Бастардорождённый (СИ) - "DBorn"
— Вы ведь сейчас не серьёзно? — не скрывая скепсиса, уточнил лорд Тарли.
— Почему же, абсолютно серьёзно, — ответил ему Уиллас Тирелл. Мужчины коротали время за кубком вина в одной из многочисленных беседок.
— А жаль. Неплохая получилась бы шутка. Идеально бы разбавила светскую беседу.
— В своем письме лорд Старк выразился довольно ясно. Огромное войско мертвецов идёт на юг, а Иные возглавляют его. Он просит все великие дома готовить людей к войне и оказать Северу всестороннюю поддержку в разрешении будущего… — Уиллас подбирал нужное слово. — Кризиса.
— Быть может, дикарь просто помешался рассудком, — недовольно проворчал Тарли.
Старый лорд имел полное право выражать свое недовольство. Моральное уж точно. Высокий, тощий, но крепко сложенный лорд Рогова Холма был уже в летах: его борода полностью покрылась сединой и была единственным украшением лысой головы. Воин по характеру и не какой-то там зелёный рыцарь, а суровый и решительный солдат, по праву заслуживший уважение и славу.
Будучи одним из лучших полководцев не только Простора, но и всех Семи королевств, и единственным, кто смог подарить Роберту Баратеону горесть поражения в восстании, лорд Рендил отнёсся к вести об армии мертвецов более чем скептично. А то, что человеком, пытавшимся донести эту мысль, был сын Мейса, присвоившего себе ту самую победу над Робертом, лишь усиливало скепсис.
Таких чудес, как исцеление ноги наследника Хайгардена и обретение домом Тирелл легендарного клинка, было достаточно, чтобы убедить в существовании мёртвой орды Уилласа, и помощь Сансы тоже была не лишней. Однако остальные южные лорды в целом и лорд Рендил в частности не были намерены верить в подобные глупости. Вот только последнего убедить было просто обязательно: владыка Рогова Холма пользовался уважением и авторитетом среди дворян и солдат — если он поверит в вести с Севера, то убедить прочих проблемы не составит.
В стороне послышался звонкий девичий смех. Леди Талла Тарли, старшая дочь Рендила смеялась очередной шутке, озвученной новыми подругами: Сансой и Маргери Тирелл. Девушки прогуливались вдоль тернового лабиринта и сплетничали. В сопровождении «почётной» лохматой «стражи», разумеется. Словив на себе взгляды Уилласа и Рендила, все трое поспешили подойти к беседке.
— Как твои дела, любовь моя? — cпросила у мужа Санса, усаживаясь рядом.
— Пока не очень успешно, — улыбнулся жене Уиллас.
За годы, прожитые с рыжей красавицей в одном замке, Уиллас мог с уверенностью заявить, что привязался к ней, а возможно даже и полюбил, что было редкостью в политических браках. Наследника Хайгардена тешила мысль, что его жена — одна из красивейших женщин в Просторе, а завистливые взгляды лордов и их наследников раз за разом подымали ему настроение.
Но это было раньше, а ныне… ныне Санса Тирелл стала ещё красивее. Беременность сделала грудь девушки полнее, улыбку — яркой, а щеки — румяными. Что уж говорить об регулярных уроках с Королевой Шипов, которые Тирелл был намерен в определённый момент прервать. Умная и прозорливая жена это хорошо, но лишь до тех пор, пока она не превращается в язву, подобно леди Оленне.
— Лорд Тарли не верит в вести от твоего отца и старшего брата.
— Почему же? — искренне удивилась Санса, переведя взгляд насыщенных голубых глаз на лорда Тарли.
— Не сочтите за грубость, леди Тирелл, — на миг старый лорд стушевался. Видимо, даже он не мог не поддаться влиянию внешнего очарования северной красавицы. — Я не верю в сказки. Давно из них вырос.
— Я, как и вы, росла на сказках, лорд Тарли, — тепло улыбнулась девушка, поглаживая начавший округляться живот. — На них вырастет и это дитя. Иные, застенная нечисть, драконы — этот набор не меняется десятилетиями и вряд ли изменится.
— Хорошо, что вы меня понимаете, — ответил Тарли. К всеобщему удивлению, даже без колкостей и не грубо. Общество дочери уж точно не было причиной столь редкой для этого человека вежливости.
— Но всего три столетия назад Эйгон Завоеватель покорил материк при помощи драконов, а около меня сейчас сидит лютоволк размером с пони, — Санса погладила волчицу.
— Ваш питомец впечатляет, — кивнул в сторону зверя мужчина.
— Леди — самая мелкая из выводка.
— Лютоволки и драконы фигурируют в сказках, но их существование вопросов не вызывает. Почему же трудно поверить в Иных и орду нежити? — спросил Уиллас.
— Потому что их тысячелетиями никто не заставал, — отмахнулся лорд.
— Шесть королевств преклонились перед мощью драконов и их владык, когда те впервые прибыли в Вестерос. Стоит ли повторять такую ошибку сейчас, но уже с Иными?
— Войско мертвецов, даже если оно существует, остается войском. Как и любое другое, его можно разбить и неважно где: под Стеной, в Речных землях или здесь, в Просторе. Если у противоборствующей стороны будет подходящий глава, разумеется, — уколол Тирелла Рендил.
— Какое самое крупное войско на вашей памяти? — с неподдельным интересом спросила у вояки Санса.
— В век Героев Гарденеры могли собрать под своими знаменами сто тысяч и даже сто сорок, — ответил лорд, не сильно вдаваясь в суть вопроса. Его благоверная не общалась с мужем на темы, касающиеся ратных дел. — Конечно, эта армия наполовину состояла из черни, впервые взявшей в руки копья, но всё же.
— Я слышала, что за Узким морем есть бесчисленные кхаласары.
— Вы правы, леди Тирелл. Самые могучие из кхалов ведут за собой стотысячные орды, но воинов там меньше половины. Иногда два, а то и три таких кхала объединяются в союзы, но они не существуют больше полугода.
— Самое большое известное войско состоит из ста двадцати тысяч дикарей-конелюбов, — подвёл итог Уиллас. — Не сильно впечатляет.
— Так и есть, — согласилась с мужем Санса.
— К чему мы вообще говорим об этом?
— Давайте всего на секунду примем за истину, что все сказки о Иных правда. Что они ведут за собой орды нежити, что могут подымать мёртвых и что Стена построена для защиты мира людей от этих тварей, — предложил наследник Хайгардена.
— Ну, допустим, — хихикнул мужчина.
— Если они минуют Стену и двинутся на юг, убивая всё на своем пути… Если северяне не смогут их сдержать и пополнят ряды нежити…
— Население Севера… — пробормотал Тарли.
— Полтора миллиона человек, — ответила за него Санса. — Меньше, чем там, только в Дорне.
— Такую орду не одолеет ни одна армия. Не остановит ни одна крепость. Ни Ров Кейлин, ни болота Перешейка, ни горы Долины, ни холмы Западных земель не задержат их надолго. Утёс Кастерли, Орлиное Гнездо и Хайгарден станут могилами последних выживших.
— И… — на лице Рендила не дрогнул ни один мускул и лишь мимолетный взгляд на перепуганное лицо старшей дочери говорил о том, что доводы возымели некий успех. — Что вы предлагаете?
— Дом Тиррел намерен отправить к Стене часть своих людей и всё необходимое для войны подобного рода. Мы будем благодарны, если вы поможете убедить остальных лордов в необходимости такой меры и с их стороны.
— Кто возглавит это войско?
— Сир Гарлан Тирелл, но он с радостью уступит командование более опытному и умелому полководцу. Стоит тому только этого пожелать.
Глава 51
Королевская Гавань
В последний раз представитель дома Мартелл гостил в столице больше двадцати лет назад — это был день свадьбы леди Элии Мартелл и кронпринца Рейгара Таргариена. Старшая сестра Оберина, родившаяся принцессой Дорна, стала принцессой семи королевств. Ею она и умерла, стоило лишь восстанию Баратеона закончиться.
Но в тот ушедший день празднества и радости никто и предположить не мог, что подобный исход возможен. Это было время рассвета силы и юности нынешнего поколения лордов государства. Оберин провожал свою сестру к алтарю, Оберин охранял её по пути в столицу и Оберин потешался над скрипящими зубами львами, ведь те не могли ничего поделать. Не могли ничего изменить.
Ни богатство дома Ланнистер, ни власть Тайвина, ни страх перед его персоной, ни когда-то дружеские отношения с королём не помогли его единственной дочери стать женой кронпринца. Если боги наказали Тайвина за гордыню сыном-карликом, то Таргариены сделали то же самое, предпочтя Серсее Элию.
