Двор Теней (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

У него не было дракона, но это не имело значения. Он жестоко убьёт Киару и пришлёт мне фотографии. Я знала это наверняка.

Ярость кипела у меня в крови, и я стиснула зубы.

— Зачем тебе этот ключ?

Балерос склонил голову набок, изучая меня.

— Состояние хаоса похоже на необработанную глину, готовую принять любую форму по нашей воле. Анархия — это возможность переделать мир так, как мы хотим.

У меня сейчас не было настроения слушать его уроки.

— Только не делай ничего Киаре, и я достану тебе твой чёртов ключ.

Он погрозил пальцем у меня перед носом.

— Но не предавай меня, мой Ужас Амазонии. У меня есть глаза в Институте, и если ты предашь меня, я уничтожу Киару. Тогда ты умрёшь, зная, что убила её.

Я добуду ему ключ. Но как только Киара окажется в безопасности, я найду способ убить его. Чем больше власти будет у такого мужчины, как он, тем хуже будет мир.

Глава 5

Я заперла дверь в свою комнату изнутри и, дрожа, опустилась на пол. Я взяла телефон, чтобы набрать номер Киары, но сразу попала на голосовую почту.

Как Балерос так быстро отреагировал, когда меня нашли истребители чар? Как он вообще узнал об этом?

Пока я обдумывала все возможные варианты, некая огромная сила ударила в дверь. Ещё один удар, и древесина раскололась, врываясь в мою комнату. Я вскочила на ноги. По другую сторону разбитой двери стояли Энгус и Призрак, тело последнего было окутано завитками тьмы. Только что уничтожив мою дверь, Призрак убрал кулак.

У меня снова скрутило живот. Было что-то пугающее в тенях, окружавших его. Они извивались, как призрачные змеи, отчего у меня по коже побежали мурашки.

— Ты правда мог бы просто постучать, как нормальный человек, — сказала я, беря себя в руки.

Призрак не ответил. Он просто протянул руку сквозь сломанную древесину, чтобы повернуть дверную ручку. Его холодный фиалковый взгляд обещал жестокость, если я перейду ему дорогу. Короче говоря, начало у нас было замечательное.

Войдя в комнату, Энгус медленно пожал плечами.

— Прошу прощения. Кажется, что-то его встревожило. Он не говорит, так что об его мотивах можно только догадываться.

О, прекрасно. Безмолвный, психованный фейри, который, я почти уверена, хочет выпотрошить меня.

Энгус нахмурился, глядя на меня.

— Что, во имя богов, у тебя на голове? Это что, аксессуар трущобных фейри?

— Это налобный фонарь. Это практично. У нас электричество работает не очень хорошо. И если ты пытаешься разозлить меня, называя трущобной фейри, то не сработает. Более хорошие люди называли меня и похуже.

Призрак понюхал воздух, как зверь, почуявший добычу. Когда его глаза снова встретились с моими, он зарычал. На один ужасный миг я была уверена, что он оторвёт мне голову. Затем он снова отступил, и я перевела дыхание, которое до этого задерживала.

Я прищурилась, глядя на Энгуса.

— Я ранила тебя в шею. Даже если это не железо, как ты смог так быстро восстановиться?

Он засунул руки в карманы, и его губы скривились в забавляющейся гримасе.

— Ах, но ты же трущобная фейри. Победить Моров вроде нас не настолько просто.

Я позволила ему увидеть, как я драматично закатываю глаза. Моры были древней расой фейри. Я мало что знала о них, но у меня быстро складывалось впечатление, что их высокомерие и снобизм значительно перевешивают очарование их красоты.

— Ясно. Звучит как полная чушь, — ответила я. — Рискну предположить, что в вашем милом маленьком дворце есть исключительно искусные целители. Благородные Моры, должно быть, очень в них нуждаются, учитывая, что тебя умудрились пырнуть ножом, когда ты напал на одинокую женщину-фейри из трущоб.

Энгус пожал плечами.

— Твоя внешность сбила меня с толку, и я не хотел вредить тебе. Я не получаю удовольствия от убийства красивых женщин.

Я кивнула.

— Но у тебя хорошо получается убивать уродин, верно? Разве ты не джентльмен?

— Раз уж ты такая проницательная, Арианна, ты знаешь, почему мы здесь?

Я дотронулась до своей шеи сзади.

— Я нашла метку, которую вы оставили. Честно говоря, её было довольно сложно не заметить, — я не могла рассказать ему о том, что сообщил мне Балерос, поэтому мне приходилось вести себя естественно. Насколько вообще можно вести себя естественно после того, как два воина-фейри выломали дверь в твою квартиру и оскорбили твой налобный фонарь. — И твой болтливый дружок оставил записку о присоединении к вам. Тебе придётся рассказать мне об остальном.

— Теневые Фейри решили завербовать тебя в качестве новичка. Если ты выдержишь первое испытание, — продолжил он, — тебе подберут в наставники одного из шести рыцарей.

— Подберут?

— Ты будешь проводить дни и ночи со своим наставником, учась быть… — он указал на мою комнату. — Лучше, чем ты есть сейчас.

Я склонила голову набок.

— Довольно напряжённые отношения.

— Арианна, — его шёлковый голос ласкал мою кожу. — Жить с нами — это, несомненно, улучшение по сравнению с тем, как ты живёшь сейчас.

Он оскорблял меня, но его голос обещал соблазнение, и я почему-то забыла обидеться. Красивые мужчины так раздражали.

И, возможно, он прав. В моей квартире, если её вообще можно было назвать квартирой, стоял затхлый запах. Это была одноместная комната с электроплиткой, на которой я готовила ужин, и крошечной раковиной. У меня не было кровати. Я спала на полу — пережиток моих прежних гладиаторских дней.

Я моргнула, посмотрев на беспорядок вокруг. Пакетики от чипсов, пустая бутылка из-под виски, кое-что из моей грязной одежды. Уборка не была моей сильной стороной. Но, полагаю, так уж бывает, когда ты проводишь шесть лет в клетке.

Я скрестила руки на груди.

— Учитывая, что я трущобная фейри, зачем именно вам меня вербовать?

Он подошёл ещё на шаг ближе и наклонился, чтобы прошептать.

— Как ты и говорила, тебе удалось меня ранить, — его голос согревал моё ухо. — Обычно я никогда не подпускал женщину так близко к себе, если только мы не занимались более приятным делом.

Я отступила от него на шаг. Он пришёл сюда, чтобы завербовать меня или соблазнить?

— Ты будешь соревноваться с другими новичками, — продолжил он. — И, вероятно, умрёшь. Но если этого не случится, у тебя появится шанс стать Рыцарем Теневых Фейри, таким же, как мы.

— Рыцарем Теневых Фейри? Вы так себя называете? Все остальные говорят «истребители чар».

— Нам не нравится этот термин.

— Конечно, не нравится, — согласилась я. — Звучит неприятно. А что, если я откажусь?

Энгус криво улыбнулся.

— Тогда ты умрёшь, само собой. Ты вне закона. У тебя нет никаких прав.

— Я не уверена, что мне нравятся мои варианты.

В зелёных глазах Энгуса промелькнуло удивление.

— Обычно мы даже не утруждаемся с тебе подобными, но это была его идея. Я не уверен, почему. Мой спутник, как правило, ненавидит фейри вроде тебя.

— Фейри вроде меня? Ты имеешь в виду, кого-то с настоящим характером?

— Нет, — сказал Энгус. — Судя по тому, что мы видели, ты нарушающая правила, импульсивная неряха, склонная к пьянству и позорным дракам в барах. Всё твоё существование в буквальном смысле не служит никакой цели.

— Я чувствую, что здесь, возможно, было какое-то оскорбление, но я не могу понять, какое именно.

— Тебе даётся шанс на величие, возможность жить в крепости и есть рыцарскую пищу, а ты предпочтёшь жить как животное, в комнате, заваленной пустыми бутылками и пакетиками из-под чипсов?

— Животные не едят чипсы и не пьют из бутылок, — я прищурилась, чтобы произнести свою последнюю язвительную реплику. — У животных даже рук нет.

— Довольно умно для того, кто носит налобный фонарь, потому что не может оплатить счета.

— Если ты правильно разыграешь свои карты, я, возможно, когда-нибудь подарю тебе твой личный налобный фонарь. Если бы ты мог видеть в темноте, возможно, тебе удалось бы избежать удара колом в шею.

Это всё было напоказ. Ради Киары я в любом случае собиралась пойти с ними, но если бы я просто сдалась, не оказывая сопротивления, возможно, это вызвало бы подозрения. В конце концов, я была позорной, дерущейся в барах неряхой, чья жизнь не служила никакой цели, и если бы я вдруг захотела достичь величия, это могло бы показаться подозрительным.