулся, увидев стену и башню. Башня была древнее человеческой памяти. Ходили слухи, что ее построила та раса великанов, которая правила Норской еще до рождения богов. Поговаривали также, что ее построили сами боги, желая отметить эту землю. Старейшие скальды утверждали, что это вовсе не башня, а скорее хребет отца всех драконов, перерубленный топором Кровавого Бога.
Как бы то ни было, башня стала резиденцией Ормнира, великого конунга сарлов. Он сделал ее своей крепостью и основал город Ормскаро, чтобы у воинов был дом. В Ормскаро сарлы стали могущественным племенем, одним из самых сильных среди северян. Когда Великая армия Азавара Кула выступила против слабых южных королевств, именно внук Ормнира, Ульгра Пожиратель Троллей, повел сарлов в бой. Из горящей скорлупы Эренграда его воины извлекли достаточно камня, чтобы воздвигнуть стену вокруг башни — вечное свидетельство их победы над кислевитами.
Улыбка сменилась презрительной усмешкой, когда Вульфрик подумал о нынешнем хозяине башни Ормфелл. Конунг Виглундр был жалкой тенью своих прославленных предшественников. Поколения конунгов, подобных Виглундру, растрачивали мощь сарлов, позволяя другим норсийским племенам становиться сильнее. Мягкотелые цари Ормскаро стали довольствоваться своим богатством и больше не думали о завоеваниях и радости битвы. Они пользовались своим богатством, чтобы подкупить своих врагов там, где когда-то они воспользовались бы своими мечами и низвергли их.
Виглундр был таким конунгом, интриганом и заговорщиком, не имевшим никакого вкуса к войне. Вульфрик хорошо знал мысли конунга сарлов. Разве не он вел войну, пока Виглундр сидел в безопасности за своими стенами?
— Это глотку конунга ты сейчас раздавил? — вполголоса спросил Сигватр Вульфрика.
Герой оторвал взгляд от далекой башни и уставился на свои руки. Они так яростно вцепились в шею носовой фигуры, что деревянные щепки вонзились в ладони. Вульфрик хмуро посмотрел на старого воина, обеспокоенный тем, что Сигватр так хорошо прочитал его мысли.
— Пусть люди выберут стоянку, — сказал Вульфрик другу. — Мы возьмем провизию, поправим «Морской клык» и наберем команду на замену тех, кого потеряли в горах.
— А что ты возьмешь из Ормскаро? — осторожно настаивал Сигватр.
Вульфрик снова перевел взгляд на башню. На этот раз его взгляд был полон печали, а не ненависти.
— Пока на мне лежит проклятие богов, — мрачно прошептал воин, — я ничего не могу взять из Ормскаро.
Вульфрик повернулся и зашагал прочь, спускаясь в трюм корабля. Сигватр с сочувствием смотрел вслед уходящему другу.
— Но ты все равно пойдешь к ней, — тихо сказал старый воин. — Как бы тебе ни было больно.
Вульфрик долго взбирался на княжеский холм по грязным улицам Ормскаро, заполненным народом. Одетые в меха звероловы с высоких гор несли на плечах шесты, увешанные шкурами бобров и лисиц; закованные в доспехи рабы, на щитах которых были изображены гербы их владык; рыбаки с задубевшей, просоленной морем кожей; волоокие молочницы с крепкими руками, натруженными молочными кувшинами; все они и многие другие проходили мимо героя, идущего через поселение. И все, от самого убогого домашнего раба до самого богатого хускарла, осторожно отступали в сторону, давая дорогу знаменитому герою. Даже овцы и свиньи, бродившие по улицам, спешили убраться с пути Вульфрика, блея и повизгивая от страха, едва почуяв запах избранника богов.
Вульфрик не обращал никакого внимания на окружающий его город. Тот был для него еще более нереален, чем туманные призраки, пытавшиеся поглотить его команду.
С тех пор как боги коснулись его и наложили на него свое ужасное проклятие, для него утратили смысл обычаи людей. Когда-то он восхищался обликом Ормскаро и считал его самым большим городом в стране. Теперь тот же самый облик словно насмехался над ним и наполнял его сердце горечью.
Было только одно, что могло дать ему утешение, хотя бы на несколько драгоценных часов. Он мог оставить заниматься кораблем Сигватра и Арнгейрра. У обоих хватало ума и опыта, чтобы добыть все необходимое, прежде чем они отправятся в следующее путешествие. Им потребуется время, чтобы собрать желающих присоединиться к его команде, их испытанием он сможет заняться завтра. Но сегодня вечером Вульфрик постарается забыть путешествия и битвы, богов и проклятия.
