Эбеновые рога тьмы (ЛП) - Лехоцки Лейси
— Так и есть.
Рапп присоединил свою кружку к нашим.
— Тебе потребовалось слишком много времени, чтобы до этого дойти. Но видеть, как вы теперь работаете вместе… на это стоит посмотреть.
Моя грудь заболела уже совсем по другой причине, когда я сделал долгий глоток. Благодаря чудесным листьям напиток был освежающим, бодрящим и помогал дышать на такой высоте. Не говоря уже о том, что в измельчённом виде и смешанный с зельем он усиливал врождённые способности к исцелению у всех Демонов. Именно поэтому Рапп всё ещё был жив.
Никогда прежде я не был так благодарен какому-либо растению.
— Значит, решено. Рапп займёт самую южную позицию с группой летунов. Я возьму центральную с крупнейшими наземными силами, включая всех тех, кто молча выступает против перемен. Трол займёт самую северную позицию с достаточным количеством половин истинных пар, чтобы сообщения могли дойти до нас обоих, если ему понадобится помощь.
Я посмотрел на них обоих, и они одновременно кивнули в знак согласия.
— Тогда нам лучше начать перестраиваться и готовиться к выступлению. С Ангелами так близко к стене и Ужгороду мы не можем позволить себе терять больше ни одного дня.
Подснежники украшали черную косу Ассирии, пока она заканчивала собираться к церемонии. Я сидел на нашей кровати, не в силах отвести взгляд от своей истинной пары.
Истинная пара.
Это слово ударило меня словно кулаком под дых. После всего, что я сделал, после всего, через что прошёл, Судьбы всё равно сочли нужным соткать для меня идеальную пару.
И она была гораздо большим, чем просто это. Она была причиной, по которой я сражался, причиной, по которой спал по ночам. Она была той гаванью, куда я возвращался снова и снова, когда тяжесть моего долга тянула меня вниз. То, как она расцвела, став Сельхамош, заставляло меня пасть на колени, готового поклоняться её легендарным стопам.
Я жаждал каждого её прикосновения, каждой улыбки, каждой искры огня в её глазах. Даже её острого языка с теми дерзкими словами, что разжигали в моей крови свирепое пламя.
Она не была оружием. Она сама была войной. Силой, которой следовало одновременно страшиться и благоговеть перед ней. И я был тем мужчиной, который будет стоять рядом с ней и уничтожать каждого, кто посмеет думать иначе.
Поэтому, когда она повернулась ко мне, с раскрасневшимися от волнения щеками и тонкими прядями чёрных волос, обрамлявшими её высокие скулы, я застыл на месте. Потрясённый тем, что она принадлежала мне — в этот момент и во все моменты, которые ещё впереди.
— Что? — спросила она, слегка склонив голову набок.
Я хотел ответить, но мои губы не двигались. Она подошла ближе, и покачивание её бёдер потянуло за последние нити моего здравомыслия. Каким-то образом мне удалось обхватить её за талию и притянуть вплотную к себе.
— Я слишком редко говорю тебе, насколько благословлён тем, что у меня есть ты, — хрипло произнёс я, проводя носом по её шее и вдыхая её аромат.
Розы и ягоды наполнили мои ноздри — запах, в котором я добровольно утонул бы, если бы умер, зная, что он принадлежал моей истинной паре.
Она тихо вздохнула, обвивая руками мои плечи.
— Ты мог сломать меня. Вместо этого ты помог мне расцвести.
В горле у меня сжалось.
— Поначалу я был ужасен с тобой.
Она слегка отстранилась и обхватила ладонями моё лицо.
— И ты более чем искупил это.
Схватив её за затылок, я притянул её к себе. Наши губы встретились со страстью лесного пожара. Наши языки — с яростью битвы. Наши воли — в одурманивающем смешении любви и ненависти.
Задыхаясь, я прервал поцелуй. Губы Ассирии были краснее её глаз, припухшие от того, как я их присваивал себе.
— Нам лучше идти, иначе мы опоздаем.
Она подарила мне открытую улыбку, переполненную обожанием.
— Не могу поверить, что столько связей истинных пар сформировалось сразу.
— Я тоже, маленькая самозванка.
Поднявшись, я поправил одежду. У Ассирии вырвался тихий смешок. Переплетя свои пальцы с её, мы вышли из комнаты. Грем и Зик трусили по обе стороны от нас, виляя хвостами.
Приглушённые голоса донеслись до нас в тот же миг, как мы ступили в долину. Армия — представители обоих полов вперемешку — уже собралась, их кожаные доспехи поблёскивали, а воротники были подняты. Среди них стояли и многие жители Кохзака. Их плотные шерстяные плащи облегали тела, пока ветер гулял между горными вершинами.
Зубы Ассирии застучали, когда дрожь пробежала по её телу.
— Среди толпы будет теплее, — сказал я ей.
— Тогда веди. Я ни над кем не могу ничего увидеть, — ответила она, становясь позади меня.
Вместе мы начали пробираться через толпу к ближайшему склону холма, где уже ждали Киира, Рапп и Трол вместе с новообретёнными истинными парами.
Возбуждённый шёпот доносился до моих ушей, пока мы проходили мимо одной группы солдат за другой. Легенда о нашей с Ассирией связи распространилась быстрее горной метели. По крайней мере здесь, среди тех, кто находился под моим командованием, нам удавалось продвигать столь необходимые перемены.
Резкие, несогласные крики рассекли воздух, когда мы поднимались по склону. Наши взгляды дёрнулись к затянутому облаками небу, где три чёрные точки резко выделялись на фоне серого.
Ассирия резко втянула воздух.
Киира тоже подняла голову; её губы приоткрылись, и по ним беззвучно скользнули какие-то слова.
Мы присоединились к Верховной жрице, наблюдая за собравшимися, пока птицы не скрылись из виду. Мозаика красного цвета отражалась от моря лиц перед нами.
Моё внимание переместилось к парам, стоявшим на коленях на импровизированном помосте под нами. Врытый в склон и удерживаемый магией нескольких бывших жриц, он позволял всем видеть эту дюжину.
Чёрное платье Кииры взметнулось от очередного порыва ветра, пронёсшегося по долине. Она дождалась, пока ветер стихнет, прежде чем широко и высоко поднять руки.
— Подойдите и станьте свидетелями божественного плетения Судеб.
Над армией опустилась тишина.
— Трое даровали нам ещё больше благословений через связи между этими храбрыми воинами, — начала она, жестом указывая на истинные пары. — По их святой воле они формируют наши жизни, нашу победу, чтобы мы могли восстать едиными в нашем новом порядке.
Обойдя их, она встала рядом со мной и Ассирией.
Моя истинная пара выпрямилась ещё сильнее.
— Если бы не путь, который они соткали для Халалхиво и Сельхамош, эти пары никогда бы не встретились. Их нити никогда бы не стали единым целым. Их жизни были бы подобны питью из пустого бокала. — Она снова приблизилась к толпе, позволяя своим словам повиснуть в воздухе. — Но теперь они полны.
Не одна пара сразу взглянула друг на друга, и уголки их губ тронули лёгкие улыбки.
— Давайте помолимся, — прошептала она, опуская голову к груди.
Словно волна, собравшиеся опустились на колени.
— Ткачиха, что связывает душу с душой невидимыми нитями, благослови эти связи, которые ты сплела. Пусть их шаги звучат в совершенной гармонии. Пусть цвета их гобелена смешаются. Пусть путь перед ними останется неразрывным даже во время войны.
Повсюду раздались приглушённые слова подтверждения, обращённые к Ткачихе.
Я снова сжал руку Ассирии.
— Благословлены Ткачихой.
Киира продолжила:
— Дарующий, даруй им магию не только для того, чтобы использовать её в битве, но и для того, чтобы поддерживать друг друга в усталости. Пусть их сила возрастает вместе. Пусть их союз станет силой, что воспевает твоё имя в каждом вдохе и каждом ударе. Пусть своей объединённой мощью они принесут величие твоему имени.
Солдаты и жители города распростёрлись ниц.
То же сделали и истинные пары.
— Жнец, обрати на них свой взор, ибо они идут путём, который ты дозволил. Если они оступятся, позволь им подняться вместе. А если придёт смерть, пусть она придёт к обоим, ибо то, что ты связал, не будет легко разорвано.
