Последние тайны Ватикана - Леконт Бернар

Чудо Голубой мечети

Турецкие власти здраво отнеслись к своему решению. Визит, который папа должен был нанести в две небольшие христианские диаспоры, состоявшие из православных лидеров и нескольких тысяч католиков, не имел для них практически никакого значения. Им не составило бы труда убедить папу перенести поездку из соображений безопасности в столь сложный период. Тот факт, что папу могли заставить заплатить за регенсбургское «оскорбление», мог бы удовлетворить исламистов, как внешних, так и внутренних, особенно перед обещавшими стать неспокойными парламентскими выборами 2007 года.

Но у правительства Турции были и другие приоритеты — такие как вступление страны в ЕС. Еще будучи кардиналом Ратцингером, будущий Бенедикт XVI не скрывал своего личного неприятия такой перспективы, называя ее «серьезным заблуждением». Со времени своего избрания к этой теме он больше не возвращался. Поддержка визита «президента государства Ватикан» (именно так, на светский манер, называло его турецкое правительство) могла побудить папу отказаться от своего противодействия. Услуга за услугу?

Эту карту в последний момент решил разыграть премьер-министр Турции Эрдоган. Он не планировал встречаться с папой, однако 28 ноября их встреча все же состоялась по прибытии последнего в аэропорт Анкары Эсен-боге, откуда сам Эрдоган должен был вылететь в Ригу для участия в саммите НАТО. Спустя пятнадцать минут после обмена дружескими приветствиями Эрдоган вышел из зала и заявил журналистам: «Папа сказал мне: мы хотим, чтобы Турция стала частью Евросоюза!»

Окружение папы пребывало в полном недоумении. Эрдоган попрал всякую вежливость. Журналисты ничего не понимали. Несчастный Федерико Ломбарди был вынужден объяснять, что да, конечно, папа относится «позитивно» к сближению Турции с Европой, но так как Святой Престол не обладает «политической компетенцией» для вмешательства в подобные вопросы, то такое сближение может рассматриваться только в ракурсе «общих ценностей». А эти общие ценности включали в себя прежде всего свободу вероисповедания.

Стамбул, два дня спустя. Визит в Турцию приближался к своему завершению. Начавшийся в атмосфере политического и полицейского напряжения, он заканчивался в духе межконфессионального и межрелигиозного диалога. Иначе заговорила и турецкая пресса, враждебно встретившая прибытие знаменитого гостя. В четверг 30 ноября в программу папы был добавлен непредвиденный и новый пункт: посещение мечети Султанахмет, так называемой «Голубой мечети», славящейся своими шестью минаретами и двадцатью тысячами изразцов, — мечети, олицетворяющей самое священное место турецкого ислама. Бенедикт XVI принял приглашение главного муфтия Стамбула Мустафы Кагриси, одного из тех, кто подписал длинное письмо, которое направили папе после Регенсбургского выступления тридцать восемь мусульманских интеллектуалов, пригласивших Бенедикта XVI спокойно обсудить его видение ислама.

Этот визит мог бы носить такой же «культурный» характер, как и посещение собора Святой Софии, совершенное получасом ранее. Что может быть более консенсусное в историческом плане, чем эта бывшая христианская церковь, ставшая мечетью после падения Константинополя в XV веке и превращенная в 1934 году в музей Ататюрком? Конечно, Голубая мечеть является культовым сооружением и, войдя в нее, Бенедикт XVI мог бы ограничиться повторением исторического жеста Иоанна Павла II, переступившего порог мечети Омейядов в Дамаске в 2001 году. Однако, к всеобщему удивлению, папа пошел намного дальше своего предшественника.

Во-первых, войдя в мечеть, Бенедикт XVI разулся. Во-вторых, принявший его главный муфтий пригласил понтифика подойти к михрабу — обращенной к Мекке нише. В нескольких метрах от папы стоял вице-декан Священной Коллегии кардинал Этшегаре, который отчетливо слышал, как главный муфтий, наклонившись к Бенедикту XVI, произнес:

— Если вы желаете, мы можем помолиться.

Этшегаре затаил дыхание. Папа согласился. Повернувшись к Мекке и скрестив на животе руки по мусульманскому обычаю, он начал молиться. Время, казалось, остановилось для этого небольшого, слившегося в едином порыве собрания христиан и мусульман. Мустафа Кагриси произнес краткую молитву. Бенедикт XVI хранил молчание.

— Оставаясь на протяжении нескольких минут в этом молитвенном месте, — признавался позже Святой Отец, — я обратился к Единому Богу, милосердному Отцу всего человечества…

Эта картина облетела весь мир. Молящийся рядом с муфтием в мечети папа с обращенным в сторону Мекки взглядом! Для кардинала Этшегаре этот жест явил «такую же силу, что и молитва Иоанна Павла II возле Стены плача в Иерусалиме в марте 2000 года». Старый французский кардинал вспоминал, что в 1986 году в Ассизе Иоанн Павел II пригласил представителей мировых религий не для «единой молитвы», но для того чтобы ощутить свое «единство в молитве». Тогда префект Конгрегации доктрины веры кардинал Ратцингер недовольно поморщился…

С тех пор минуло двадцать лет. Мир изменился. В тот четверг, 30 ноября 2006 года, Бенедикт XVI призвал христиан, не впадая в теологическое замешательство, сделать большой шаг вперед. Во время своего турецкого путешествия, которое он сам назвал «незабываемым», баварский папа окончательно предал забвению свою регенсбургскую «оплошность».

16

Папа перед проблемой педофилии

Кто скрыл и кто обнародовал преступления педофилов, стоящих у руля церкви?

«DER FALL GROER» («Случай с Гроером» — нем.). Шестнадцатого марта 1995 года взгляды прохожих привлекла обложка журнала «Профиль», красующегося на витринах газетных киосков Вены. Самый известный австрийский новостной журнал возвещал сенсационную новость, прочитав которую многие не поверили своим глазам. Некий Йозеф Хартман, бывший ученик кардинала Гроера, архиепископа Вены, рассказывал, что этот именитый прелат в бытность свою преподавателем в семинарии Холлабрунна в течение нескольких лет принуждал его к сексуальным контактам. Гроер! Первое лицо австрийской католической церкви! Святой человек, назначенный кардиналом Инни-цером, посвященный кардиналом Кёнигом и ставший кардиналом благодаря самому Иоанну Павлу И! Это казалось невозможным!

Тем не менее, это была правда. Невероятная, скандальная, гнусная правда. Немедленное исключение Гроера из председательства в епископской конференции стало ее первым полупризнанием. Вторым явилось назначение на место Гроера 12 апреля архиепископом коадъютора монсеньора Кристофа Шёнбурна. В августе Гроер был уволен с поста архиепископа Вены, однако вины своей не признал и ни перед кем не извинился. Об ответственности своего предшественника, который умер через несколько лет в тишине и одиночестве, открыто заявил Шёнбурн.

Принесение кардинальского достоинства в жертву истине — вот решение, к которому католическая церковь не приучила свою паству. О подобных делах она на протяжении веков предпочитала хранить молчание. Впрочем, здесь церковь была не одинока: все светские и религиозные институты, сталкивающиеся с таким ужасным преступлением: народное просвещение, комитеты, лагеря отдыха, хоры, спортивные ассоциации, — всегда прибегали к внутреннему урегулированию возникшей проблемы. То есть к тайному урегулированию, причем никогда не интересовались судьбой его жертв.

Тайна и замешательство

В то время в церкви молчание всегда сопровождалось неопределенностью. Справочным документом в таких вопросах выступало письмо Crimen sollicitationis [67], написанное в 1962 году Конгрегацией священной канцелярии и тайно адресованное за несколько недель до открытия II Ватиканского собора главным предстоятелям католической церкви. Подписанный кардиналом Оттавиани текст ссылался на конституцию Sacramentum Poenitentiae, датируемую… 1741 годом. Она относилась прежде всего к священникам, использовавшим исповедь как повод для сексуальных домогательств к кающимся грешникам. В письме оговаривалось, что «согласно серьезности совершенного деяния» совершивший сексуальное преступление может быть освобожден от своих пасторских обязанностей и даже лишен сана. На самом деле чаще всего его тихо высылали в какой-нибудь отдаленный приход.