Дьявол Дублина (ЛП) - Истон Б. Б
Остаток тщательно отрепетированного приветствия вывалился из моего раскрытого рта, когда Кейт закрыла заднюю дверь своего синего седана, показав мне маленькую девочку у себя на руках — не старше четырёх лет.
Она была словно куколка: светловолосая, с большим пальцем во рту и огромными сонными голубыми глазами.
Совсем не похожая на Кейт, такую же черноволосую и притягательную, как её сын.
Кейт тепло улыбнулась мне, но то, как она держала ребёнка, почти используя её как живой щит, дало мне понять, что Келлен был не единственным, кто нервничал из-за этой встречи.
— Очень приятно познакомиться, Дарби. Со мной есть ещё кое-кто, кто тоже рад с тобой познакомиться. Это моя племянница Скарлет. Скарлет, скажи «привет».
Девочка помахала мне, не вынимая большой палец изо рта — четыре растопыренных пальчика зашевелились над её носом.
— Когда она узнала, что мы с её мамой печём торт на день рождения её кузена, она настояла, чтобы я взяла её с собой. Упрямая малышка.
Глаза девочки расширились, когда она огляделась по сторонам. Потом она с чмоканьем вытащила палец изо рта.
— У вас есть овцы?
Она заёрзала, пытаясь вырваться из рук Кейт.
— Мы живём в городе, — объяснила Кейт, поставив девочку на землю. — В Лимерике не так уж много овец.
— У меня есть одна овца, — рассмеялась я, опускаясь на колени перед ребёнком, пока её голова крутилась во все стороны. — Его зовут Влад. Но сейчас он в гостях у друзей. Он очень общительный, так что любит сбегать и играть с другими овцами, когда ему скучно.
— А как ты его находишь? — нахмурилась она.
— Ну, если бы он был белый, мы бы ставили на нём синее пятно под цвет дома. Но его шерсть чёрная, так что его легко узнать.
— Чёрная овца! — Скарлет посмотрела на тётю, но Кейт её уже не слушала.
Её взгляд был прикован к чему-то за моей спиной.
И в глазах стояли слёзы.
Мне не нужно было оборачиваться, чтобы понять, на кого она смотрит. Но я всё равно повернулась.
Келлен стоял примерно в десяти футах от нас, с нечитаемым выражением лица и настороженным взглядом, направленным на недостающую часть самого себя. Он так ждал этой встречи, но теперь, когда она была здесь… боль, исходящая от него, была невыносима. Он пытался отключить свои эмоции, я это видела. Точно так же, как тогда, когда он сдался ОИБ. Когда он прощался со мной. Мне отчаянно хотелось забрать у него эту боль. Этот холод. Но я не могла.
Всё, что мне оставалось, бросить на Кейт взгляд, говорящий: «Ещё раз причинишь ему боль — и я тебя убью», и попытаться понять, что делать с ребёнком.
— Скарлет, — сказала я, нарушая тишину, — я хочу познакомить тебя с Келленом. Сегодня у него день рождения.
Светлые бровки девочки сошлись в недоумении, прежде чем она снова посмотрела на Кейт.
— Ты сказала, что сегодня день рождения моего кузена.
— Так и есть, милая, — хрипло ответила Кейт, её голос был на грани срыва. — Это он.
Скарлет нахмурилась и снова посмотрела на Келлена.
— Но он такой старый.
Келлен и Кейт рассмеялись одновременно, их короткие смешки прозвучали в унисон, и в этот момент я поняла.
Всё будет хорошо.
Келлен подошёл и, встав рядом со мной, наклонился и протянул руку своей кузине, будто за всю взрослую жизнь ни разу не встречал детей.
— Приятно познакомиться, Скарлет.
Она оглянулась на Кейт, которая кивнула в знак одобрения, затем повернулась обратно и с энтузиазмом хлопнула его по ладони.
— Дай пять!
— Скарлет, — я улыбнулась, стараясь не рассмеяться, — хочешь пойти со мной поискать фей?
— Фей?!
— Именно. — Я встретилась взглядом с Кейт, убедившись, что она не против, прежде чем протянуть руку. Скарлет без колебаний схватила её. — Они живут вон там, в тех лесах, но их очень трудно найти.
Когда мы повернулись к дому, взгляд Келлена смягчился, скользнув по нам двоим, и что-то внутри меня расцвело.
— Обязательно зайдите внутрь и возьмите печенья, прежде чем пойдёте, — сказал Келлен, обращаясь к Скарлет, но совершенно неподобающий жар в его взгляде предназначался мне. — Говорят, заварные кремовые — их любимые.
Я бросила на Келлена предупреждающий взгляд, прежде чем увести ребёнка подальше от беспорядочного, болезненного мира взрослых, в утешительные объятия магии, так же, как когда-то мой дедушка сделал для меня.
— Ты умеешь быть совсем-совсем тихой? — спросила я, наслаждаясь тёплой пухлостью её маленькой ладошки в моей. — У фей отличный слух, и если они почувствуют человека рядом, то исчезнут вот так.
Я щёлкнула пальцами, и Скарлет прыснула со смеху.
— Я могу быть тихой, — сказала она, демонстрируя лучшую походку на цыпочках. — Видишь?
— Ого. Это очень тихо, — я открыла кухонную дверь и жестом пригласила её войти.
Когда Скарлет прошла под моей рукой, она спросила:
— А ты когда-нибудь видела фею, мисс Дарби?
Мой взгляд скользнул поверх её головы к мужчине, стоящему на подъездной дорожке. Келлен стоял прямо и уверенно, лицом к своей самой глубокой, самой старой ране — со скрещёнными на груди руками и лицом, твёрдым, как отполированный камень. Это была непробиваемая броня, но я знала, что за ней прячутся заплаканные глаза и рассечённая губа немого мальчика, которого я встретила в лесу много лет назад.
— Видела, — тихо ответила я, не в силах отвести взгляд.
— Правда? — ахнула Скарлет. — А как она выглядела?
— У него были дикие волосы, как чёрное пламя, и глаза цвета дыма. И он был грустным и напуганным…
И хотел убежать.
Я видела это по тому, как были напряжены плечи Келлена и как твёрдо он стоял, сейчас он тоже хотел убежать. Спрятаться. Защитить себя. Но когда Кейт достала с пассажирского сиденья белую коробку с тортом и повернулась к нему, её ладонь прижалась ко рту, заглушая рыдание, я увидела, как тот маленький мальчик храбро шагнул вперёд.
И обнял свою маму.
Я тихо закрыла дверь, чтобы не мешать им, и повела Скарлет в дом.
— Но сейчас он намного счастливее, — улыбнулась я, и моё сердце было полно, как никогда прежде.
— Из-за печенья? — спросила она, слушая лишь вполуха и глядя в окно кухни на пастбище, лес и фиолетовую гору за ними.
— Именно, — рассмеялась я. — Добрый народ любит печенье.
Примечание автора
Надеюсь, вам понравился Devil of Dublin. Я знаю, что это была тяжёлая книга, но, работая над ней, я очень старалась открыться космосу и стать проводником для той истории, которая сама хотела проявиться. Я не строила сюжет. Не делала планов. Вместо этого я много гуляла, медитировала и смотрела в окно — и именно так я открыла для себя Гленшир, красивую вымышленную деревню, вдохновлённую перевалом Моллс-Гэп в графстве Керри, Ирландия. Я видела домики, выкрашенные в цвета конфет, и овец с нарисованными краской отметками, разбросанных по холмам. Я видела своего дедушку, стоящего на коленях на лугу с озорной искоркой в глазах. И я видела мистический лес за этим лугом, ведущий прямо к Фиолетовой горе в национальном парке Килларни. За исключением образа дедушки Пэта, я не собиралась включать в эту книгу ничего личного, но когда начала снимать слой за слоем с Гленшира, то обнаружила, что в этой земле зарыты секреты моей собственной семьи.
Настоящий дедушка Пэт был гордым ирландцем, который растил своих детей в тесно сплочённом ирландско-католическом районе здесь, в Соединённых Штатах. Их община сохраняла те же культурные нормы и традиции, что и в Ирландии того времени, а это означало, что вся их жизнь вращалась вокруг церкви. Моя мама и её сёстры учились в католической школе для девочек, каждое воскресенье ходили на мессу — если только не были при смерти, и никогда не получали никакого образования о сексе или репродукции. Поэтому, когда моя тётя Кейт забеременела в очень юном возрасте от влиятельного члена их церкви, её отправили в католический дом для беременных, управляемый монахинями, похожий на Дома матери и ребёнка в Ирландии.
