Наследие (ЛП) - Эндрюс Илона
Согласно документам, собака у её ног должна была быть гильдейской К9, двухлетней немецкой овчаркой. Он видел её фотографию: типичная немецкая овчарка с большими глазами и счастливой собачьей улыбкой, тяжело дышащая. Фотография не соответствовала действительности.
Во-первых, Мишка была чертовски большой. В ней было больше 45 килограммов, а зубы были длиннее, чем у любой собаки, которую он видел. Что ещё важнее, она смотрела на него не по-собачьи. Он знал их немецких овчарок, гильдия брала их с собой на каждое вратопрохождение, и он общался с ними и угощал их. Это существо было совсем другим.
В том, как женщина и собака смотрели на него, было жуткое сходство. У него было такое чувство, что, если он скажет что-то не то или сделает не то движение, они оба вцепятся ему в глотку.
Надо деликатно.
— Вам нужна медицинская помощь? — спросил он, стараясь говорить непринуждённо. — Джексон — наш лучший целитель, он будет рад помочь.
— Нет.
Никаких эмоций, ничего в глазах. Нечитаемый и холодный взгляд.
— Ваши дети в безопасности и уже едут сюда, — сказал Элиас.
Она сосредоточилась на нём, и это было всё равно, что приставить лезвие к его горлу, прижать к сонной артерии.
— Зачем вам мои дети?
Вызов в её глазах был настолько явным, что ему пришлось заставить себя заговорить, а не просто смотреть на неё. Лео слева от него напрягся. Руки Джексона слегка заблестели.
— Вы провели неделю в разломе. Поскольку вас считали погибшей, мы доставили их в штаб-квартиру «Холодного хаоса». Они под присмотром Фелиции Террелл. Она не работает на «Холодный Хаос». Она представляет их интересы напрямую. У КМО не самая лучшая репутация в том, что касается заботы о выживших и близких погибших, а политическая борьба между гильдиями жестока.
— Мы решили, что будет лучше оградить их от пристального внимания СМИ и от попыток использовать их для влияния на общественное мнение, — сказал Лео.
— У нас ещё и кошка, — добавил Элиас. — Дети настояли на том, чтобы взять с собой Меллоу. Хотя, судя по моему опыту общения с ней, я считаю, что это имя ей не подходит.
Напряжение в её глазах немного спало.
— Мы не враги, мисс Мур, — сказал Элиас. — Мы не желаем вам зла. Мы просто хотим знать, был ли Лондон честен в своём отчёте. Он утверждал, что выживших не было.
— Он солгал. — Её голос был холоден как лёд.
— Есть ли другие выжившие? — спросил Элиас.
Она покачала головой.
— Только я и Мишка.
Собака-монстр дёрнула ухом.
— Не могли бы вы рассказать нам, что произошло? — спросил Элиас.
Она изучала его. Эта женщина ему совсем не доверяла.
— Лондон заявил, что там были гуманоидные противники. Нам нужны подробности и подтверждение, — сказал Лео.
Она проигнорировала Лео. Вместо этого она смотрела прямо на Элиаса. Их взгляды встретились.
— А вы знали? Что он был трусом?
Он мог бы солгать, но не захотел.
— Да.
— И вы всё равно назначили его ответственным за сопровождение.
— Лучшие капитаны сопровождения — осторожные люди, — сказал он.
— Лучшие капитаны сопровождения не смотрят вам прямо в глаза и не бросают эфирные гранаты в людей, которых должны защищать.
— Так вот что он сделал? — спросил Элиас.
— Да. На шахте оказались чужаки, но мы не были их целью. Мы просто оказались у них на пути. Некоторые погибли на месте. Остальные побежали к выходу. Он убил четырёх человек одним взрывом, активировал щит и свалил. Когда найдёте тела, посмотрите на их раны.
— Я сделаю это, — сказал Джексон. — Я точно установлю, как они умерли. Мой талант определяет причину смерти. Он никогда не ошибается.
Она проигнорировала его.
— А что насчёт Мелиссы Холлистер? — спросил Лео.
— А что насчет неё? — спросила Адалина.
— Какова была её роль в этом?
— Она отреагировала именно так, как вы видели. Когда началась бойня, она растолкала людей и побежала к выходу. Кажется, её последним словом было: «Бросай!»
Он едва не вздрогнул от яда в её словах.
— Спасибо.
— За что?
— За то, что подтвердили мои худшие опасения и дали мне необходимое оправдание.
— Вы собираетесь его уволить? — Она приподняла брови.
— Для начала.
— Вам надо придумать что-нибудь получше.
У него было странное ощущение, что они единственные в комнате, кто ходит кругами друг вокруг друга с обнажёнными клинками в поисках лазейки.
— Как вам удалось выжить? — спросил Лео.
Она не ответила.
— Где вы взяли эту сумку? — спросил Лео.
Он тоже заметил её рюкзак. Он был сшит из незнакомой ему ткани.
— Что в ней? — спросил Лео.
Наконец она бросила на него равнодушный взгляд.
— Не ваше дело.
Лео моргнул.
Она посмотрела прямо на Элиаса.
— Вы сдержите свои обещания, МакФерон?
— Да.
Она долго изучала его взглядом.
— Я дал Лондону второй шанс, — сказал он ей. — Я несу за это ответственность. Я ошибся в своих суждениях. На самом деле я ошибся дважды. Всё, что случилось с вами в том разломе — результат моих ошибок. Я не могу вернуть мёртвых к жизни, но вы не мертва. Скажите мне, что я могу для вас сделать.
Она по-прежнему смотрела на него этим обескураживающим взглядом. Наконец он понял, что это ему напоминает. Он встречал разумных монстров в разломах. Именно так они смотрели на него, прежде чем решить, как лучше напасть.
— Вы могли бы обратиться за помощью в КМО, — сказал он. — Но вы этого не сделали. Вам что-то от нас нужно.
Адалина перекинула одну ногу через другую.
— КМО знает, что я жива. Примерно через тридцать минут они прибудут на это место, чтобы взять меня под стражу под предлогом оказания медицинской помощи. Они будут ждать от меня подробного отчёта. Это может пойти по одному из двух сценариев. Я могу сказать им, что «Холодный Хаос» предал меня, оставил умирать, а затем задержался у врат в надежде, что существа из разлома закончат грязную работу. Или я могу представить вас героями, которые спасли меня, несмотря ни на что.
— Сколько это будет стоить? — спросил он.
— Лондон ни в коем случае не должен снова работать в разломе.
— Мы не можем этого гарантировать, — сказал Лео.
— Он имеет в виду, что это не в нашей власти, — объяснил Элиас. — Закон защищает его от судебного преследования за убийство, совершённое во время прорыва. Остальные наказания мы оставляем на своё усмотрение.
— И над чем вы властны?
— Мы можем пометить его «Сотангом», — сказал Лео.
— Мы можем уволить его и лишить боевого сертификата с помощью кода «Сонтага», — объяснил Элиас. — Это значит, что в международной базе данных Талантов рядом с его именем появится код, указывающий на то, что он убил членов своей команды, чтобы спастись самому.
— Код назван в честь Стивена Сонтага, человека, который убил членов своей команды и скормил их тела монстрам, чтобы выиграть время и сбежать, — добавил Джексон. — После этого ни одна уважающая себя гильдия не возьмёт его на работу. Никто не хочет идти на задание с убийцей, который может вонзить нож тебе в спину.
— Это не значит, что его не возьмёт на работу какая-нибудь отчаявшаяся мелкая организация, — сказал Элиас. — Но я могу гарантировать, что он никогда не будет работать ни в одной гильдии выше третьего уровня.
— И это повлияет на его шансы найти работу на гражданке, — сказал Лео. — Уровень квалификации учитывается при проверке анкетных данных.
Элиас понял, что она хочет большего. Он наблюдал за тем, как она размышляет.
— Неплохо, — сказала Адалина.
Практичность победила.
— Что ещё? — спросил он.
— Мишка останется со мной.
— Нет, — сказал Лео.
Он точно знал, зачем Лео понадобилась собака. Что-то случилось с Мишкой в той передряге, что-то, что сделало её такой, какая она есть сейчас, и его заместитель отчаянно пытался выяснить, что именно.
Адалина повернулась к Лео и уставилась на него. Собака у её ног тоже поднялась и посмотрела на Лео. Они словно действовали синхронно. Она убьёт их всех, чтобы сохранить эту собаку. Элиас знал это, но ему хотелось посмотреть, что она предпримет.
