Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
Засада хорошо показала, что порой под личиной золотого льва прячется обычная букашка, которая при малейшей опасности предпочтёт сбежать, чем принять бой. Пара всадников из конца колонны успела развернуть лошадей и ринуться наутек, но в последний момент на тракт упало подпиленное дерево и отрезало путь к отступлению.
Не прошло и десяти минут, а от сотен солдат осталось всего несколько дюжин. Ударом длинного меча рыцарь снёс голову забывшегося в боевом азарте штормовика, попытавшегося схватить его лошадь за поводья, но намного больше убитых нападающих от этого не стало. Рядом с Ланнистером упал с коня насаженный на копье всадник.
Этот «бой» выиграть невозможно, а значит нужно бежать. Западник ударил по крупу коня и ринулся вперед, оставшиеся выжившие поспешили последовать его примеру и ринулись вслед. Каких-то сорок-шестьдесят метров отделяли место схватки от спасительных деревьев, за которыми попасть из лука по убегающим будет в разы труднее. Где-то позади свистели стрелы, но сейчас было не до них. Нужно вырваться из ловушки, а месть за унижение подождёт.
Пятьдесят метров до спасения, тридцать, десять. И вот, когда уже кажется, что спасение обеспечено, ещё несколько болтов вылетают прямо из-за деревьев и кустов. Пронзённый сразу тремя болтами, конь встал на дыбы и сбросил своего хозяина, привалив к земле своим телом.
Люди Селвина Тарта спешно обливали повозки и их содержимое маслом, после чего поджигали, другие добивали раненых и спешили скрыться за деревьями. Времени было в обрез, основные силы львов совсем рядом, и людям Селвина предстоит убегать от них по лесам следующие несколько дней.
— Милорд, этот благородный, — к штормовому лорду подошли его гвардейцы, таща раненого рыцаря. — Он может что-то знать.
— Пленных не брать, — лишь повторил свой приказ лорд.
— За леди Бриенну! — прорычал один из гвардейцев, перерезая еще надеющемуся на спасение рыцарю горло.
Глава 64
Ров Кейлин, Север
Дворянское достоинство, без всяких сомнений, более чем весомая награда за ратный подвиг, спасший множество жизней. Более того, даже богатые и влиятельные торговцы, учёные или воины видят подобную вещь верхом своих жизненных стремлений, что уж говорить о бастарде. Однако Мия Стоун больше ценила материальный аспект своего нового статуса.
Какое дело простой девушке из Долины до титула? У неё ещё нет детей, чтобы передать его, как и нет соперников, перед которыми захочется похвастать высоким статусом. Другое дело теплая постель, очаг, просторные покои в наиболее защищённом фамильном крыле замка, горячая вода по первой же просьбе. Мия подозревала, что быть дворянкой ей определенно понравится. Однако были в недавних жизненных переменах и минусы.
Знала бы Мия Стоун, чем обернутся её слова о любовной связи с Кошмарным Волком, то предпочла бы молчать. Опасаясь за своё здоровье и жизнь, юноши натурально боялись находиться рядом с ней на виду у посторонних, а стоило Мие перейти к невинному флирту или панибратским шуткам, как те мертвецки бледнели и спешили как можно скорее откланяться. Вкупе с новым высоким статусом это превращалось в катастрофу. Все знали, что дворяне худородных в семью не вводят, так что круг возможных смельчаков сужался ещё сильнее. Найти человека, чтобы просто удовлетворить утехи плотские было почти невозможно. Еще и Джон Дейн, в порыве страсти не всегда заглушал шум из спален магией и… одним словом, мешал спать.
Поступил он так и в этот солнечный день.
— Просыпайся, Стоун. У нас сегодня много дел! — Джон бесцеремонно вошёл в покои девушки, уклоняясь от брошенной ему в лицо подушки.
— Отвали, Дейн!
— Ты чего такая злая? — молодой лорд сложил руки на груди и упёрся в дверной косяк. Наглая улыбка не сходила у него с лица.
— Судя по стонам, ты не в курсе, но есть такая классная вещь, «сон» называется. Не практикуешь её сам, так хоть не мешай другим!
— Не могу спать, пока ждут дела, — ответил ей Дейн. Мия разочарованно простонала, понимая, что тот не уйдет. Делать нечего, пришлось покинуть постель.
— Так чего ты от меня хочешь? — спросила бастард.
— По преданиям, чтобы остановить вторжение первых людей на материк дети леса обрушили Молот Вод на границу современного Севера и речных земель. Превратив это место в Перешеек.
— Спасибо за урок истории, — фыркнула Стоун. Улыбка Джона никуда не делась.
— Сегодня я попытаюсь превратить тебя в дворянку. Заходи, — приказал он, выглянув в коридор.
Миг спустя в покои вошла Алаяйа с ножницами в руках и мстительной улыбкой на лице.
— Джон, нет! — запротестовала Мия.
— Джон, да! — в один голос вторили ей Дейн с Алаяйей.
Темнокожая красавица умело орудовала ножницами, превращая не знакомые с ничем, помимо кинжала, чёрные волосы в хорошую короткую стрижку. Мия же скорчила траурную гримасу, но подруге не мешала, лишь изредка шипела на отпускающего комментарии Джона. За прихорашиванием компанию застали вскоре вошедшие Вель с Дейси.
— Долго ещё? — возмущённо спрашивала Стоун.
— Почти закончила, — ответила ей Алаяйа.
— Хвала богам! — радостно воскликнула бастард.
— Рано радуешься, — коварно ухмыльнулась Вель.
— Что?
— Тебе ещё нужно выбрать герб, — ответила Уайтлинг.
— И приодеться, — добавила Дейси. — Так что Джон ещё долго будет тебя мучить.
Любовницы Кошмарного Волка усмехнулись. Мия тяжело вздохнула, а Алаяйа принялась снимать с подруги мерки и вслух рассуждать, во что бы её принарядить. Одичалая налётчица, бастард из Долины, хозяйка борделя и рыцарь Полумесяца. У них было разное происхождение, социальный статус и история, но весёлая дружественная компания делала эти границы несущественными.
Почти каждая девушка хочет быть красивой, и вне зависимости от эпохи знает тот или иной способ добиться этого. Иногда просто необходимо развеяться и отдохнуть от забот, вот они и принялись это делать, а формальный повод уже не имел особого значения.
Носить платье Мия отказалась наотрез, а вот против камзола ничего не имела. Девушки принялись работать над «подобающей высокому статусу одеждой». Алаяйа выбрала синий цвет, тот отлично подчеркнёт глаза, а дополнят его чёрный и золотой. Цвета родителя, как-никак.
Вечером леди Стоун предстала перед друзьями уже в новом облике. Синий камзол с вышитыми золотыми нитями узорами: олени, женщины с оружием, горы Долины. Дополняли его высокие кожаные сапоги со стальными пластинами, черные штаны и посеребрённый рыцарский пояс с кинжалом.
Перетянув грудь бинтами, Мия легко бы сошла за молодого знатного юношу с женственным лицом, и без всяких проблем вскружила бы голову почти любой служанке. Алаяйя, не удержавшись, присвистнула.
— Не будь у меня Уэймара… Ох уж эти долинники.
— Знаешь, в этом действительно что-то есть, — поделилась своим мнением Вель. — Ну, когда мучают не тебя. — Дейси засмеялась.
— Тебя-то понятно, а мне за что такая участь? — вопрошала Мия.
— Каждый член семьи лорда представляет его. В той или иной мере, — ответила Дейси, несколько более жестким тоном, чем планировала изначально.
— В том числе это делает и его ближайшее окружение, — мягко добавила Вель. — Джон доверяет тебе. Не опозорь его.
— Мне не нужно постоянно так наряжаться?
— Только в требующие официоза дни.
— Возблагодарим же богов за это! — воскликнула Вель.
— Чего это она? — повернула голову на бок Мия.
— Утром Джон заставил выбрать себе герб и новое платье.
— Покажи, — попросила Алаяйя.
Вель достала из кармана небольшой клочок ткани с первым изображением личного герба дома Уайтлинг, напоминавшего герб Солитьюда, с той лишь разницей, что этот волк в пасти держал стрелу.
— Может, и мне так сделать, — начала размышлять вслух Мия. — Взять оленью голову анфас[1].
— О, уже выбрала? — спросил Джон, войдя в комнату.
— Раздумываю, — ответила Стоун. — Что это у тебя? — Джон протянул Мие её кольчугу.
