Мой. Дикий. Бывший (СИ) - Истомина Аня
Теряю Машу из виду. Скидываю рюкзак и подхожу к берегу. Курю, глядя на воду в лучах вечернего солнца. Течение здесь не самое спокойное, но вода умеренно-холодная. Нужно будет обязательно искупаться.
- Миша! - слышу звонкий голос из-за спины. Усмехаюсь и оборачиваюсь.
Маша идет ко мне, сияя счастливой улыбкой.
Подойдя совсем близко, протягивает мне руку и разжимает кулак. На ладони лежат ягоды дикой земляники.
- Это земляника, - киваю. - Съедобная. Ешь.
- Это тебе, - тянет руку ближе Маша и смеется. - Медведи ведь любят землянику?
- Медведи любят малину, - улыбаюсь, но придерживаю ладонь и губами неспешно собираю с нее ягоды. Маша так серьезно наблюдает за мной, что, кажется, будто кормит настоящего медведя. А я испытываю какой-то ментальный экстаз, касаясь губами кожи, от которой пахнет ароматными ягодами. - Спасибо, было вкусно.
- Еще хочешь? - чуть ли не подпрыгивает Маша на месте.
- Хочу, - отвечаю и она тут же бежит обратно на поляну, а я стою и улыбаюсь как идиот. Ну, не была девочка никогда в лесу. Для нее это все в новинку. Пусть развлекается.
Постепенно темнеет. Нужно успеть разбить лагерь до того, как солнце окончательно сядет. Докурив, ставлю палатку поодаль от остальных. Терпеть не могу посторонние человеческие звуки. Шепот, храп. Не засну, если буду слышать.
Слышу тихий шорох за спиной. Почему-то кажется, что это Маша и я непроизвольно начинаю улыбаться. Оборачиваюсь.
Девушка стоит, робко переминаясь с ноги на ногу.
Выпрямляюсь и оборачиваюсь.
- Что стоишь как неродная? Присоединяйся. Это и твое жилье тоже на два дня.
- А можно? - сверкают энтузиазмом ее глаза. Маша мне протягивает ведерко. - Вот ягоды. Больше не успела, не видно ничего.
Собираем палатку вместе. Уже под конец осознаю, что спальник-то у меня один. Ленка должна была привезти свой, но так и не привезла. Толи забыла, толи это она собиралась меня трахнуть, а не я ее.
- Так… - задумчиво смотрю то на спальник, то на Машу. - У нас проблема. Паша с Ольгой брали тебе спальник?
- Не знаю, - пожимает она плечами. - А что?
Описываю масштаб проблемы. Спать придется вместе.
- Нуу, - растерянно тянет девчонка, - ты же, вроде, не кусаешься?
- Кусаюсь, - усмехаюсь, но признаюсь честно. Кусаться я люблю. И дамы любят, когда я их покусываю. - Но не сильно. И не трогаю маленьких Машенек.
- Ну, вообще-то, мне двадцать, - сообщает Машенька с гордостью и, видимо, чуть позже осознает, с каким вызовом это прозвучало, пытается исправиться. - Короче, я не против спать с тобой.
Закапывается глубже. Я начинаю улыбаться, она - краснеть.
- Без секса, - добавляет, совсем стушевавшись, и уходит к костру.
Просто прелесть, а не девочка. Я бы с такой зажег. Возбуждает - пиздец. Чувствую, ночка предстоит веселенькая.
Возле костра уже соорудили стол и организовали быстрый перекус. Нас много и на поляне слышится громкий гомон. Сегодня просто быстро едим и ложимся спать, а завтра уже будет полноценная развлекательная программа.
Принимаю из чьих-то рук пивной стакан, наполовину наполненный красным вином. Беру пару бутербродов и отхожу в сторону, чтобы не толкаться.
- Я окосею, - слышу недалеко звонкий голос и оборачиваюсь. - Я не пью столько.
Маше насильно вручают в руки такой же “бокал”, как и у меня. Она вздыхает и беспомощно озирается. Машу ей.
Подходит и молча чокается со мной, делает пару глотков.
- Если меня развезет, ты меня не бросишь? Я почти не пью. - усмехается.
- Кто ж таких красавиц бросает? - подмигиваю ей и протягиваю бутерброд.
Маша явно смущается, чуть отводя глаза, но потом все же снова смотрит на меня пристально.
- Тебе говорили, что у тебя очень красивые глаза? - выдает она мне на удивление.
- Никогда, - самозабвенно вру. Почти каждая отмечает, что у меня редкий цвет глаз. Но, не все отвешивают комплименты спустя несколько часов после знакомства.
- Тогда я тебе говорю. Очень красивые! Я даже не знала, что такой цвет бывает. Это же не линзы?
Мы мило болтаем, потягивая вино. Нам подливают еще и я снова добываю бутерброды, в этот раз прихватывая к ним овощи.
Понимаю, что пора идти спать только тогда, когда Маша, хихикая над какой-то шуткой, внезапно начинает терять равновесие и падает мне в объятия.
- Ой, - выдыхает она, уткнувшись мне носом в грудь. - Я, кажется, все.
Хохочу и, залпом допивая вино, подхватываю ее на руки и несу в палатку.
Настроение - игривое.
19. Прошлое. Палатка
Маша заползает в палатку и сразу направляется к спальнику. Подсвечиваю ей телефоном, пока она воюет с лосинами и футболкой, путаясь в нем.
- Ты можешь мне найти мою футболку? Эта пахнет средством от комаров. - просит Маша. Я озираюсь, но не нахожу ее рюкзачка. - Ой, он, наверное, у Оли.
- Я не хочу идти искать в темноте. - признаюсь честно. - Могу тебе отдать свою, я ничем не брызгался.
Под короткий кивок, снимаю футболку и протягиваю Маше.
- Что тебе в топике не спится? Ты же в нем по улице ходила.
- А тебя не смутит, что я почти голая буду с тобой рядом спать?
- Я тебя умоляю! Со мной рядом и полностью голые девушки спали. Я не стеснялся.
Стаскиваю штаны, ныряю к Маше в спальник. Она что-то пищит сконфуженно.
Оказывается, уже успела стащить топик и пытается натянуть его в темноте обратно, а тут я влез.
- Ладно, пусть будет футболка, - снова копошится девчонка за моей спиной. - Ммм, у тебя тоже вкусные духи.
Жмурюсь от того, как быстро реагирует на эти вербальные посылы член. Девочка тебя вовсю кадрит, Медведь, а ты морду от нее воротишь, потому что это чья-то троюродная сестра.
Совсем рядом пахнет земляникой. Подсвечиваю снова телефоном, нахожу ведерко. Ягод всего горсть, а пахнут на всю палатку.
- Надо доесть землянику, а то до утра испортится, - съедаю пару ягод, оборачиваюсь к Маше и, откладывая телефон, приподнимаюсь на локте.
Глаза начинают привыкать к темноте. Сквозь открытые вентиляционные окошки попадает немного лунного света и я вижу силуэт юной обольстительницы.
Тяну к ее губам ягоду и, немного не рассчитав, размазываю по ним сок.
Маша тихо хихикает и вижу, как облизывает губы. Терпение лопается.
- Нифига не вижу. - беру еще ягоду и наклоняюсь ближе, поднося ее к пухлым губам. Они послушно приоткрываются. Тогда я убираю ягоду и тут же врываюсь в ароматный рот поцелуем.
Хочу эту нимфу до одури. Кончики пальцев покалывает от потребности прикоснуться к ее бархатной коже и я незамедлительно скольжу ими по тонкой руке, чувствуя каждый вздыбленный волосок.
Маша послушно принимает мой поцелуй, но инициативу совершенно не проявляет.
Окей, я понял. Ты - "не такая", я - настойчивый. Такой сценарий мне тоже по душе. Люблю добиваться поставленных целей. Сегодня это ты, Маша.
Ныряю рукой ей под футболку, задирая ткань вверх.
- Миша, - Маша испуганно отлепляется от поцелуя и приподнимается, глядя, как я размазываю сок все еще зажатой в пальцах ягоды ей по соску, начинает дышать гораздо чаще. Я чувствую, как сосочек твердеет под моими движениями.
- Медведь очень любит землянику - шепчу хрипло и, не дожидаясь ответа, склоняюсь к ее груди и медленно, как можно нежнее, облизываю сладкую от сока кожу.
Маша шепотом охает и подается мне грудью навстречу. Усиливаю напор, сжимаю сосок губами сильнее, вырывая всхлип. Какая темпераментная!
Скольжу рукой вниз по животу, подбираясь к кромке трусиков. Иду дальше, чувствую пальцами гладкий лобок и нежные половые губки.
- Миша, - снова раздается испуганный шепот мне в волосы. Маша своей рукой накрывает мою через ткань и сжимает ее, останавливая.
Отрываюсь от груди и, прокладывая дорожку из поцелуев по шее, снова пытаюсь овладеть невероятно чувственным ртом.
Маша уворачивается. Я мажу ей по щеке губами и утыкаюсь носом в ключицу. Зажмурившись, хрипло дышу ее пьянящим ароматом и заставляю себя остановиться. Сердце стучит как сумасшедшее.
