Фарфоровая кукла. Ненависть на грани (СИ) - Риччи Ева
Кивнула, вздохнув глубоко, стараясь успокоиться после нашей ссоры:
— Давай начнём, — он подошёл ко мне и протянул чешку, забрала и обулась. — У нас мало времени, а работы много. Запомни: я здесь ради танца, а не ради твоих развлечений.
Максим смущённо кивнул и, сменив тон на более деловой, начал готовиться к репетиции.
А-а-а! Надоело терпеть его глупости!
Лёгкий полумрак создавал атмосферу уединённости. Музыка заполнила пространство, её ритм завораживал и манил. Мы встали в исходные позиции. Максим, высокий и уверенный, пронзительно посмотрел на меня, взглядом пробежался по лицу и спустился к топу. Ненадолго его хватило! Ответила ему убийственным взглядом. Наши тела начали двигаться в такт музыке. Внимательно следя за каждым движением друг друга. Танго — чувственный танец, и я должна отдаваться партнёру в танце и доверять. Максим время от времени позволял себе слишком тесный контакт. Прижимал сильнее, чем требовалось по правилам танца, его рука так и сползала ниже моей спины. Каждый раз делала ему замечания и отстранялась. Это сбивало нас. В итоге я разозлилась и прокричала:
— Максим, руку выше, хватит меня лапать, — глядя ему прямо в лицо.
Он лишь ухмылялся, но руку убрал от моей попы.
Продолжали тренировку, и с каждой минутой танец становился всё более страстным и выразительным. Максим вновь попытался прижать сильнее, и я мягко отстранилась, на этот раз без слов. Не хотелось начинать танец сначала…
Когда музыка остановилась, замерли на мгновение, тяжело дыша. Держинский, держа меня за руку, посмотрел с улыбкой. Знаю его мысли, мы идеально подходим как партнёры по танцу, но он переводит это в другую плоскость.
— Повторим?
— Готов держать тебя в своих объятиях вечно, — чмокнул воздух и ущипнул меня за попу.
Задохнулась от возмущения и ударила по наглым рукам. Развернулась, пытаясь уйти, но он поймал меня.
— Я пошутил!
— Больше так не делай, — огрызнулась на него.
— Постараюсь, — засмеялся в ответ.
ГЛАВА 11
ДЕНИС
Снятый загородный дом был шикарным: просторный, современный, с огромными панорамными окнами, бассейном и садом.
Возле бассейна уже звучала музыка, задавая ритм вечеринке. Диджей стоял за вертушками, погружённый в работу, создавая атмосферу веселья. Качал нехило! Девчонки в ярких купальниках весело плескались в воде и загорали на шезлонгах. Их звонкий смех и радостные возгласы дополняли общее настроение праздника.
На мангале повара готовили настоящие деликатесы. Запах средиземноморской кухни витал в воздухе. На решётках жарились сочные морепродукты: креветки, кальмары и осьминоги, маринованные в ароматных травах и специях. Рядом, на больших грилях, жарили знаменитое испанское блюдо — паэлью с морепродуктами, а также нежную рыбу дорадо и сибас, приготовленные с лимоном и оливковым маслом. В конце концов, я владелец средиземноморского ресторана.
Для брутальных пацанов тоже всё учтено. Лучшие сорта мяса также присутствовали на столе: мраморная говядина, молодая баранина, приготовленная с розмарином и чесноком, а также свиная корейка, маринованная в специальных смесях и специях. Но главное развлечение — это бассейн, сауна и, конечно же, голые тёлки. Сейчас народ дойдет до кондиции и начнётся самая отвязная вечеринка этого лета! Во дворе стояло множество дорогих машин: роскошные спорткары, элитные седаны и массивные внедорожники. Сегодня на вечеринку собрались самые богатые наследники Москвы, каждый из которых стремился выделиться и показать своё благосостояние. И все эти люди мои знакомые.
Я посмотрел на телефон и нахмурился: Царёвых с Полиной нет. Да и Харрингтон задерживается. Только подумал про друзей, как въездные ворота поднялись и во двор въехал «Dodge» Матвея. Они припарковались возле моей тачки и из машины выскочила мелкая.
Матвей попытался её поймать, но она, вырвавшись и осмотрев двор, вцепилась в меня взглядом. Усмехаюсь, сейчас начнет отчитывать. Наблюдаю за тем, как Мот закатывает глаза, и киваю ему.
— Арин, у него сегодня день рождения, не начинай… — летит ей в спину от Царя.
— А я любя сейчас ему уши надеру! — показывает свой маленький кулачок и почти бежит ко мне.
Раскидываю руки в сторону и с придурковатой улыбкой говорю:
— Я тоже тебя люблю, мелкая зараза!
— Это моя девушка, Альке признавайся! — рычит друг, помогая выходить Полине из машины.
Аринка подлетает и хватает меня за ухо, больно пустив ногти в него. Видимо, у бабы Нюры нахваталась этих замашек. Притягиваю её к себе и смеюсь.
— Меня нельзя обижать, я травму получил, до сих пор в висок отдаёт, — давлю на жалость и переключаю Арину на заботу.
— Гад, я переживала, хоть бы заехал! — отчитывает, трепыхаясь в моих объятиях, бубнит из-под моей подмышки.
— Э-э-э, я позвонил! — тут же возражаю ей и жду, когда подойдут друзья.
— Позвонил? «Не ссы, жив и здоров!» — прям исчерпывающий звонок, а какой информативный, пипец просто! Что за травма? — сменяет свой гнев на беспокойство.
— Шеей пизданулся, вроде не беспокоила, но вот долбит висок, и это раздражает, — ну а что, мне тоже хочется немного внимания и заботы.
— У врача был? — выныривает из объятий и встаёт на цыпочки, хватая меня за голову, начинает наклонять и рассматривать. — Денис, у тебя синяк на виске, — вздыхает она.
— Да-а? — блин, а я и не рассматривал себя, что там и где.
— Покажи шею, — тянет за ворот майки.
— Ариш, — рычит Мот. — Я сейчас ему эту шею сверну, если ты продолжишь столько внимания дарить ему, а не мне, — тянет её на себя.
— Отстань, — бьёт его ладошкой по руке и наклоняет меня, чтобы рассмотреть шею.
Лыблюсь и подмигиваю Царю, обожаю его дразнить… Он сцепляет зубы и дует щёки. Главное — не заржать…
— Да, вот здесь болит, — чувствую, как мелкая пробегается пальцами в месте ушиба.
— Ой, бля, больно, — вопит Мот и хватается за коленку, — блядь, оступился… колено-о-о…
— Что? Где? — моментально она забывает обо мне и, развернувшись, подлетает к Царёву, а он самоуверенно кивает мне и подхватывает свою девочку, закидывая на плечо.
— Дурачок, обманщик, — верещит мелкая, — не свети моими трусами!
— Ты в купальнике, — довольно ухмыляется и кусает за прелестную попку.
— Зубы прочь! — начинают дурачиться.
— Привет, ведьмочка, — подхожу и обнимаю Полину.
— Ой ли, я думала, что невидимая, — пихает меня в бок.
— Ты? Неправда! Самая родная на этой вечеринке, — улыбаюсь, — ты сегодня с Царями? Где метла?
— Прощён, — улыбается. — Метлу забыла зарядить, — смеётся.
— Как самочувствие? — смотрю на неё, пытаясь понять, соврёт или нет, самая железная девочка из всех, кого знаю, после бабули.
— Не переживай, хорошо, — фыркает, — кстати, с днём рождения! Сейчас эти наобжимаются, и мы тебе подарок вручим, — кивает на Мота и Арину, которые стоят в обнимку и о чём-то шепчутся.
Поднимаю взгляд на влюблённую парочку и из вредности прикалываюсь:
— Вы на халяву приехали? Где мой подарок? — сердито спрашиваю.
— Матвей, — укоризненно проговаривает мелкая, — вот вечно ты…
Переглядываемся с Полиной и заливаемся смехом: они неисправимы! Ворота открываются вновь, и въезжает машина Харрингтона. Повисает тишина. Веселье стихает, мы молча смотрим, как он паркуется и подходит к нам.
— Всем доброго дня, — произносит холодно Тимофей.
Айсберг прибило к нашему берегу!
— И чего опаздываем? — пытаюсь разрядить обстановку.
— Дела задержали, — безэмоционально отвечает он.
— Так-с, — хлопает в ладоши и растирает руки Мот. — Мы скромно скинулись и купили тебе подарок, — он протягивает пакет с логотипом Harley-Davidson. — Мотоцикл — эгоист, для любителя скорости и адреналина.
— Да вы сумасшедшие! — Я знаю, сколько он стоит, друзья удивили.
— Всё для тебя, мой мальчик, — шутит Царь.
— И чтобы скорость сорок километров в час, — встревает Арина.
