Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
— Тогда пусть наши друзья готовятся к приступу, — приказал Стрикленд.
— Лишь наши друзья? — уточнил Торне.
— Не думайте, что я просто желаю сохранить собственных людей.
— Я этого не говорил, — справедливо отметил Аллисер, но Гарри продолжил.
— Я прекрасно знаю, на что способны <b>мои</b> люди, но для успеха дальнейшей кампании мне нужно видеть, как ведут себя в бою все остальные.
— Ваша воля.
* * *
Простор
Уиллас Тирелл пустил лошадь в галоп, как только заметил на горизонте вздымающийся к небу серый дым. Вслед за наследником Простора тут же пустились его товарищи, дети лордов-знаменосцев его отца, а вместе с ними и тяжёлые рыцари с золотой розой на плащах.
В самом густонаселённом из королевств одна деревня нередко была видна прямо с окраин соседней, а засеянные зерном и кукурузой поля раскидывались между ними золотым морем. Ныне же вместо домов стояли развалины, а когда-то плодородные поля превратились во взрытую копытами топь, состоящую из крови и грязи.
Урожай втоптали в землю, взамен поле усеяли обезглавленными трупами крестьян, которые должны были этот урожай собрать. Раны на телах черни были трёх типов, одни большие и уродливые, нанесенные явно рубящим оружием, совсем редко встречались следы от кнута, остальные были от стрел. Этих почти всегда было больше, чем обычно требуется для того, чтобы убить человека, и речь шла не о трёх-четырёх выстрелах. Счёт часто превышал десяток.
Вот только в поле не было ни одной целой стрелы, равно как и всего, что могло представлять какую-либо ценность, будь то добротная целая одежда, глиняная утварь или инструмент для работы в поле. Что уж говорить о медяках или оружии. Нападавшие, подобно самой настоящей саранче, высосали из округи всё, что только могли.
В попытке сдержать рвотные позывы Уиллас прикрыл лицо платком, вышитым для него Сансой. Помогло не сильно. Простор всё ещё не ощутил на себе уход лета, палящее солнце вкупе с гниющими, разлагающимися трупами и вездесущими мухами создавало смрад, способный устроить рандеву с завтраком даже для самых матёрых, выдавших всякое дерьмо ветеранов.
А вот бродячие псы и вездесущие вороны устроили самое настоящее пиршество. Подобно стервятникам, они обгладывали почерневшие от покрова мух тела коров, овец, свиней, кур и даже людей.
— Нужно избавиться от тел, — заключил Тирелл. — Возможный мор не самая страшная из текущих проблем, но лучше его избежать.
— Я распоряжусь заняться похоронами, — поклонился Уилласу лорд Фоссовей.
— Не нужно, на это нет времени. Сожгите их.
— Милорд, — поклонился мужчина и, ударив по крупу коня, ринулся отдавать распоряжения.
Деревни представляли собой самые настоящие пепелища, от домов остались лишь выгоревшие брёвна да глина, но беспокоило Тирелла не это, а тот факт, что в окрестностях не было ни одной живой души. Ни женщины, ни калеки, ни ребёнка, ни труса. Никого. Разорённое поселение встретило войско Простора мрачной, гнетущей пустотой.
— Проверьте! — велел Тирелл, делая взмах в сторону домов.
Воины домашней гвардии и присяжные рыцари отправились выполнять приказ, пока солдаты более низкого происхождения за деревней сбрасывали тела крестьян в одну большую кучу и собирали по округе хворост. Сначала один гвардеец, затем ещё двое, мужчины выносили из домов и лачуг тела обезглавленных девиц с красными да синими бёдрами. Самой младшей не было и десяти, а возраст самой старшей был около сорока лет. Вскоре счёт найденных в домах женщин пошёл на десятки.
— Милорд, там… — бледный молодой рыцарь прижимал к себе хрупкое, тонкое девичье тельце, карие глаза воина полыхали от гнева, однако найти слова, которыми получилось бы озвучить произошедшее, он всё равно не мог.
— Всё разорвано, — взял слово офицер, выходец из простого люда, который был уже в летах, он держал в руках девочку двенадцати лет, обезглавленную, как и все остальные. — Их всех снасильничали. Делали это долго, до смерти, а кого, может, и после.
— Ебучие козоёбы! — гневно выплюнул Гарлан, сжимая в руках поводья.
— Раньше разбойники из числа каменных дорнийцев собирались в большие банды, чтобы пограбить деревни в марках, иногда они даже забредали в Простор. Отец рассказывал, как в юности ему приходилось иметь дело с их набегами. Рассказы эти были по-кровавому красочными и подробными, но в них не было ничего похожего на… это.
— Что ты хочешь сказать, брат? — спросил Гарлан.
— Лорд Тирелл, лорд Тирелл! — закричал один из рыцарей. — Вы должны это увидеть!
В центре деревни, как и в большинстве других в Просторе, разместилась небольшая септа, а рядом с ней красовалось уже другое «сооружение», представляющее собой груду отрубленных голов, которая поднялась выше человеческого роста.
— Хочу сказать, что это были не дорнийцы, — мрачно произнес Уиллас, сжимая рукоять Золотого Венчания, так сильно, что костяшки пальцев побелели.
* * *
Королевские земли
В месте, где шедший из Божьего Ока приток впадал в Черноводную, разместилась переправа, через которую можно было добраться до столицы по Золотой Дороге. На левом берегу, там, где Королевский Тракт почти касается вод Черноводной, разбило лагерь войско Эйгона Таргариена, перекрыв узурпатору дальнейший путь на столицу.
В походном шатре короля состоялся военный совет. В своих грёзах Гриф не раз возглавлял подобные, проводимые в Палате Расписного стола собрания. Но грезы на то и грезы, что в них молодой дракон всегда выглядел гораздо легитимнее и внушительнее, чем наяву. Однако Эйгон не жаловался. Он контролировал столицу и большую часть королевского домена, был коронован главой Веры и занял Железный трон. И всего этого он достиг менее чем за месяц. Его люди одерживали победу за победой, а Тайвин с Джоффри покоились в темнице, обеспечивая невмешательство Запада в его дела. Всё шло как нельзя лучше. Пока только ветер, колышущий чёрную ткань шатра, был одной из наиболее веских проблем молодого короля.
Лоялисты старой династии склонились над разложенной на столе картой. Джон Коннингтон, как наиболее приближённый, стоял по правую руку от короля, сир Барристан, в роли главы вновь сформированной королевской гвардии, — по левую. Чуть дальше стояли остальные сторонники завоевателя: капитаны и офицеры наёмных отрядов, присягнувшие драконам лорды и рыцари. Чуть в стороне, за спинами благородных, стояли агенты Вариса и красная женщина.
— Лорд Коннингтон, введите остальных в курс дела, — велел монарх.
— Утром прилетел ворон из замка Дарри. Над твердыней теперь реет знамя с трехглавым драконом.
— Генерал-капитан Стрикленд поработал на славу.
— Если вы так считаете, мой король, — ответил ему Джон, поспешив продолжить. — Фактически мы контролируем все земли между Трезубцем и Черноводной к востоку от Божьего Ока.
— За исключением Расколотой Клешни, — поправил его Сир Барристан, Коннингтон кивнул.
— Харренхолл? — уточнил король.
— Замок удерживает относительно небольшой гарнизон из остатков ланнистерских и фреевских лоялистов. Слишком мало людей, чтобы держать его весь, однако нашим людям всё равно придётся попотеть.
— Следует ли нам обдумать его захват? — обратился к своим людям Эйгон.
— Преклонение Харренхола перед Эйгоном Таргариеном могло бы прибавить нашему делу легитимности, как и престижа лично для вас, мой король, — взял слово один из лордов. — Однако на данном этапе его ценность для нас сомнительна.
— В замке большие амбары, люди Фреев и Ланнистеров трусы, но не дураки, они наверняка их заполнили.
— Плуг бывает сильнее меча, особенно во время войны, — Гриф вспомнил один из бесчисленных уроков.
— Пехота будет добираться от Дарри до Харренхолла не менее пяти дней, — заговорил сир Барристан. — Это если погода будет хорошей. Нам же потребуется потратить свыше двух недель только на переход.
