Обменный фонд. Том 2 (СИ) - Линник Сергей
Сзади послышались шаги.
— Привет, Долорес. Говорят, ты заболела. Пришёл вот проведать тебя.
Она стояла босиком, в том же платье, уже изрядно помятом. Глаза красные, нос припух. Вроде как собиралась с духом какую-то секунду, потом заговорила:
— Лео, я…
И замолчала, будто не могла решиться продолжить.
— Иди к машине, Долорес. Поехали со мной.
Необязательные сведения — 8
1) Рэймонд Чандлер — один из основоположников «крутого» детектива. «Глубокий сон» — первый из романов о частном сыщике Марлоу. Позже у автора спросили, кто убил шофера, но он ответил, что не знает.
2) Песня Билли Холидей «Don’t explain», которую слышит Лео — еще один джазовый стандарт. Версию в исполнении Нины Симон некоторые считают гениальной, но авторский вариант ничуть не хуже.
Глава 12
Долорес молчала долго, мне показалось, минут пять. Наверняка в действительности прошло меньше. Наконец, она посмотрела по сторонам и сказала:
— Подожди меня, я сейчас.
— Только вещи не собирай.
В машину я не пошёл. Эта родня на что угодно способна. Поэтому сел на старенький диванчик и стал ждать. Потом пододвинул к себе ногой револьвер и толкнул под диван.
Потихоньку к Пауле присоединились и другие участники. Сначала брательник — помятый, не отряхнувший пыль с одежды и волос. Он вошёл, не закрыв дверь, и встал в стороне, подальше от меня. Даже смотрел он только на свою жену, то и дело вытиравшую о подол платья ладони. Вскоре позади матери появился мальчик лет семи, но сразу исчез, получив подзатыльник. А она всё пыталась прожечь во мне дыру с помощью взгляда, но молча.
И после всех пришла Долорес. Обулась в те же туфли, в которых была вчера, и платье не сменила. Какой-то узелок она всё же собрала, и сейчас прижимала его вместе со шляпкой к груди обеими руками. Протиснулась мимо Паулы, не сдвинувшейся с места.
— Готова? Пойдём, — я встал и протянул руку Долорес, но она спряталась за моим правым плечом.
Так мы и вышли. Подошли к машине, и Долорес юркнула на заднее сиденье. А я сел и завёл двигатель. Оглянулся и увидел семейство, двумя лицами прильнувшее к окну. Пусть смотрят.
Долорес молчала, сидя в одной позе и даже не пытаясь устроиться поудобнее. Я время от времени поглядывал на неё в зеркало заднего вида.
Минут через двадцать я остановился у придорожной закусочной. Долорес даже не шевельнулась. Вылез из машины и вошёл внутрь. За стойкой сидел старик-креол, с лицом таким сморщенным, что, казалось, из него выпустили воздух.
— День добрый, мистер. Что будете брать?
— Два хот-дога. Кола холодная?
— Могу дать с ледника.
— Тоже две.
Через пару минут заказ был готов. Я принёс всё к машине и влез на заднее сиденье.
— Ешь, — вложил я хот-дог в руку Долорес.
Она откусила, испачкав горчицей губы, и я осторожно вытер их салфеткой.
Долорес аккуратно положила остаток хот-дога рядом с собой, а потом закрыла лицо руками и беззвучно заплакала.
Не знаю, что делать с плачущими женщинами. Подозреваю, они и сами не в курсе. Я просто подождал, когда Долорес чуточку успокоится, а потом сунул ей бутылку с газировкой.
— Пей. Давай, не сачкуй. Доедай хот-дог.
— Я… не хочу… — тут она попробовала снова всхлипнуть, но я уже не стал ждать.
— Надо поесть. Тут осталось не очень много. Молодец. А теперь колу. Отлично. Пойдём, сядешь рядом со мной. Мне так спокойнее будет.
И она пересела, после чего мы уже ехали до моего дома, не останавливаясь. Разве что на светофорах.
Когда Долорес вошла в дом, то выглядела уже пришедшей в норму. По крайней мере, я не вёл её за руку.
— Пойдём на кухню, попьём чай. Или тебя покормить?
— Нет, только чай. Правда, не хочу есть. Можно, я сначала в ванную пойду?
— Прекрати болтать глупости. Здесь тебе не надо ничего спрашивать.
— Хорошо, — она подошла, обняла меня и прошептала мне прямо в ухо: — Спасибо, Лео.
— Помочь тебе с платьем?
— Да.
Чай успел немного остыть, когда Долорес вышла из ванной. Но её, наверное, это не беспокоило совсем. Она взяла из вазочки печенье и откусила уголок. Потом пальцем согнала просыпавшиеся крошки в кучку.
— Пей, пока не остыл. Долорес, мне надо спросить тебя кое-что. О деньгах.
— Хорошо.
Она ответила спокойно, не напрягаясь.
— Чьё кафе? Ты говорила, что там были деньги мужа.
— Отец нашёл его и выкупил долю. Сейчас всё принадлежит Мигелю.
— Это твой брат?
— Да.
Она чуть нахмурилась, вспоминая родственника, но совсем ненадолго.
— Ты им что-то должна?
— Лео, я работала без оплаты, выходных и праздников последние восемь лет. Или девять. Брала на свои нужды понемногу.
— Нет никаких договоров, контрактов, долговых расписок? Соседей, которые засвидетельствуют, что ты взяла деньги и обещала вернуть?
У Долорес даже брови поднялись.
— Ничего такого.
— Вот и замечательно. И ещё одно спрошу. Это очень важно. Хорошо подумай сначала.
— Спрашивай, Лео, — она отодвинула чашку и посмотрела мне в глаза.
— Ты останешься со мной?
Долорес даже ещё раз подняла брови домиком.
— Конечно, да. Я поехала с тобой.
— Надо купить тебе вещи.
Она улыбнулась чуть виновато.
— Моё платье… Я постираю…
— Сейчас позовём помощь.
Я пошёл к телефону и набрал номер. Не так уж много их приходится держать в голове, чтобы сверяться с записной книжкой.
— Миссис Торнтон? Здравствуйте. Извините, что беспокою в выходной. Вы могли бы приехать ко мне домой? Надеюсь, ненадолго.
— Кто это? — спросила Долорес.
— Секретарша.
— Удобно её тревожить?
— Не беспокойся, это часть её работы.
Долорес собрала посуду и пошла мыть. Скорее, чтобы занять себя чем-то. По крайней мере, она не спешила. Когда миссис Торнтон позвонила в дверь, чашки только начали возвращаться на места.
— И снова здравствуйте. Миссис Торнтон, познакомьтесь: это Долорес.
— Зовите меня по имени, Мэгги, — улыбнулась она и протянула Долорес руку.
— Очень приятно.
— Для Долорес надо купить вещи. На первое время.
— Сделаю.
Вот за что и ценю секретаршу. Мало того, что сейчас никаких вопросов не задаёт, так и потом обсуждать не станет. Она отвела Долорес в сторонку и начала расспрашивать. Тихо, но я всё равно слышал.
— Рост пять и пять?
— Точно.
— Хорошо. Размер одежды четырнадцать? Нет, скорее, двенадцать. Обувь шесть с половиной?
Долорес всё кивала, соглашаясь. Напоследок миссис Торнтон спросила что-то тихо, наверное, уже не про туфли. Потом сказала.
— Знаете, что? Я сейчас куплю платье, именно на первое время, как вы и сказали. А потом мы с девушкой поедем вместе и приобретем необходимое. Вы уже определились с бюджетом, мистер Морган?
— Миссис Торнтон, если бы надо было, я бы обозначил.
— Вот и хорошо. Я сейчас вернусь.
В понедельник утром я заехал в офис. Обычно даже двигатель не глушу: если ничего нового, заглянул, убедился, что всё в порядке, и побежал дальше.
В двери я столкнулся с Мюллером — мастер уже выезжал на первый заказ. Хороший знак.
— Доброе утро, миссис Торнтон. Всё в порядке?
— Да, все на месте, работаем. У вас есть минутка, мистер Морган?
— Да. Пройдём в кабинет?
Она снова закрыла за собой дверь. Ещё раз нерабочий вопрос.
— Извините, может, не моё дело…
— И отсюда — прямо к сути. Время идёт.
— Если вам интересно моё мнение, мистер Морган, то мисс Долорес — удивительно скромная девушка. Не стала говорить это при ней, но она вела себя как настоящая леди. Не трясла кошельком, выбирала только недорогие, но качественные вещи. Мне с трудом удалось уговорить её сделать, скажем так, некоторые покупки.
