Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
— Что же?
— Выражения лица лорда Болтона, когда Домерик придёт свататься или когда услышит о размере приданого, — Мормонт со Сноу засмеялись, представляя эту картину.
…
— Что это? — спросил Мормонт, когда Джон после тренировки подошёл к нему и передал несколько цепочек с подвесками в форме вставшего на дыбы медведя.
— Подвески.
— Я это понял, но зачем они?
— Я рассказывал вам о путешествии в Дорн?
— Не столь много, как хотелось бы.
— Там я познакомился с принцем Оберином, и он отметил одну важную вещь.
— Не поделишься?
— Если коротко, то: «пусть у волка есть клыки и когти, он всё равно умрёт от яда». К медведям, думаю, это тоже относится, — Сноу открутил медведю голову и достал небольшую колбочку с жидкостью.
— Яд?
— Противоядие. Универсальное почти от всех ядов, главное — вовремя принять.
— Такая вещь дорого стоит. Не знал, что такое можно купить.
— Купить такое как раз нельзя. Скажем, это результат моих «талантов». Тут для всех Мормонтов, включая дочь Алисанны и Лианну, — Сноу передал лорду Джораху весь набор.
— Джон…
— Вы были добры ко мне. Возможно, даже больше, чем я мог бы заслуживать. Это самое малое из того, что я мог сделать.
— Ох, Джон, — Джорах обнял бастарда, что за годы на острове заменил ему сына. Эддард Старк, наблюдавший за этой картиной издалека, ощутил сильный укол ревности.
* * *
Эддард Старк тяжело вздохнул, услышав за дверью разъярённый голос лорда Слейта, обращённый к мейстеру Лювину. Леди Слейт была на восьмом месяце беременности и ждала третьего ребенка. Они как раз должны были быть в пути к замку Чёрная Заводь, но позавчера у леди отошли воды и начались схватки. Третий день Сара Слейт мучается и никак не может родить, а её лорд-муж ничего не может с этим поделать.
— Помоги ей! Она страдает третий день! — слышался голос. Мейстер Лювин пытался что-то объяснить в ответ, но, судя по возгласам северного лорда, это не возымело успеха.
В итоге дверь с грохотом отворилась, и мейстер, спотыкаясь, покинул покои, выделенные Слейтам. Из соседней комнаты раздался женский выкрик боли, который был уже почти бессильным. За стеной о чём-то причитали повитухи, но и их помощь была безрезультатной.
— Всё так плохо? — поинтересовался у старика Эддард.
— К сожалению, это так, милорд. Роды идут с сильными осложнениями. Если у леди Слейт не получится родить в ближайшие часы, то, скорее всего, она и её дитя погибнут ещё до рассвета.
— А если получится?
— Тогда у леди будет шанс выжить. Дитя, вероятно, погибнет. Недоношенные младенцы слишком слабы, а этот будет ещё и ослаблен родами.
— А если… — Эддард указал на кинжал. — Достать ребенка иным способом…
— Если бы я знал, что всё обернется этим, то рекомендовал бы сразу так поступить. Тогда были бы шансы хотя бы у малыша.
— Седьмое пекло! — выругался Эддард, а затем вздохнул. — Полагаю, лорд Слейт в курсе положения.
— Не будь так, его настроение было бы более… благоприятным.
Мысли о потенциальном мёртвом младенце в замке подпортили и без того не самое радужное настроение Хранителя Севера, а, помимо всего этого, пробудили очередные плохие воспоминания о другом мёртвом младенце, первенце Эддарда, девочке, что не прожила и нескольких лун…
Произошло это более пятнадцати лет тому назад на турнире в Харренхолле. Гости с Севера прибыли в замок за пару дней до начала, так что было время на прогулки по окрестностям. Во время одной из таких прогулок Эддард встретил самую прекрасную девушку на свете. Ею оказалась леди в лиловом девичьем плаще из свиты принцессы Элии Таргариен и сестра одного из королевских гвардейцев. Средний из братьев Старков влюбился сразу же и бесповоротно. Сильное чувство Неда вызвало лишь смешки со стороны сестры и братьев, так он думал поначалу. Ведь казалось, что высокая, улыбчивая красавица не обращала на мрачного северянина никакого внимания.
В первые дни турнира юный Старк был мрачнее тучи. Леди Эшара Дейн точно не испытывала недостатка внимания со стороны кавалеров, а, чтобы потанцевать с ней, выстраивались чуть ли не в очередь. Кто-то поговаривал, что некоторые кавалеры были готовы подраться с другими или щедро им заплатить, чтобы их черёд наступил раньше, а, следовательно, и увеличить свои шансы в делах любовных. С каждым часом пира и с каждым партнёром девушки по танцу, что были один именитее другого, настроение Неда становилось всё мрачнее. Куда ему, младшему сыну, тягаться с принцем Оберином, Джоном Коннингтоном или легендарным Барристаном Селми?
Однако, к всеобщему удивлению, дорнийская красавица подошла к столу, за которым сидели северяне, и пригласила Неда на танец сама.
— Он согласен, — ответила за него Лианна и силой вытолкнула брата из-за стола. Пока тот улыбался как идиот.
Так и произошло их знакомство. Как выяснилось позже, это Брандон Старк попросил девушку за брата. Но главным было другое. В конечном итоге Эшара и Эддард не отлипали друг от друга весь день, и после их танца дорнийка танцевала только с ним одним. Это понравилось не всем, и Тихому волку пришлось показать клыки, несильно избив одного из особо наглых претендентов на внимание леди Дейн.
Затем были многочисленные «тайные» встречи. В богороще, саду, укромных уголках замка и даже в турнирном шатре Эртура Дейна. Многочисленные слова, поцелуи, объятия и даже нечто большее делали Эддарда счастливым, каким он не был никогда раньше. На пятый день турнира средний из братьев Старк просил у отца разрешение посвататься к леди Эшаре Дейн. Тот не был против, у нынешнего лорда Дейна не было детей, за ним в очереди шёл Эртур, который не сможет унаследовать Звездопад из-за своих обетов. Дальше была Эшара, так что, с большой долей вероятности, в венах следующего лорда Звездопада, а, возможно, и Мече Зари будет течь кровь Старков из Винтерфелла.
Рикард Старк знал, как горячат кровь турниры, любовь и юность. Он просил сына лишь об одном — дождаться свадьбы старшего брата с Кейтилин Талли. Брак среднего брата раньше брака старшего может ударить по престижу. Нед даже не предполагал, что момент счастья может закончиться. Но судьба — жестокая сука. Эддард и подумать не мог, что принц Рейгар "похитит и изнасилует" его сестру, а король казнит его отца и брата. Затем было восстание, политический брак с Кейтилин и Башня Радости.
Острое чувство вины резко укололо Эддарда. Вины за собственную слабость, лицемерие и неисполненные обещания, что он дал Эшаре в Харренхолле. Он ведь даже не попросил отвести его к могиле дочери, пока был в Звездопаде после войны, всё горевал о смерти сестры. Эшара же показала себя более достойно, чем он. Она заботилась о Джоне, будто он был её сыном, сама ухаживала за ним и кормила, даже нашла ему кормилицу на время пути на Север. Она точно бы полюбила бастарда.
Теперь Хранитель Севера думал о том, правильно ли он поступил, следуя долгу. Союз с Речными землями был заключён, и у Винтерфелла появился наследник с кровью Талли. Старк мог бы поддаться эгоистичным желаниям и отправить Кейтилин обратно в Риверран, а Эшару пригласить «погостить» на Север. Он бы оскорбил любимую статусом любовницы, но знал, что та бы согласилась — она любила Неда и точно полюбила бы Джона.
Сноу был бы счастлив, а речники… Речники получили, что хотели, и возможно бы даже молча проглотили наглую выходку лучшего друга нового короля. Но Эшара покончила с собой, а явный разлад в семье произошёл только сейчас. Хотя, возможно, только сейчас Нед уделил ему должное внимание. «Всегда ли Кэт была такой мелочной и нетерпимой?» — спрашивал он у себя и не находил ответ.
Владыка Винтерфелла слишком сильно погрузился в собственные мысли и воспоминания, вызванные возможным мертвым младенцем. Он подвел свою дочь и свою любимую, но, возможно, они его простят или не станут злиться на него так сильно, если он поможет спасти чужую детскую жизнь. Нед иронично улыбнулся сам себе, точнее, своему эгоистичному желанию, которое был намерен исполнить.
