Чародей выходит на охоту (СИ) - Рюмин Сергей
— Понял, — задумчиво ответил Розанов. — Резервный вариант есть?
— Есть, — поморщился Старыгин. — Только им предусмотрены двухнедельная отсидка в кишлаке N, захват вертолета погранслужбы Пакистана и на нём прорыв «нитки».
— Ё-моё! — выругался Розанов. — Он, что, у вас рейнджер что ли?
Старыгин ухмыльнулся.
— Ладно, будем надеяться, что всё пойдёт по первому варианту, — вздохнул Розанов. — Благо обозначенный участок недалеко отсюда. Только вот, знаешь, нет…
Он сморщился, словно съел лимон, продолжил:
— От вас данные поступили о предстоящей провокации моджахедов в ближайшее время и именно на том участке. Они между собой никак не связаны, а?
Старыгин усмехнулся, опять развел руками:
— Возможно, резидент решил воспользоваться удобным случаем. Ну, а то, что он выступил организатором, это точно не его уровень.
— Хорошо, — согласился Розанов и поморщился. — Только вот мне сорока с той стороны напела, что это будет очень жесткая провокация, целью которой стоит не только нанесение максимального урона погранотряду, но и вообще его уничтожение. Кроме того, «духи» запланировали обстрел города. Знаешь, почему? Не догадываешься?
Розанов невесело усмехнулся, вздохнул, объяснил:
— Здесь, в Хороге живут памирцы. Они себя не считают ни таджиками, ни узбеками. И одинаково хреново, так сказать, относятся и к тем, и к другим. Но очень хорошо относятся к нам, русским, особенно военным, пограничникам. Они прекрасно осознают, что всё, что у них есть, это только благодаря нам: снабжение продуктами, шмотками, промтоварами. Здесь колбаса, сгущенка и кофе в магазинах лежит! Бананы! Ананасы, правда, консервинованные! Плюс еще льготы и доплаты за проживание в высокогорной местности. Всё это не сравнить с равниной! Вот духи и хотят нас поссорить с местными. Давно хотят. Со времен начала ввода войск в Афганистан. А как это сделать? Вот тебе и ответ!
Старыгин ошеломленно молчал, пораженный масштабностью замысла противника.
— Если это не дезинформация, то как-то уж слишком, — осторожно сказал он. — Такого с 1969 года не было, когда нас китаёзы пощупать решили.
— Похоже, что не деза, — вздохнул Розанов. — Я уже всем, кому можно, доложил, сообщил. А мне в ответ: «не поддаваться на провокации!», «проявлять выдержку!», «отставить панику!». Дескать, за речкой недалеко наши войска стоят, помогут в случае чего. Только стоят они в 50-и километрах по горам. А что такое 50 километров в горах? Задница! Лучше б в 500-х километрах, но на равнине. В общем…
Он раздраженно встал, подошел к окну, отодвинул штору, взглянув на пустынную улицу, развернулся, подошел к столу, взял пачку сигарет. Чиркнул спичкой, прикурил. Снова подошел к окну, открыл боковую фрамугу, выдохнул дым на улицу.
— Видишь? — обратился он к Старыгину. — Пусто! Все бойцы к драке готовятся. Оружие чистят, магазины снаряжают. В боксах машины готовят, тоже боеприпасами снаряжают. Вертушки, какие были, на запасную площадку приказал отогнать от греха подальше.
— Вторые сутки с оружием не расстаются, — продолжил Розанов. — Всех на казарменное положение перевел: офицеров, прапорщиков, вольнонаёмных. Отпуска, увольнения отменил. Вертолетчики тоже сейчас спят вполглаза, не отходя от машин. Ждём. Теперь насчет тебя. У тебя «полёвка» есть?
Старыгин кивнул.
— Получи на складе маскхалат. Прямо сейчас. Я указание уже дал. С оружием как?
Услышав ответ, Розанов невесело рассмеялся.
— Понятно! Прибыл на границу и то с пустой кобурой.
Он открыл ящик стола, вытащил кобуру с пистолетом, бросил на столик перед полковником.
— Без него за порог, даже здесь, в отряде, ни шагу. Будешь уезжать, вернешь! Нужно будет выйти в город, берешь машину и охрану. Без сопровождающих за ворота ни ногой! Возвращение до 18.00. Понял?
Розанов снова выглянул за дверь, крикнул:
— Дневальный!
В кабинет зашел давешний солдат.
— Вызови Капралова, пусть выделит полковнику двух бойцов в его распоряжение. Пусть проводят его в гостиницу, в столовую отведут… Действуй!
Он повернулся к полковнику:
— Вот такие у нас, брат, дела…
Глава 34
Глава 34
Таджикская ССР.
Горно-Бадахшанская область.
Дашт-Хорог.
Всех убью, один останусь!
Домишко Анвар-бея, папаши бывшего рядового Исмаилова, который сошел с ума от моего конструкта «ночной кошмар», в Дашт-Хороге, оказался больше похожим на средних размеров крепость: вокруг трехметровая стена из белого бутового камня, поверх вмурованы железные штыри да большие осколки битого стекла; по углам башенки с узкими оконцами-бойницами. Впервые в жизни я видел такое. По телевизору в зарубежных фильмах встречал, а вот чтобы вживую да еще и у нас… Это ж целая помещичья усадьба какая-то, только с крепостной оградой. Рва с подъемным мостом не хватает.
Внутри двора стоял двухэтажный квадратный дом с плоской крышей, колоннами на входе, с террасой, белокаменными широкими мраморными ступенями и баллюстрадой. Как оказалось потом, на крыше дома за бортиками были оборудованы позиции-лёжки для стрелков. Во дворе был квадратный бассейн размером 6 на 10 метров, выложенный голубой плиткой, несколько вызывающих определенное подозрение строений, примыкающих к стене, с узкими зарешеченными окнами под самой крышей, летняя кухня, гараж на пару машин. Одно такое строение с железной дверью и решетками на узких горизонтальных окнах явно не пустовало. Из- него доносились приглушенные и, кажется, детские голоса. За домом виднелся кусок лужайки с деревьями: похоже, что садик.
Ворота нам открыли сразу без разговоров: всё благодаря водителю. Всю дорогу я его расспрашивал про хозяина, охрану, обстановку. Много он, конечно, не знал, но про шестерых телохранителей и наличие у них оружия рассказал. А также про женщин, выполнявших роль обслуги. Причем, одна была вроде как наложницей хозяина, а двух других по очереди пользовали его охранники. Водитель заметил, что оказание интимных услуг явно не отличалось добровольностью.
Мы подъехали вплотную к воротам. Водитель вышел из салона, подошел к глухой калитке двухметровой высоты, постучал, что-то прощебетал по-своему в открывшееся квадратное окошко. В ответ ему что-то прорычали, но ворота почти тут же стали открываться. Удивительно, но нас на двух машинах запустили совершенно беспрепятственно.
Во дворе, как только я с maman вышли из «москвича» (он въехал первым), нам навстречу вышли два молодых парня в белых рубашках и темных брюках. Причём, оба не скрывали наличие оружия: пистолетов за поясами. Один скривил рожу и попытался схватить меня за плечо, второй ухватил за руки maman, очевидно, с намерениями препроводить нас куда-то насильственным образом. Может, причиной их грубости послужили бесчувственные тела подполковника и здоровяка, которые таксисты вытащили из салона «копейки» и уложили на бетон двора? Сами же водители, узрев пистолеты у встречающих, поспешили побыстрее ретироваться, благо расплатился я с ними заранее.
Разумеется, встречающие нас вместе с открывавшим ворота сразу улеглись во дворе, не успев даже вякнуть/пикнуть. Я вытащил у них из-за поясов пистолеты (кстати, обычные, наши стандартные пистолеты Макарова, ничего особенного) и засунул их во внутренние карманы джинсовки. Во внутренние карманы джинсовой куртки не только ПМ, «маузер» влезет!
Водитель «волги» всё это время стоял в стороне, затаив дыхание, и боялся даже пошевелиться.
На крыльцо почти тут же выскочили два автоматчика. Я, хоть и удивился, но отреагировал мгновенно. «Скакуны» рухнули на каменную лестницу, не успев даже поднять оружие и прицелиться. Их автоматы Калашникова да еще укороченные, десантного образца, мне оставлять тоже стало жалко.
— Принеси! — приказал я водителю «волги», осматриваясь по сторонам. Maman я предусмотрительно отставил на всякий случай за своей спиной. Она прониклась и стояла молча, не мешая мне.
