Единственная для звездных адмиралов (СИ) - Линд Алиса
Я замираю. Это… спасение?
Рэйн поворачивает голову ко мне. Люк напрягается. Но они не двигаются.
Пока приказ не выполнен. Пока я не в безопасности — они стена.
Полицейские колеблются. Руководители начинают отдавать новые распоряжения.
Вскоре все направляют стволы винтовок в землю. И я — впервые — делаю вдох полной грудью.
К глазам подступают слезы. Я ведь собиралась умереть через пару секунд. И вдруг — спасена? Как Рэйну и Люку удалось это провернуть? Как они нашли меня? Как умудрились успеть?
Я расслабляюсь и делаю шаг вперед, прикасаюсь к обоим адмиралам, держу за плечи, жестом показывая свою благодарность и желание их успкоить.
Справа, чуть поодаль от цепи полицейских, кто-то делает шаг вперёд. Я краем глаза вижу это движение. Этот человек в форме полицейского, он вскидывает руки, в которых сверкает металл. Я не сразу понимаю — что происходит. Всё замедляется. Секунда тянется, как вечность.
— Назад! — рявкает Рэйн, мгновенно пряча меня за себя.
Люк бросается вперед, из-за спины Рэйна я плохо его вижу. И вдруг воздух пронзает громкий звук. «Шшш-бом-м!» Светлый день опаляет яркая вспышка.
У меня сердце падает в пятки, потому что я уверена, Рэйн поймал этот выстрел. Но он стоит передо мной невредимый. И только выглянув из-за него я вижу Люка, который все ещё держит полицейского за шкирку, а другой рукой направляет его винтовку в воздух.
Затем выбивает винтовку и ударом локтя в шею вырубает несостоявшегося киллера.
— Один выстрел — и тебя бы не стало, — сквозь зубы шипит Рэйн. — Этот ублюдок собирался тебя добить. По приказу кого, интересно?
Полицейские оборачиваются. Среди них поднимается ропот.
Генерал Дарро подходит к месту. Смотрит на преступника. На нас. На выбитое оружие. Медленно говорит:
— Я приказал прекратить операцию. Арестовать этого офицера за открытый мятеж! Препроводить в камеру предварительного содержания. Разберёмся, чьи уши тут торчат.
Полицейского тут же поднимают, заковывают в наручники и уволакивают. Люк в последний момент вытирает руку о его бронежилет и возвращается ко мне. В глазах — бешенство, но внутри я чувствую: страх за меня сильнее ярости.
— Пока ты в безопасности, Шивон, — роняет Рэйн мне. — Но на этом цирк не кончится. Пора увезти тебя в безопасное место и вынуть блокиратор голоса, который позволил спасти тебя.
Дарро оборачивается к нам:
— В мою машину. Я доставлю вас госпиталь.
49. Рэйн
За три часа до этого
Мы врываемся в здание Министерства Внутреннего Порядка. Официальное наименование звучит так, будто его выковали из бетона и страха — идеально подходит для гнарской бюрократии. Но именно оно сейчас — наша единственная надежда остановить то, что готовится: казнь Шивон.
— Приём только по протоколу, — сжав губы, повторяет секретарь, заслоняя собой дверь. — Господин генерал занят. Вам нужно подать запрос.
— Мы уже подали, — рявкает Люк, и оттолкнув мужчину, хватается за ручку. — Пусти, или я высажу эту дверь твоим телом.
Я просто отодвигаю его с пути и открываю дверь. Внутри — просторный кабинет, оформленный в чётком гнарском стиле: сталь, линии, власть. За высоким столом сидит генерал Арекс Дарро.
Графитовая коса. Серые глаза, как холодный металл. Взгляд — режущий. И голос, когда он поднимает голову:
— Савирон. Тайрон. Надеюсь, у вас есть причина ворваться в мой кабинет, как в казарму?
— Шивон Вайн арестована, — говорю. — Обвинение в терроризме сфабриковано. Мы нашли решение суда, подписанное Тареном Вейсаром до начала процесса. Она уже в камере смертников.
Дарро не отвечает. Его пальцы сжимаются. Люк подаёт планшет с материалами. Мы собрали всё: административные распоряжения, цепочку приказов, архивные записи. Всё ведёт к Вейсару.
— Мы поручаемся, — добавляет Люк. — Она невиновна. А Вейсар работает не один.
Дарро смотрит на экран. Потом — на нас. Челюсти сжаты. Взгляд напряжён.
— Как глубоко он залез?
— Глубже, чем вы думаете, — говорю. — Он пытался стравить нас. Сделать из нас предателей.
— Но без Шивон мы не докажем ничего, — Люк приближается к столу. — Она — ключ. Если её казнят — исчезнет единственный свидетель.
Дарро молчит секунду. Потом включает внутреннюю связь:
— Подготовьте мой гравимобиль. Немедленно. И сообщите, чтобы мои люди подняли архив Службы внутренней координации. Я забираю свидетельницу под юрисдикцию Министерства Внутреннего Порядка.
Дарро должен был прибыть в тюрьму и забрать Шивон официально. Но он не успел.
Мы стояли на периметре, когда сработала сирена. Шивон сбежала. Конечно сбежала. Кто ещё смог бы сбежать из камеры смертников, не имея оружия и голоса?
— Шрад! — рявкаю. — Как её найти?
— По частоте блокиратора, — отвечает Люк, вытаскивая коммуникатор. — Отслеживаю её как радиометку. Погнали.
Мы летим. Люк ведёт, я за ним. Сигнал мигает — появляется, пропадает. Но мы успеваем. Влетаем на отрезанный участок дороги — и видим: Шивон в окружении. В тупике. Полицейские целятся. Готовятся стрелять.
Мы встаём между ней и полицией. Мы будем с ней. Без вопросов. Без сомнений. До конца.
Нам нужно всего немного потянуть время до момента, когда сюда прилетит генерал и отменит преследование Шивон. Но ситуация накаляется. Полицейский орёт в громкоговоритель. Счёт пошёл.
Мы готовы стоять насмерть, а Шивон… я чувствую её эмоции. Она прощается с жизнью. Хочется её обнять, успокоить, сказать хотя бы, что мы ждем подмогу, но опасно двинуться, чтобы полицейские не открыли огонь.
Дарро прилетает буквально в последний момент. Но даже это оказывается не концом проблем! Находится ублюдок, который пытался застрелить Шивон, когда операция была официально отменена.
Люк его обезвреживает, наручники щёлкают. Я вижу лицо Люка. Он хотел бы растерзать этого полицейского на месте. Но он сдерживается — его допросят, а он наверняка сдаст своего нанимателя. Вейсара.
Я проверяю Шивон. Она цела. Только смотрит на нас ошарашенно. Как бы я хотел услышать от неё хотя бы слово, но блокиратор продолжает работать, и она молчит.
Дарро предлагает отвезти нас в госпиталь, и мы садимся в его гравимобиль. Бросаем гравибайки прямо тут. Плевать, даже если их разберут на запчасти. Сейчас главное доставить Шивон к врачам, чтобы она наконец смогла говорить.
Она сидит между нами. Испуганная, бледная и утомленная. Я обнимаю её за плечи, Люк держит её за ледяные пальцы.
Дарро сидит напротив, глыба закона. А рядом — мы с ней, нарушители, спасители, свидетели и влюблённые. Что бы он ни решил — мы с ней.
Генерал отдаёт приказы по личной связи:
— Подготовить медицинскую бригаду, — гремит он в коммуникатор. — Тройная охрана. Приоритетный пациент.
Шивон постепенно перестает дрожать.
— Скоро все закончится, — произносит Люк, поднимая её ладонь к губам. — И никто больше не посмеет тебя тронуть.
— Осталось совсем немного, — добавляю я.
Битва выиграна, война ещё не окончена. Шивон придется давать показания, чтобы мы могли засадить Вейсара. А в идеале, конечно, победить Нексус-Дельта.
Гравимобиль заходит на снижение и опускается на крышу закрытого военного госпиталя. Того самого, куда мы с Люком и собирались привезти Шивон для удаления блокиратора.
Когда дверь машины поднимается, нас уже ожидает бригада медиков. Шивон может идти сама, но её все равно укладывают на гравиносилки. Двигают к дверям в здание. Дарро следует за ними, и мы с Люком идем позади. Готовы быть тенью. Щитом. Всем, что понадобится. Лишь бы она дошла до конца этой войны — живой и свободной.
51. Шивон
Ветер на крыше госпиталя холодный, пахнет дождём и сталью. Я прижимаюсь к Люку. С другой стороны — Рэйн, обнимает за плечи. Подо мной мягкие ботинки скользят по гладкой плите, я всё ещё не до конца верю, что это правда. Что я не в камере. Не в наручниках. Не на краю.
