Главный подонок Академии (СИ) - Мэй Тори
На последнем лежат распечатанные листы с изображением шахматных схем, а на кромке монитора я замечаю яркий стикер с с надписью «21:00 время Ренаты!».
Время Ли и Беса.
Да, блядь!
Впервые чувствую укол совести. Премерзкое ощущение, как и все остальные, которые открылись мне в последнее время: ревность, привязанность, совесть, сострадание, уязвимость, страх потерять.
От долбанной надписи печет под ребрами.
Нужно сказать ей.
Недосказанность между нами стремительно превращается в пропасть, где я рискую похоронить наше и без того шаткое доверие, если не признаюсь.
Чем дольше я молчу, тем сложнее становится это сделать.
«Слушай, помнишь Бессмертный предал и унизил тебя? Так вот, это был я.»
Так?
Нет. Сейчас не время.
Через неделю Рената вернется в Альдемар, и мы поговорим.
За это время я должен подобрать правильные слова. Я же оратор, мать его.
Сглатываю горечь во рту.
И да, человек моего склада должен быть свободен от лишних эмоций и сохранять холодную голову в любой ситуации, но программа давно дала сбой.
— Кровать на пружинах, сильно не раскачивайся, — смеется Рената, явно путаясь в постельном белье.
— Давай помогу, у меня получается лучше, — забираю у нее простынь. — Сбежишь ко мне ночью?
— И не надейся! Тебя вообще здесь быть не должно! — шипит и добавляет тише: — Но я рада, что ты напросился…
— Я тоже рад.
— Завтра перед отъездом хочу взглянуть на твой город.
— Зачем? Здесь живут одни отбросы.
— Не задавай лишних вопросов, иначе я расскажу маме Дине про Таро.
— Ни в коем случае! Ты не смотри, что мама добрая, она страшна в гневе!
— Вот и не выделывайся, — накидываю на нее одеяло и притягиваю к себе.
Рената впечатывается в меня, но замирает, прислушиваясь:
— Кажется, тебе звонят…
Нащупываю в кармане телефон и, взглянув на надпись Бушар, сбрасываю.
— Неважно.
— Двенадцать ночи, что ему надо?
— Понятия не имею, — сбрасываю, кидаю телефон на тумбочку и умалчиваю о том, что Дамиан любит поздравлять именинников раньше всех. — А теперь поцелуй, меня ведьма.
Пусть в этот раз первой будет она.
47. По праздникам
Напоминаю, что картинки к главам, обсуждения героев и больше общения с автором в моем телеграм-канале Тори Мэй. Присоединяйтесь!
Рената Сафина
— Доброе утро, Ваше Величество! — резким движением расшториваю окно, впуская яркий дневной свет. — Не хотела Вас будить, но уже непростительно много времени.
Илай резко садится и в недоумении вертит головой.
— Который час?
— Почти двенадцать, — сажусь на край кровати.
— Впервые так отключился.
— Сладко спалось на розовой кроватке, принцесса? — ерошу светлые волосы, заставляя его ухмыльнуться.
— Что там с погодой?
— Ураган закончился, пишут, что расчищают трассы, — произношу с некоторым сожалением. — Пока не открыли дорогу, могу показать тебе город. Если не передумал.
— Нет. Я хочу посмотреть на твою жизнь.
Спустя полчаса, быстрый поздний завтрак и нытье Дарины взять ее с собой, мы с Белорецким выходим на улицу. Погода остается ветреной, но достаточно комфортной для прогулок.
— Что тебе показать в первую очередь? — любопытствую.
— Покажи самое значимое, — он открывает мне дверь. — Садись, мне нужно взять кое-что из багажника, — Илай исчезает за машиной.
Устраиваюсь поудобнее, пристегиваюсь и чувствую в кармане вибрацию телефона.
— Алло? — отвечаю на незнакомый номер.
— Ведьма, Илай с тобой? — без приветствия спрашивает Бушар. — Мы его найти не можем.
— А где волшебное слово?
— Не выделывайся. Если с тобой — дай трубку, я поздравлю придурка.
— У него день рождения?
— У-у-у… Дешевка не в курсе, — цокает он, а затем я слышу гудки.
— Гребаный грубиян! — ругаюсь в погасший экран. — Но спасибо за информацию.
Значит, у Белорецкого день рождения? Он поэтому хотел провести выходные вдвоем? Это так мило, что ведьминское сердечко пропускает удар.
И как всегда — мне ни слова.
Ладно, скрытный Скорпион! Будет тебе праздник.
Илай садится в салон, и под немым наблюдением любопытных глаз, глядящих из каждого окна, мы трогаемся с места.
Телефон Илая автоматически подключается к дисплею, и я замечаю с десяток пропущенных звонков и сообщений. Он просто смахивает их в сторону, включает музыку и мы едем в сторону моей школы.
По дороге устраиваю ему импровизированную экскурсию, кивая на проплывающие мимо места:
— В этот ларёк мы бегали на большой перемене, — показываю на кирпичную постройку. — А за теми гаражами прогуливали уроки.
— Ты прогуливала?
— Конечно! А ты нет? Хотя, не отвечай, и так ясно.
Паркуемся у невысокого металлического забора, прутья которого скреплены буграми сварки.
— Добро пожаловать! — шагаю к низкой ограде, защитная функция которой носит чисто символический характер. — В выходные закрыто, так что махнем через забор.
Ставлю ботинок на поперечину, перекидываю ногу и приземляюсь в снег. Белорецкий тяжело вздыхает и повторяет за мной.
— Зачем на земле столько покрышек? — чертыхается он, споткнувшись об одну из заснеженных клумб.
— Летом здесь растут цветы.
— В колесах? — прищуривается, пытаясь разгадать логическую неточность.
— Ты как с другой планеты, ей-Богу, — прыскаю и беру его за руку. — Пойдем заглядывать в окна.
Я училась в самой обычной общеобразовательной школе, в Н-образном здании с высоким крыльцом, расчерченным для уроков физкультуры асфальтом и двором с тополями, чье весеннее цветение липло к подошвам и тянулось за тобой до самого дома.
— Вот в этом коридоре мы с девочками красовались на переменах, — хихикаю, заглядывая в школу через стекло. — А в конце коридора было мое любимое место.
— Библиотека?
— Бинго!
— А как ты добиралась сюда? — Илай отрывается от окна.
— Пешком, — пожимаю плечами. — Далековато, но это было самое веселое! Топтать лужи с друзьями или заходить по пути к кому-то в гости. Несколько раз, правда, приходилось драться по пути, когда шпана местная налетала, но в целом проблем не возникало.
— Потрясающе, — язвительно произносит он.
— Да ладно тебе, это жизнь большей части людей. Не всех возили в частные гимназии.
— Ты занималась дополнительно? С репетиторами?
— Шутишь? Конечно нет. Я много занималась сама, плюс нам повезло с учителями. Не такими пафосными, как твоя бабушка, но именно они дали мне основу, да еще и мой характер бунтарский выдержали.
— Не зная тебя, я был бы уверен, что ты училась за границей.
Горько ухмыляюсь. За рубежом училось мое альтер-эго — Лилит.
Как хорошо, что с Илаем мне не приходится выдумывать несуществующие факты для своей биографии.
В порыве нежности льну к его руке, даже через верхнюю одежду ощущая его ровное тепло его энергетики. Мой ледяной принц тает?
Делаем круг по территории школы, переключаясь на обсуждение преимуществ и недостатков цифровизации среднего образования, и, замерзнув, возвращаемся к машине.
— Знаешь, чего мне вдруг захотелось? — произношу хитро.
— Меня.
— Пф! — бью его по плечу. — Мне захотелось сладенького! Заедем в кондитерскую?
— Заедем, — произносит с улыбкой.
— Ой… — замедляю шаг.
Издалека замечаю, что возле тачки Илая кто-то трется, иными словами это не назовешь. Становится тревожно: две фигуры в черных куртках заглядывают в салон, а затем переключаются на нас.
— Кажется, я знаю их, — говорю Илаю с фальшивым облегчением. — Они учились на пару лет старше.
— Вот и познакомимся, — равнодушно отвечает Илай.
— Только умоляю, не огрызайся, — предупреждаю, зная характер Белорецкого. — А лучше сделай вид, что ты немой, а говорить буду я.
— Молчать? Ты не по адресу с просьбой, Рената, — с усмешкой произносит он, а вот мое тело напрягается.
