На пути к власти 2 (СИ) - Птица Алексей

Генерал Карамба: На пути к власти 2

Глава 1

Закрытый клуб

Трое всадников, покинув асьенду Чоколь рано утром, направились к основной дороге, что вела прямо в столицу провинции Юкатан. Долгое время путники ехали молча, и на то у каждого оказалась своя причина: один хотел спать, до утра пробыв в объятиях местной одинокой красавицы, другой в принципе отличался немногословностью, пребывая в собственных раздумьях, а у третьего не оказалось повода заговорить с первыми двумя.

Дорога, поначалу пустынная, постепенно становилась всё оживлённее, но попутные или встречные прохожие и всадники бросали лишь любопытные взгляды на скачущую компанию и спешили отвернуться либо хлестнуть лошадь, чтобы скорее разминуться с неприветливой троицей.

Все трое не скрывали наличие оружия, и первый из них, судя по одежде, местный идальго, держал перед собой заряженный дробовик, и каждого попадающегося ему на пути всадника или прохожего провожал внимательным испытующим взглядом.

Возможно, намерения идальго и не являлись враждебными, но глядя на сопровождающих его двух всадников: угрюмого индейца и довольно улыбающегося метиса, державших наготове заряженное оружие, ни у кого из прохожих не возникало желания ни обратиться к путникам, ни, тем более, остановить их. Вот никто и не пытался.

Без задержек странные всадники преодолели людные места, также быстро проскакали небольшие сухие участки в лесах. Начинался сезон дождей, и дорога постепенно превращалась в месиво грязи, не давая возможности соорудить на ней засаду. Ведь не каждый бандит сможет лежать сутки напролёт под проливным дождём, утихавшим на короткое время.

Не делая даже коротких остановок в пути, всадники устали и вымокли, как псы, но никто не роптал и даже не думал об этом. Дождь ведь не свинцовый, можно и потерпеть, да и ехать нужно в любом случае. Сезон дождей благоприятствует для того, чтобы собраться в тиши каменных зданий, где в тёплой и комфортной обстановке обсудить насущные вопросы.

Преодолев за день значительную часть пути, к вечеру всадники достигли Мериды, счастливо избежав дорожных приключений, и остановились на ночь в придорожной гостинице. Она оказалась непритязательной, но в ней нашлось место, как идальго, так и его охране. Не успела компания въехать во двор и расседлать лошадей, как вновь зарядил ливень, да такой сильный, что струи дождя буквально бомбардировали землю.

— Это теперь до утра, сеньоры, — оповестил их конюх, — так что можете располагаться в гостинице, хозяин будет только рад.

— Прекрасно, нам придётся задержаться здесь на пару дней. Надеюсь, это приличная гостиница, и меня не будут в ней кусать клопы и прочие поганые насекомые?

— Как вам будет угодно сеньоры, гостиница полупустая, и мы рады каждому постояльцу. Нет, нет, что вы, всех клопов мы выкуриваем и уничтожаем. Если вы вдруг найдёте их, сразу же зовите прислугу и они разберутся с этими вредными насекомыми. И можно одну просьбу к вам, сеньор!

— Слушаю!

— Не могли бы и ваши люди не направлять оружие на людей? Мы здесь ни с кем не воюем, и потому нижайше просим вас не направлять оружие ни ни кого, и не держать его постоянно на виду!

— Гм… Да, эта просьба выполнима. Эй, Пончо, Себастьян! Уберите оружие, мы пока в безопасности, не будем пугать хороших людей.

— Э, сеньор Эрнесто, разве можно быть в безопасности, когда идёт такой дождь⁈ Наши стволы уже начали покрываться ржавчиной! — указывая на ствол своей винтовки, сказал Себастьян.

— Так вот сейчас мы их и почистим, чтобы они не заржавели. Специально для такого случая я захватил отличное оружейное масло, да ещё и здесь куплю. Так что, будет вам, чем заняться, пока я по делам хожу, а вам не надо гулять по окрестностям, чтобы потом не пришлось вас искать по всему городу.

— Что вы, сеньор, разве мы отправимся гулять в такую погоду, нам бы обсохнуть и поесть, а уж потом искать себе приключения!

— Я вам найду и без ваших исканий, Себастьян. А если ты ослушаешься меня, то приключение у тебя окажется последним. Ты понял меня⁈

— О, конечно же! Я ведь не совсем дурак, сеньор Эрнесто! Идёмте быстрее в дом, я тороплюсь отведать свежей вкусной текилы, а вам, как обычно, сока?

— Сока с текилой.

— А, понял, сеньор, вам, как всегда…

Конюх с удивлением послушал наш разговор, и, пожав плечами, повёл лошадей в конюшню, где насыпал каждой овса и поставил в отдельное стойло. «Всадники явно не из бедных, идальго не мелочный, так что, заплатят сполна» — думал он, а уж в людях конюх разбирался, хоть и не всегда понимал их. С животными всегда проще.

Утром, едва только все успели совершить утреннюю молитву и позавтракать, со двора уехал молодой идальго, направив своего коня в сторону монастыря Сан-Франциско.

Поездка в Мериду прошла на удивление спокойно, несмотря на то, что на протяжении всего пути я чувствовал тревогу и настороженность. После того, как я уничтожил местную банду, количество отчаянных людей в окрестности изрядно уменьшилось, а кроме того, я понимал, что пока молва дойдёт до заказчика моего убийства, пока тот примет меры, организует ещё одну банду или убийц, подошлет их ко мне, времени много пройдёт. И примерно месяц спокойной жизни у меня в запасе есть.

Мысли плавно текли в моей голове, пока я неспешно передвигался по городу. Тропический ливень, что шумел всю ночь за окном, затих только утром, и теперь в воздухе царила липкая влажность, густо наполненная ожившими насекомыми. Однако чёрные москиты, так донимавшие меня утром, сейчас исчезли, сдуваемые свежим морским бризом, долетавшим сюда с Атлантического побережья.

Стало немного легче, не знаю, как смогу здесь жить дальше, но иногда эти чёртовы насекомые меня прямо выбешивали своей настырностью и особенно численностью. И главное, никаких репеллентов от них нет, только примитивные сборы из местных растений, что помогают от случая к случаю, и весьма недолго.

А вот и сам монастырь.

Серая, высокая стена из местного песчаника выросла предо мною внезапно, словно из-под земли. За нею возвышалась громада главного здания строгой классической формы, с колоннами и треугольным фронтоном, какие строили ещё при испанцах в прошлом веке. Камень, из которого сложили эту твердыню, за двести лет успел пожелтеть под южным солнцем, местами почернел от тропических ливней, но всё ещё выглядел неколебимым, как сама вера.

Больше ничего я не смог разглядеть, только крыши нескольких построек на территории монастыря торчат над стеной, да и то лишь верхушки. Любят монахи прятаться от мирской жизни за высокими стенами. Что ж, не мне их судить. Будь я монахом, тоже бы прятался. Особенно в нынешние времена, когда каждый второй норовит всадить тебе нож в спину либо из-за угла, либо под покровом темноты.

Я спешился и подошёл к массивной калитке, обитой почерневшим железом. Вместо звонка, деревянный молоток на цепи. Я постучал три раза. Звук получился глухой, словно стучал не в дверь, а в крышку гроба, рождая неприятные ассоциации.

Минута, другая. Я уже начал поглядывать на небо, затянутое тяжёлыми свинцовыми тучами. Ещё полчаса и снова хлынет проклятый тропический ливень, от которого на Юкатане нигде не спрячешься. Промокнешь до нитки за минуту, а потом ходишь так целый день, потому что сухую одежду взять неоткуда.

Наконец в двери приоткрылось маленькое окошко, и на меня уставился чей-то глаз, подслеповатый, но цепкий.

— Кто вы и по какому вопросу? — голос из-за двери звучал глухо, как из могилы.

— Я идальго Эрнесто де ла Барра. Прибыл по приглашению к его преосвященству.

Глаз исчез. Окошко захлопнулось. Я вздохнул и принялся поправлять сбрую у коня, делая вид, что никуда не тороплюсь. В том, что дверь вскоре откроется, я не сомневался. Может, не сразу, но пустят меня непременно. Не звери же они, в конце концов… Хотя, конечно, за последние месяцы я успел убедиться, что люди бывают хуже зверей.