Людвиг-Объединитель (СИ) - Тарханов Влад
Правду говорят: когда Господь хочет покарать человека, то лишает его разума. Двадцатого состоялись торжественные похороны принца Виллема. Двадцать первого король провозгласил роспуск парламента, отмену ограничений королевской власти, возврат государства к абсолютистской монархии. Были арестованы несколько самых крикливых смутьянов, город патрулировался усиленными нарядами полиции. Виллем III разразился целой серией указов, которые резко ограничивали свободы подданных короны. Но вот по какой-то странной причине король не озаботился введением военного положения и войска в столицу не вводил, по всей видимости, он считал, что законопослушность голландцев перевесит их свободолюбие. И ведь Его Величество наивным мальчиком не казался, да и дураком не слыл. Однако сделал такой промах, вот именно такой ошибки от него точно никто не ожидал. Но уже на следующий день Гаага, Амстердам и Роттердам проснулись от речёвок, которые скандировали демонстранты, оккупировавшие центральные площади городов. Это происходило при явном попустительстве полицейских сил, а армия? Армия сохраняла молчаливый нейтралитет. А что вы хотите при постоянном обрезании военных бюджетов, которыми грешили все бюргеры, независимо от национальности, как только добирались к власти. Йоханн понимал, что династия Оранских-Нассауских, точнее, этих последних Виллемов у народа не то, что непопулярная, они и у работных людей, и у бюргеров, и у местной аристократии стоят поперек горла. А тут король тянет на себя всю власть, попирает данные им же свободы, ну, такое ему не простят!
На что мог рассчитывать Его Величество? Только на гвардию! И преданные ему войска укрепились вокруг дворца, но их оказалось катастрофически мало. По какой-то странной причине, гвардейские части участвовали в маневрах на севере страны. И к моменту мятежа никто из них в столицу не вернулся. Торбеке не был глупцом, он видел, что свержение королевской династии шло по удачно разработанному кем-то плану. Уж слишком много оказалось трагических совпадения, которые позволили свалить монархию. Когда толпы протестантов подошли к дворцу, охрана получила приказ стрелять поверх голов, дабы разогнать демонстрантов и не допустить их прорыва во дворец. Увы, пушек у гвардейцев не было, а залп поверх голов только разозлил нападавших, у которых оружие имелось, пусть и не в таком количестве, но стрелять голландцы умели. И когда защитники резиденции короля стали падать под пулями восставших, солдаты ответили огнем на поражение. На какое-то время атака была отбита. А вокруг дворца на земле лежали десятки трупов. Но тут оказалось, что, в отличии от гвардии, восставшие умудрились вскрыть королевский арсенал и притащили артиллерию. Умелых канониров среди них оказалось в избытке. Легкие полевые пушки против стен дворца… Нет. Конечно, не они стали причиной этих разрушений. Но они сделал главное: гвардейцы вынуждены были отступить и укрепиться в зданиях. Вечером кто-то толковый из восставших догадался протащить по канализации бочки с порохом. Рано утром у мятежников всё было готово: взрыв снёс стену дворца, похоронив под обломками не только защитников, но и всю королевскую семью. В город вошли гвардейские части, но оказалось слишком поздно. Они не успели спасти короля. Но стали наводить порядок в Гааге. Навели! Пролив реки крови.
* * *
Гаага. Бинненхоф. Риддерзаал
26 апреля 1866 года
(Гаага, Риддерзаал)
В каждой столице существует так называемый «правительственный квартал». Гаага не была столицей Нидерландов, но именно в ней находилось и правительство страны, и резиденция короля, и парламент, который тут назывался Генеральными штатами. И король долгое время именовался штатгальтером — руководителем штатов, типа спикер парламента. Вот и в Гааге комплекс правительственных зданий получил название Бинненхоф. И самым старинным помещением этого комплекса считался Риддерзаал (рыцарский зал). Оранские построили его еще в пятнадцатом веке, это стало их тронным залом и местом проведения официальных церемоний. Строгое готическое мрачное сооружение с толстыми стенами внезапно оказалось самым защищенным помещением правительственного квартала. И именно сюда сбежались парламентарии и оставшиеся в живых члены правительства. Тут организовались силы, которые противостояли мятежникам и поставили своей задачей подавить революцию. Да, само здание парламента тоже оказалось атакованным восставшими, которые его частично захватили, частично разрушили. А вот Риддерзаал выстоял и дал убежище Торбеке и еще шести членам Тайного совета. Именно он и возглавили штаб контрреволюции.
— Йоханн! Как ваши успехи? — как только Торбеке появился в Рыцарском зале, как наткнулся на военного руководителя по подавлению путча, генерал-майора Йоханнеса Андриануса ван ден Босха. Надо сказать, что в первый же день революции восставшие-террористы сумели убрать с политической доски две важнейшие фигуры: премьер-министра Юлиус Филипп Якоб Адриан, граф ван Зёйлен ван Нейевелт был убит при выезде из собственного особняка, а военного министра, генерал-лейтенанта Йохана Вильгельма Бланкена застрелил его же адъютант, вступивший в число заговорщиков. Кроме того, революционеры-террористы тяжело ранили главу полицейского департамента Гааги, полностью разгромили и сожгли офис тайной полиции королевства, при этом расправились с его руководством, ко всем бедам куда-то пропал министр внутренних дел.
И тут Торбеке проявил все свои недюжинные организаторские способности. Перво-наперво сколотил штаб контрреволюции, назначив временного диктатора с неограниченными полномочиями, которым стал генерал ванн ден Босх. Ему подчинили не только войска, но и все силы правопорядка. Кроме боев у правительственных зданий повстанцы смогли захватить телеграф, почту и вокзал. И первым делом контрреволюционеры отбили телеграф, чтобы восстановить связь с другими городами страны и вызвать гвардию, отбывшую на манёвры.
— После того, как в город вошла гвардия, ситуация склоняется в нашу пользу. Бои идут только у арсенала, захваченного восставшими. Нам удалось блокировать подходы к нему, и мятежники не могут получить подкрепление. А повстанцы на окраинах города — вооружиться. Можно с уверенностью сказать, что основные силы мятежников в городе уничтожены. Кроме арсенала есть несколько групп на окраинах города и еще… банды. Они активизировались. Грабят обывателей пользуясь хаосом в городе. Я приказал грабителей и мародеров расстреливать на месте преступления без суда и следствия. Иначе волну беззакония не остановить!
— Я полностью поддерживаю такое ваше решение, мой генерал! А что у нас в других городах?
— В Амстердаме ситуация стабилизировалась. Я готовлюсь послать на помощь нашим войскам два батальона гвардейцев, которые очистили железнодорожный вокзал. Есть данные, что пути на Амстердам взорваны в нескольких местах, поэтому мы готовим и ремонтную бригаду, чтобы восстановить движение. Намного сложнее ситуация в Роттердаме. Там восставшие опираются на портовых рабочих, верные нам войска удерживают северную часть города, но пока что особого успеха не имеют.
— Что предлагаете?
— Я связался с коммандером Виллемом Хёйссеном ван Каттендейке, нашим морским министром, отдал приказ сформировать отряды морской пехоты на основе абордажных команд. И ввести их в город, захватив порт Роттердама, в первую очередь.
— Ну что же, Йоханн, я надеюсь на вас и на ваших парней!
Торбеке отошел, направляясь в кабинет, который занимал вместе с остальными членами Тайного совета. Ему показалось, что этот, пятый день революции, стал переломным. И что он имеет шанс вернуть в страну порядок и стабильность.
[1] Вообще-то в РИ правительство ванн де Путте тоже продержалось всего пару месяцев, но сменилось вполне легальным путем и без кровопролития
