Полукровка 3 (СИ) - Горъ Василий
Я просмотрел это сообщение еще раз, свернул «Контакт», посмотрел на Завадскую и вздохнул:
— Разумом понимаю, что он не шутит, а ощущения того, что война на самом деле закончилась, нет…
— … часть сознания продолжает анализировать наши недоработки в Мемфисе и планировать новые диверсии? — понимающе усмехнулась Марина.
— Ага!
— Значит, мы с тобой — настоящие напарники еще и в этом.
— И что будем делать с этой проблемой? — хрипло спросил я, заметив в ее взгляде слишком хорошо знакомую поволоку.
— Как это что? — притворно удивилась она, забралась на меня, медленно стянула с плеч халат и провокационно повела грудью с уже затвердевшими сосками: — Нам приказали праздновать, покуда хватит сил. И я уже начинаю…
Глава 26
15 апреля 2470 по ЕГК.
…Первые признаки того, что Ромодановские о-о-очень заинтересованы в получении низкоорбитальных анализаторов, я заметил, выходя из «коридора» — над Вороново реяло раза в два больше ударных беспилотников, чем обычно, а радиообмен между кораблями, вроде как, мирно стоящими на посадочных квадратах, оказался слишком уж напряженным. Не лезло ни в какие ворота и количество срабатываний ответчиков системы «свой-чужой» — только на пяти последних километрах снижения идентификаторы наших «Наваждений» были проверены почти полтора десятка раз. Да, дежурный по космодрому отработал свой кусок хлеба в обычном ключе. Но задвинул крышку ангара еще до того, как мы коснулись пола. А про размеры «комитета по встрече», дежурившего не в таком уж и большом помещении, можно было и не говорить — рядом с нашими «Волнами» болтались четыре бронированных «Дредноута», восемь «Мамонтов» сопровождения и бронированный «Авантюрист». Впрочем, меня больше всего удивило не это — как только мы вырубили движки, из последнего флаера выбрался генерал Орлов!
Заставлять его ждать я, естественно, не стал: как только генерал набрал меня, поздоровался и помахал рукой внешним камерам корабля, тем самым доказав, что личность в ангаре — не абы кто под морф-маской, врубил в трюме свет, опустил аппарель и заставил «Буянов» застыть в стойке «Смирно».
Геннадий Леонидович поднялся в отсек быстрым шагом, оценил уровень моей паранойи, удовлетворенно кивнул и подошел к анализаторам. А после того, как изучил маркировку на каждом из двенадцати, довольно потер руки, связался с Цесаревичем и показал ему картинку.
Следующие минут пять-семь в ангаре царила структурированная суета — мои «Техники» спускали по аппарели и загружали в каждый «Дредноут» по три трофейные приблуды… под неусыпным контролем волчар-«силовиков»
и начальника ССО, а операторы систем вооружения «Мамонтов» прогоняли тест за тестом. Что, каюсь, казалось перебором. Но я понимал, что мой уровень информированности не позволяет делать объективные выводы, вот и не лез со свиным рылом в калашный ряд. А еще почти не удивился тому, что Орлов счел необходимым лично проследить за доставкой анализаторов хрен знает куда. Поэтому «принял» его извинения, пожелал спокойной дороги, отключился, проводил взглядом улетающий кортеж, встал с кресла и направился к лифту. А на первой палубе принял вызов Ромодановского, ответил на приветствие и превратился в слух.
Наследник престола, пребывавший в великолепном настроении, сходу выдал военную тайну:
— Тор Ульфович, между нами говоря, вам удалось добыть кластер пятого, то есть, самого последнего, поколения, который амеровские «яйцеголовые», вроде как, проапгрейдили еще какими-то сверхсекретными разработками. Так что наши «яйцеголовые» плавятся от предвкушения, а меня восхищает красота идеи: мало того, что вы забрали анализаторы прямо из-под носа двух флотов, так еще и просчитали наиболее вероятные реакции искинов и командующего. Вот и объединили приятное с полезным. Впрочем, об этом мы еще поговорим. Вечером. В Управлении, в которое вам надлежит прибыть к девятнадцати ноль-ноль. А пока еще раз благодарю за службу и желаю хорошего дня…
Как только изображение «свернулось», я создал новую «напоминалку», выбрал время уведомления и со спокойным сердцем «постучался» к Марине. Она, естественно, уже была готова ко всему и вся, поэтому я просто мотнул головой и был понят — девчонка, как и я, находившаяся в каюте, открыла дверь и пошла к лифту. А уже через полминуты сбежала по аппарели, одарила меня радостной улыбкой, повелительным жестом приказала Ариадне закрыть трюм и потопала к своей «Волне».
По подземному лабиринту космодрома летела следом за моим флаером, зеркаля каждый маневр. В разгонном коридоре шла практически впритирку. А после того, как мы вынеслись на безлимитку, сняла с моего языка очередную мысль:
— То-ор, кажется, тренировки по твоему учебному курсу экстремального пилотажа, наконец, «выстрелили»: я чувствую, что эту машину уже переросла, и жажду пересесть на еще более буйную!
— Ну, и что нам мешает это сделать? — полюбопытствовал я и принялся сводить ее с ума: — Кстати, пересаживаться на серийные машины я не хочу. Так что решил заказать что-нибудь напрочь отмороженное в ателье «Прометей» — уверен, что команда экс-чемпиона Империи по гонкам на спортивных флаерах Богдана Агеева сможет порадовать нас с тобой чем-нибудь эксклюзивным…
— О-о-о… — сладострастно простонала она и, конечно же, спросила, когда мы туда полетим.
— Что значит «когда»? — притворно удивился я. — Буйные флаера нужны, что называется, «еще вчера». Вот мы в «Прометей» и рулим…
…Я, как обычно, параноил, поэтому к знакомому складскому комплексу мы подошли по навигатору и влетели в летный ангар намного «скромнее», чем могли. Играл и внутри: выбравшись на пружинящее покрытие пола, огляделся, как в первый раз, и «не сразу понял», куда идти. Зато потом подхватил Кару под локоток и повел к лифтовому холлу. А через пару минут навелся на девицу лет двадцати, обнаружившуюся за стойкой администратора, мазнул взглядом по бейджику на ни разу не выдающейся груди, поздоровался и изложил свои хотелки:
— Здравствуйте, Елизавета. Мы бы хотели заказать разработку и создание двух эксклюзивных флаеров заметно веселее «Волны» топовой модификации. Но не предельно облегченные, а в максимальной комплектации, с посадочным местом под армейский искин и «сотами» под армейские же «обманки».
Она поздоровалась, мило улыбнулась, «поплыла» взглядом, вероятнее всего, отправляя запись моего монолога кому-то еще, а через несколько секунд озвучила полученный ответ:
— В принципе, «заточить» машины под армейские искины и «обманки» не проблема. Но с вероятностью в сто процентов у вас возникнут проблемы с сертификацией и получением разрешения на эксплуатацию. Кроме того, флаер «заметно веселее» «Волны» получится слишком экстремальным, а значит, без допуска к управлению высшей категории не полетит. И последнее: разработка и создание эксклюзивных машин достаточно дороги.
— С сертификацией и разрешением на эксплуатацию мы разберемся сами. И готовы заплатить не только за сами флаера, но и за скорость выполнения заказа… — заявил я и вывесил перед собой голограмму нужной странички служебного идентификатора. — А допуск к управлению высшей категории, как видите, уже имеется.
Она вгляделась в нужный информационный блок, перевела взгляд чуть выше и… вытаращила глаза:
— Вы — Тор Йенсен, самый молодой сотрудник Службы Специальных Операций за всю историю ее существования и кавалер ордена Святого Георгия четвертой степени⁈
— Что-то типа того… — со вздохом признался я, и обрадовавшаяся девица затараторила, как скорострельная пушка:
