Дьявол Дублина (ЛП) - Истон Б. Б
Мои бёдра прижимались к его жадному рту, пока я стонала, извивалась и цеплялась за его ладонь, будто она была единственным, что удерживало меня в реальности. Наслаждение было запредельным. Слишком большим, чтобы уместиться внутри тела. Он поднимал меня всё выше и выше.
И когда я наконец подлетела слишком близко к солнцу, Келлен был рядом, чтобы поймать меня, когда я рухнула обратно на землю.
Падение оказалось сильнее всего, что я когда-либо испытывала. Я вцепилась в его руку, обхватила бёдрами его голову и выкрикивала его имя, катясь назад сквозь мили экстаза, отделяющие меня от земли. Но он опустил меня мягко, и когда я наконец приземлилась, в глазах стояли слёзы.
— Келлен, — прошептала я.
В этом слове было и изумление, и невыносимая нужда в нём. После такой высоты мне нужно было чувствовать его тело на своём. Нужно было, чтобы он вдавил меня в пол своим весом.
Положив ладони на его грубые щёки, я направила его вверх по своему телу, пока его грудь не прижалась к моей.
Его длина скользнула между моих ног, и я приподняла бёдра.
— Пожалуйста, — только и сказала я.
Келлен замер у самого входа, всё его тело напряглось, прежде чем голова опустилась между плеч.
— Мы можем остановиться, — сразу же прошептала я, обхватывая его лицо.
Келлен медленно покачал головой. Казалось, его мышцы были так напряжены, что он едва мог двигаться.
— Эй… — я провела большим пальцем по его скуле, под занавесом чёрных ресниц. — Поговори со мной.
Келлен прижался лбом к моему, и я почувствовала, как его тело дрожит от сдержанности. От сдержанности и… злости.
Он снова покачал головой, и моё лицо качнулось вместе с его.
— Я видел его, Дарби… нависающего над тобой. Он трахал тебя вот так, да?
О боже.
Келлен так старался заставить меня забыть о том, что случилось накануне, что я не остановилась, чтобы подумать, каково это было для него.
Что он видел.
Как я отреагировала, когда он держал мои запястья.
Келлен изо всех сил пытался доказать, что он не похож на него.
Теперь настала моя очередь показать, что я это знаю.
— Посмотри на меня, — сказала я, проводя кончиками пальцев по его мягким, взъерошенным волосам. — Пожалуйста?
Глаза, холодные, как сталь пистолета, который он носил, впились в мои. Но даже агония в его взгляде не смогла помешать мне улыбнуться его ошеломляюще красивому лицу. Он был шедевром в чёрно-белых тонах. Сильный и нежный. Знакомый и загадочный. Любовник и боец. Сосредоточенный и при этом каким-то образом совершенно потерянный.
— Я тебя не боюсь. — В моём голосе не было вопроса. Это было утверждение. Заявление.
Но то, как Келлен изогнул рассечённую, опухшую бровь, показывало, что он не совсем убеждён.
— Я выгляжу так, будто боюсь тебя? — улыбка, захватившая моё лицо, была вне моего контроля.
Келлен снова покачал головой, и уголок его измученного рта дрогнул вверх.
— Или я выгляжу так, будто до безумия влюблена в тебя и не могу перестать улыбаться, даже когда пытаюсь быть серьёзной?
Он опустил взгляд, и другой уголок его рта тоже приподнялся, и, клянусь, лёгкий румянец залил его щёки.
— Всё, что ты хочешь, малыш… я тоже этого хочу. Обещаю.
Подняв глаза, Келлен глубоко вдохнул через нос и пригвоздил меня взглядом, обнажающим душу.
— Всё, чего я хочу — всё, чего я когда-либо хотел, это чтобы ты смотрела на меня так, как смотришь сейчас.
Будто весь воздух выбили из моей груди.
— Я не рискну снова это потерять. Не могу. — Затем Келлен опустил свой талантливый рот к моему уху и прорычал: — Но я также хочу быть внутри тебя больше, чем хочу сделать следующий вдох.
Испуганный вскрик сорвался с моих приоткрытых губ, когда он завёл руки мне за спину и втянул меня к себе на колени. Я приземлилась в той же позе, в которой мы были тем утром — мои ноги по обе стороны его бёдер, руки на его плечах, а его невозможно твёрдый член зажат между нашими телами.
Схватив меня за задницу обеими руками, Келлен приподнял мои бёдра и замер у входа. Теперь была его очередь сказать: — Посмотри на меня.
Я сделала, как он велел, и в тот миг, когда наши взгляды встретились, я почувствовала, как щёки заливает жар, а неконтролируемая улыбка возвращается — любовь, похоть и какая-то сказочная пыль танцевали по коже.
— Вот так.
Полные губы Келлена разошлись в ответной улыбке. А затем раскрылись на вдохе, когда я опускалась на него дюйм за дюймом.
Я заставила себя удерживать его взгляд, пока моё тело, сердце и душа не наполнились им настолько, что мне захотелось расплакаться.
Зарывшись лицом в его шею, я вцепилась в его плечи, пока Келлен обхватывал одной рукой мою спину, а другой задницу. Он прижимал меня к своей груди, вбиваясь в меня снизу, и каждый сладкий, мучительный толчок вызывал тихий звук где-то глубоко в животе.
— Да, — прошипел Келлен, толкаясь сильнее. Быстрее. — Дай мне тебя услышать, ангел.
Его слова сорвали с меня все замки. Грудь загудела от глубины стона, пальцы впились в его плоть. Мои бёдра закружились, пока я сдавалась его беспощадному ритму. И когда я почувствовала, как он напрягается внутри меня, почувствовала, как его руки сжимаются вокруг моего тела, а зубы впиваются мне в шею, оргазм, разорвавший меня, вырвал из лёгких крик.
На этот раз, когда я рухнула обратно на землю, у меня было сильное, тёплое тело Келлена, чтобы смягчить падение. Я перекинула свои обмякшие, удовлетворённые конечности через его плечи, переводя дыхание, и улыбнулась, почувствовав, как его рука сжимает волосы у меня на затылке.
Мягко приподняв меня, Келлен окинул взглядом мой сияющий, эйфорический ступор и ответил собственной улыбкой.
— Когда мы доберёмся до Нью-Йорка, я построю тебе чёртову библиотеку.
Глава 23
Келлен
Мы провели большую часть той ночи и следующий день в постели. Разговаривали. Смеялись. Прикасались. Трахались. Мы делали всё медленно, учась по ходу дела. Я понял, что ей не нравится, когда мужчина находится у неё за спиной, зато ей очень нравится быть сверху. А я, хоть всё ещё и не мог представить, чтобы меня трогали ниже пояса без желания кого-нибудь убить, жаждал прикосновений Дарби везде выше. Мы всё время касались друг друга.
Даже в грёбаном супермаркете.
Мысль о том, что Братва и Братство всё ещё ищут меня, делала меня параноиком до чёртиков, но если бы я заперся с Дарби в коттедже, как мне хотелось, мы бы оба умерли с голоду, так что…
«Теско».
Я держал её за руку, пока мы шли по ряду с товарами личной гигиены, и следил за другими покупателями куда внимательнее, чем за полками. Я наугад схватил зубную щётку и бросил её в корзину, которую несла Дарби.
— Фиолетовая? — спросила она, приподняв бровь, глядя на мой выбор.
— Это самое близкое к чёрному, что у них было.
Дарби улыбнулась, и у меня, чёрт возьми, встал. Мне было достаточно просто посмотреть на неё, чтобы возбудиться. Ни капли макияжа; пухлые розовые губы; раскрасневшиеся, усыпанные веснушками щёки; и грива медных, чертовски сексуальных волос, в которые так и хотелось снова запустить пальцы.
— Я никогда раньше не была в «Теско».
Я взял баллончик пены для бритья и бритву.
— А там… откуда ты родом, такого магазина нет?
Я едва не сказал «где ты живёшь», но Дарби больше там не жила, и никогда, чёрт возьми, не будет жить снова.
— У нас есть «Уолмарт» — американская версия. Только он в два раза больше, там продается оружие и есть «Макдоналдсь».
Я рассмеялся.
— Я думал, ты скажешь «Старбакс».
— Нет, «Старбакс» находится в «Таргет», — ухмыльнулась она.
Чёрт, как же я её люблю.
Я поцеловал её в макушку, когда мы свернули в отдел средств для волос, и, подняв взгляд, первым делом увидел стойку с электрическими машинками для стрижки. Я смотрел на них, пока мы проходили мимо. И по какой-то причине не мог отвести взгляд.
