"Фантастика 2025-24". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Мухин Владимир
— В доме, кроме нас троих, больше никого нет, можешь просто по имени.
— Нет уж, — решительно отказалась я. — Папа, отец, я отныне хочу называть тебя именно так, — и упрямо поджала губы. Всё внутри меня было абсолютно согласно с подобным решением.
— Э-э, — прогудел телохранитель, послышался шорох, и уже ближе, — почему? — и столько надежды в интонации, что я невольно внутренне задрожала от волнения.
— Потому что так правильно. Ты спас меня минимум два раза. И душой переживаешь за меня. Или ты против? Если да, могу называть тебя «опекуном»…
— Нет-нет, — поспешил перебить Хогг. — Пусть будет отец… — он покатал это обращение во рту, даже повторил шёпотом ещё раз. — Мне нравится. Я несу за тебя ответственность. И неважно, что ты мне не кровная дочь, но уже давно я считаю тебя своим ребёнком.
Я лежала с закрытыми глазами и довольно улыбалась.
— Элли, а ты моя тётушка. Самая дорогая и родная. Если ты не против, конечно.
— Нет! Буду тёткой! — голос бывшей экономки звенел от радости и слёз. — Похлёбка почти готова, скоро покормлю вас.
Женщина принялась греметь посудой, явно, чтобы скрыть нахлынувшие на неё эмоции, а Хоггейн задал терзавший его вопрос:
— Алиса, как твоё самочувствие? — я буквально кожей ощутила направленный на меня взор его тёмных глаз, полный переживаний.
— Не знаю, — честно ответила я. И задумалась. Вроде бы нигде и ничего не болит. Даже укус не причинял беспокойства. Хм-м, а ещё, увы, я больше не ощущаю вокруг себя дикую ману.
Открыла глаза и попыталась перестроить зрение на магическое, но, то ли мазь мешала, то ли эта способность вдруг отключилась. Странно.
— Куда подевалась вся колдовская энергия? В туннеле её было — лопатой черпай, а здесь… Почти ничего.
— И неудивительно, ты в Варге, тут стоят мощные артефакты ограничения, — последовало объяснение. — И у тебя так ни одной звезды и не образовалось. Негде той мане, что в шахте летает, скопиться.
— Звёзды — это что-то типа резервуара, я это давно поняла, — кивнула я, откинулась на тощую подушку. — И они у меня так и не появились. А жаль.
— Угу. Ерайя говорит, яд морпикса не вывести, он стал частью твоего организма, ты свалилась в беспамятстве из-за того, что внутри тебя происходили какие-то изменения. И на эту перестройку ушло почти пять суток, хотя она пообещала, что после двух ты очнёшься. С каждым часом надежда таяла. Мы уж отчаялись…
— Пять? — ахнула я.
— Да. Элли следила за твоим самочувствием, и оно не менялось. Ты не реагировала ни на что. И вот вдруг сегодня проснулась. Мы уж думали, всё, второй овощ.
— Второй?
— Хэйв сейчас лежит у целительницы, она пытается ему помочь, но пока безуспешно.
— Ты про вашего капитана?
— Ага.
— Бедолага, — ахнула я, мне вдруг стало искренне жаль по сути незнакомого мне Хэйварда.
Хогг лишь тяжко вздохнул.
— Будем надеяться, что Ерайя сможет хоть немного ему помочь, — негромко отозвалась Элли. — Она всё же умелая травница и колдунья. Ерайя говорит, что душа Хэйварда потерялась. Возможно, что он никогда не будет прежним.
— Всё это второстепенно. Главное, что ты очнулась, всё остальное не так важно, — Хогг мягко погладил меня по спутанным волосам. — В общем, была надежда, что яд скорпиона мог бы что-то тебе дать, какие-то новые возможности, а он, оказывается, чуть тебя не прикончил. И я очень надеюсь, что не убьёт в будущем.
— Уже не убьёт, — уверенно заявила Элли. — Раз Алиса выкарабкалась, то всё хорошо.
— Да, есть в твоих словах здравое зерно.
— Папа, а расскажи, как отреагировала стража на наше эпичное возвращение? — попросила я, желая услышать подробности.
— Да ничего такого интересного и не было. Мы доковыляли до Варга аккурат к сигналу побудки. Вскоре прибыли воины Дрэйхов. Сильно удивились, что вся наша команда выжила, да ещё и кристалл притащила не абы какой. Было много восхвалений, не шибко искренних. Они забрали Бонстайн и убрались восвояси. Правда, заплатили деньгами. И в довесок распорядились, чтобы наша группа разрабатывала минус шестой, раз уж мы туда провалились. А люди Одноглазого останутся на минус пятом. Приезжал рунолог и сделал дополнительные арки.
— А этот Риж как отреагировал, когда увидел вас всех живыми и относительно здоровыми?
— Он буквально позеленел от злости, но при виде бесчувственного Хэйва чуть ли в пояс от радости не пустился.
— Дела-а, — протянула я. — Интересно, откуда такая ненависть? Слушай, а пока кэп на лечении, ты вместо него? — полюбопытствовала я.
— Да.
— А тебе, случайно, не нужен ещё помощник? Раз одно место освободилось.
— Э-м, — растерянно пробормотал Хоггейн. — И этим помощником хочешь стать ты? — догадался он.
— Аха, очень хочу. Я могу быть весьма полезна. Даже без звёзд.
Пока отец напряжённо размышлял, я тихо лежала, ожидая его слов.
А вообще, интересно выходит: яд скорпиона чуть меня не прикончил, но каким-то образом моё тело его всё же переработало, и я выжила. Тем не менее я безмерно благодарна монстру за дар, который он нежданно-негаданно мне преподнёс, и пусть презент всего один, зато какой! Отныне мои закрытые невероятные способности к рунной магии полностью мне доступны.
Похоже, на том щедрость местных высших сил закончилась: ни одной звёздочки (даже самой завалящей), чтобы я могла накапливать ману в себе, дабы использовать её, когда окажусь, например, под действием ограничительных артефактов; ни иных магических умений, типа суперрегенерации или суперскорости. Хотя… я ведь ещё не до конца поправилась, со временем что-то ещё может проявиться, не так ли? Хотелось бы надеяться…
— Хорошо. Я предложу твою кандидатуру начальнику стражи Варга, если он не будет против, будешь ходить с нами и разрабатывать минус шестой этаж. А пока я не получил добро, посещай ферму слизней, если, конечно, всё ещё хочешь этим заниматься.
Глава 18
Я взяла в руки слегка пованивающий комок и разломила его пополам. Внутри оказался, переработанный червяком, кристалл светло-жёлтого цвета. Я положила его в другую корзину и продолжила нудную, неприятную работу. Даже платок, прикрывавший нижнюю часть лица, не сильно помогал. Но без него было бы хуже.
— Пи? — крыс замер у моих ног, внимательно следя за происходящим.
— Да, и не говори. Но не всё так плохо — оно хоть не жидкое, а твёрдое, — ответила я ему.
— Ты его понимаешь? — подал голос Нулл, с опаской покосившись на моего крыса.
— Догадываюсь, не более того, — хмыкнула я.
О том, что дочь Хоггейна завела редкого и хищного питомца, судачил весь город. Стража не пускала детёныша горосаха в Варг, и зверёк ждал меня у входа в пещеру, ведущую в шахту первого уровня. Никто не смел его тронуть: Хогг дал ясно понять, чем может обернуться такой поступок для злоумышленника.
В голове тут же всплыл разговор с отцом, состоявшийся в день моего пробуждения после укуса скорпиона.
— А где мой горосах? — полюбопытствовала я, позволяя Элли кормить меня с ложки.
— Его не пустили. Все эти дни он ждёт нас у первой шахты, а потом преследует до окончания работ. Стоит ему меня увидеть, бежит и замирает, глядит так разумно и требовательно, и это невольно пугает. Странный он какой-то. И не только потому, что он серый, меня смущает цвет его глаз — дивно-голубой, таких я никогда не встречал.
— Можно ли как-то уговорить стражу пропустить его в Варг? Например, дать взятку? — прямо спросила я.
— Стража, может, и согласится, но как только горожане узнают, начнутся недовольства, могут возникнуть волнения.
— Ладно, поняла. Пусть всё остаётся как есть. Можешь, пожалуйста, всем непрозрачно намекнуть, что если хоть кто-то тронет моего питомца…
— Не волнуйся, никто и близко не подойдёт к «крысу». И не столько из-за страха перед могучим Хоггейном, — тихо хохотнул мужчина, впервые слышала, чтобы он так веселился, — сколько из-за страха быть укушенным, ведь яд серого горосаха смертельно опасен, если вовремя не дать противоядие или под рукой вдруг не окажется кого-то вроде Ерайи, то разумный умрёт.
