Плотоядный: Вожделение плоти (ЛП) - Хертс А. К.
Прежде чем решить, что с ним делать, мне нужно спуститься в подвал и заняться Леоном. Печень я, конечно, давно убрал в безопасное место - кстати, настоящий шедевр. В холодильнике ей хорошо. Для приготовления я выделю много времени. Для меня взять с мальчишки больше особо нечего, но для гостей мне понадобится еще несколько частей. Мысленно уже распиливая труп, я вхожу в забойный зал и вижу свинство, которое оставил. Вот дерьмо! Как это вышло? Я так сосредоточился на печени, что хотел спасти только ее. К тому же мне помешал Том. В тот момент, когда я это думаю, до меня доходит, что моего телохранителя нет. Пульс мгновенно ускоряется. Где этот гад?
Настороженно оглядываюсь по сторонам. Мой взгляд скользит по камерам, ищет его в каждом углу. Потом меня осеняет. Кухня! Он хочет избавиться от веревок! Почему я оставил его просто так лежать? Почему не осознавал риск? Мысль о готовом к нападению Томе, возможно, еще и с оружием, выгоняет пот из всех пор. Где чертов электрошокер? Черт, я забрал его наверх. Я делаю большой шаг в сторону кухни и вытягиваю шею. Его не видно, наверное, сидит на полу. Со связанными руками или без? Я думаю о возможных вариантах развития событий. Если я загоню Тома в угол, а он освободился - он меня убьет, в крайнем случае голыми руками. Может, лучше подняться наверх и принести оружие, или надеяться, что он еще связан, и попытаться помешать освобождению? Пока я держусь на расстоянии.
- Том? - попытка не пытка. - Я знаю, что ты на кухне. Выходи и покажись!
Затаив дыхание, я жду его реакции. Если я заявлю, что его сын у меня в машине, это может его только разозлить. Я должен выбрать кого-то в заложники. Ханна! Беременная! Он ни за что не станет рисковать и не допустит, чтобы я тронул беременную. Я быстро делаю несколько шагов назад и достаю пульт, нервно открываю камеру Ханны. Она никогда не видела эту сторону своего нового жилища, но сейчас мне не до этого. Она удивленно смотрит на меня, когда ширма поднимается. Видимо, она не думала, что за этой стеной что-то есть. Я не медлю, хватаю ее за руку и тащу из комнаты. Ее глаза расширяются от ужаса, она даже вскрикивает. До меня только через мгновение доходит, что она сделала это из-за трупа Леона, который все еще висит там, где я его оставил. По крайней мере, ее крик привлек внимание Тома. Я на миг вижу, как он выглядывает из-за угла кухонного стола. Вот он где!
- Том! Выходи. Игра окончена. Ты же не хочешь, чтобы с девчонкой что-то случилось, правда? Она скоро родит.
Я стою позади Ханны и толкаю ее перед собой, как щит. Она тихо хнычет и дрожит всем телом.
Несколько ужасных секунд ничего не происходит. Потом Том встает. Его руки за спиной. Он только притворяется, или они все еще связаны? Я настороже. У мистера Телохранителя слишком много ко мне счетов.
- Очень хорошо, Том, - сначала хвалю я его. - Повернись, чтобы я видел твои руки.
Он злобно сверкает на меня глазами, но поворачивается как в замедленной съемке. Я не уверен и требую, чтобы он вышел в коридор, подальше от кухонного стола. Он, кажется, едва может двигать ногами. Они все еще связаны? С облегчением выдыхаю, когда вижу целые веревки на его запястьях. Ничего не случилось. К счастью!
Я оставляю Ханну стоять и иду к Тому, хочу схватить его за запястья и оттащить обратно в камеру. Совершенно неожиданно его нога взлетает, и он со всей силы бьет меня в живот. У меня мгновенно перехватывает дыхание. Ошеломленно таращусь на него, потом складываюсь пополам, скручиваюсь от боли. Такое чувство, будто он выбил мой желудок через позвоночник. Его чертовы ноги были свободны! Черт! Отчаянно пытаюсь дышать, чтобы не потерять сознание. Одновременно мне нужно убраться подальше от него, но он чертовски быстр, как-то выбивает меня из равновесия. Я неудачно приземляюсь на плечо и бедро. Боль выбивает слезы из глаз. Все еще не могу вздохнуть. Мое тело горит огнем. Ханна кричит. Я воспринимаю ее краем сознания. Ханна! Мой щит! Я должен вернуть ее, иначе не смогу остановить Тома. Тот тем временем пинает меня везде, куда может достать. Хотя я сворачиваюсь калачиком и закрываю голову руками, он все равно находит чувствительные места. Я не могу думать, пока он меня избивает. Скорее рефлекторно, чем осознанно, я хватаю его за ногу и пытаюсь удержать. Он спотыкается, коротко подпрыгивает на свободной ноге и падает на меня. Так я не планировал! Его тяжелое тело почти добивает меня. Наверняка сломано несколько ребер, но, по крайней мере, пинки прекратились. К счастью, его руки действительно все еще привязаны за спиной, так что ими он меня не достанет. Своим весом он прижимает меня к полу и что-то орет. Я не понимаю, что он говорит, но, видимо, требует помощи от Ханны. Конечно! Она может принести оружие, пока он меня держит. Он меня убьет! Осознание бьет меня, как кувалда. Мне нужно отсюда выбраться, иначе это действительно мой конец!
Я собираюсь с духом и пытаюсь мыслить четко. Том должен слезть с меня, прежде чем Ханна найдет оружие. К счастью, женщина совсем не в себе, ревет и бесполезно стоит. Том орет на нее, чтобы она поторопилась. Я должен что-то сделать! Мой кулак сжат, но размахнуться я не могу, все же вгоняю его, насколько хватает сил, ему между ног, еще раз и еще раз. Одновременно я кусаю его в шею. Этого он совсем не ожидал. Он воет и пытается переместить корпус, но я не сдаюсь, вгрызаюсь, впиваюсь зубами в его кожу, пока не чувствую вкус крови. Мой кулак продолжает молотить по его гениталиям. Его яйца давно должны быть в кашу. Он кричит, но не слезает с меня. Я использую руки, засовываю пальцы ему в уши, наконец пытаюсь добраться до глаз. Неважно, придется ли вдавить их в череп, главное - выбраться отсюда! Том кричит, как на вертеле, на который я бы с удовольствием его насадил. Когда это закончится, с мистером Телохранителем будет покончено. Тогда он свое получит! Больше всего мне хотелось бы зажарить его живьем и целиком на медленном огне, если бы это было возможно. В голове уже проносятся картинки гигантских шампуров. Если можно зажарить целого быка, то и с человеком должно получиться. Том будет страдать за то, что он сейчас делает.
Внезапно он буквально спрыгивает с меня, не заботясь о моих зубах, которые застряли в его коже. Я разрываю края раны, но сейчас он, кажется, этого не замечает. Тяжело дыша, он остается стоять надо мной, таращится сверху вниз. Я выплевываю кусок плоти, который когда-то был им. Что он задумал? В ожидании новых пинков я перекатываюсь на бок.
- Разрежь меня, - слышу я его слова.
У Ханны, должно быть, есть нож. Мои мысли несутся. Если Том освободится, да еще и будет с ножом, это мой конец! Я поднимаюсь и бегу к камере Ханны, на бегу опускаю решетку пультом, проскальзываю под нее, прежде чем она опустится до конца. Безопасность! Не могу поверить! Том в заднице! Пока я здесь, он не доберется до меня! Я громко смеюсь, едва сдерживаюсь. Этого телохранитель явно не ожидал! Мгновение наслаждаюсь его видом, потом падаю на кровать Ханны. Мне больно, но я спасен! Пусть эти двое там снаружи развлекаются с Леоном. Черт, печень! Она в холодильнике, до которого я не могу добраться. Плевать. Я что-нибудь придумаю, чтобы снова поймать этих двух негодников. Сначала хочу просто отдохнуть. Мое тело болит, и как только адреналин схлынет, будет болеть еще сильнее. Со стоном я ложусь и закрываю глаза. Черт, как же это было круто!
Йонас
Голова гудит. Медсестра объяснила, что я в больнице, потому что попал в аварию. Родителям сообщили, они уже в пути, но полиция хотела бы поговорить со мной немедленно. Слишком много информации. Не помню, согласился ли я, но в любом случае слышу слишком громкий, низкий голос, который называет мне свое имя.
- Старший комиссар Вебер. Это мой коллега Германн. Вы в состоянии ответить на несколько вопросов?
Больше всего мне хочется покачать головой, но это наверняка будет больно. К тому же эти двое просто делают свою работу. Наверняка они оставят меня в покое, как только получат ответы. Я едва могу разлепить глаза. Сквозь щелки вижу только размытые силуэты. Кто-то ковыряется у меня на тыльной стороне ладони.
