Добро пожаловать домой (ЛП) - Штробель Арно
Название проекта: снос Айхенвальда и строительство посёлка Ауф-Монс
Руководитель проекта: дипломированный инженер Клаус Волкерс
На плане был изображён посёлок, но не только новые дома и улицы. Пунктирными линиями обозначались здания старой деревни.
Некоторые новые дома — например, дом Марко и соседний — возвели точно на тех местах, где прежде стояли старые здания. Другие немного сместили.
Кроме того, весь план пересекало множество линий, назначения которых Марко не понимал. Из-за них чертёж выглядел запутанным.
— Здесь показаны снесённая деревня и новые дома, которые предполагалось построить, не правда ли? — объяснил Клаус. — Как я уже говорил, сначала проектом руководил я. Во время сноса мы заметили, что в некоторых местах проседает грунт. Провели проверку и обнаружили подземные пустоты.
Он указал на несколько линий.
— Возможно, прежде это были тайные хранилища для зерна или чего-нибудь подобного. Деревне было около четырёхсот лет, и в старые времена жителям приходилось защищаться от нападений, не правда ли?
Клаус выпрямился.
— Я остановил работы и объяснил Камперу, что нужно исследовать всю территорию под деревней, найти пустоты и засыпать их, иначе грунт под новым посёлком однажды может просесть. Но Кампер и слышать об этом не хотел.
— Почему?
— Это потребовало бы дополнительных расходов, не заложенных в смету, и нарушило бы график, что для него было ещё хуже. Большую часть проекта Кампер финансировал сам. Ему нужно было как можно скорее закончить строительство, продать первые дома и начать выплачивать ипотечный кредит. Банки давили на него.
Клаус горько усмехнулся.
— Он потребовал, чтобы я не обращал внимания на пустоты и продолжал работы по плану. Я счёл это крайне опасным и отказался. После этого он уволил меня без предупреждения.
— Ничего себе, — удивлённо произнёс Марко. — Значит, эти пустоты до сих пор могут там находиться?
Клаус пожал плечами.
— Не знаю, что сделал новый руководитель проекта. Если у него была совесть, он должен был найти все пустоты, вскрыть и засыпать. После увольнения меня больше не допускали на стройку. Но подозреваю, что ничего не засыпали. Иначе Камперу не было смысла увольнять меня, не правда ли?
— Одного я не понимаю. Почему ты не рассказал об этом публично?
Клаус опустил взгляд и некоторое время молчал.
Наконец со стыдом произнёс:
— Кампер мне угрожал.
— Чем? У него был на тебя какой-то компромат?
— Нет. Ему это и не требовалось. Он сказал, что, если я стану создавать проблемы, устроит моей жене несчастный случай.
— Что? Он угрожал твоей жене…
Марко не верил своим ушам.
— И ты позволил себя запугать?
Внутри нарастало нервное возбуждение.
— Ты рассказывал об этом старшему комиссару Грефен?
— Не мог, — едва слышно ответил Клаус.
— Почему? Ты до сих пор боишься Кампера?
— Да. Ты не представляешь, на что он способен. Когда Кампер скупал старую деревню, несколько домов ещё оставались жилыми. Две или три семьи не хотели продавать.
Клаус говорил всё тише:
— Сначала он предложил им больше денег, не правда ли? Когда они отказались, начал оказывать серьёзное давление. Я знал лишь часть происходившего, но мне известно, что Кампер угрожал этим людям. Всё дошло до того, что в одной семье произошла странная смерть, а после этого NeSiba внезапно смогла купить их дом по завещанию.
— Это же…
Марко был потрясён.
— Но я всё равно не понимаю, почему ты ничего не рассказал полиции. Всё это может быть связано с убийствами. И с похищением моей дочери. А ты молчишь из-за угроз, которые когда-то произнёс этот человек?
— Не только из-за них, — виновато признался Клаус.
— А из-за чего ещё?
Он замешкался лишь на мгновение.
— Я… позволил Камперу себя подкупить. Когда дома начали хорошо продаваться, он впоследствии фактически заплатил мне за молчание. Я согласился, и теперь он держит меня в руках. Если всё раскроется, я больше никогда не смогу работать по специальности.
Клаус опустил голову.
— Кроме того, я совершил преступление, как и он. Стал соучастником. Если какой-нибудь из домов однажды обрушится из-за подземной пустоты и просевшего грунта и при этом пострадают люди, меня могут привлечь к ответственности за умышленное причинение вреда здоровью.
Марко смотрел на Клауса, не зная, что ответить.
Внутри поднималась ярость.
Этот человек молчал из страха перед наказанием, тем самым мирясь с тем, что могли быть убиты ещё люди, а Эмилия, возможно…
— И сколько стоило твоё молчание, Клаус? Что он тебе дал?
Клаус печально посмотрел на него.
— Дом. Он отдал мне этот дом.
ГЛАВА 42
Марко не стал говорить Клаусу, что думает о его трусости.
Нельзя было терять ещё больше времени.
Пусть он и не понимал всех связей, но чувствовал: рассказ Клауса имеет отношение к происходящему в Ауф-Монсе.
— Воздержусь от комментариев. Но объясни одно: если здешние дома могут обрушиться, как ты сам решился жить в одном из них?
Клаус опустил голову.
— Потому что знаю: под этим домом пустот нет.
Марко с трудом скрывал охватившее его презрение.
— Ты сам позвонишь старшему комиссару Грефен или это сделать мне?
Клаус кивнул.
— Позвоню сам. Спасибо, что даёшь мне возможность самому этим заняться, не правда ли?
— Когда?
— Прямо сейчас. Обещаю.
Марко поднялся и покинул дом.
По дороге обратно он ещё раз прокрутил разговор в голове.
Неужели он всю жизнь был настолько наивен, что не замечал преступных махинаций вокруг себя? Или всё, что имело отношение к этому посёлку, с самого начала было замешано на преступлениях?
Возле пруда Марко позволил Джеймсу немного побегать.
На сегодня этого должно было хватить.
Поравнявшись с домом Гвидо и Йоханны, он остановился и посмотрел на фасад.
Снова возникло ощущение, что в рассказе Гвидо что-то не сходится.
Марко уже собирался идти дальше, когда понял, что именно его беспокоило.
Не раздумывая, он свернул на подъездную дорожку и позвонил в дверь.
Время щадить чьи-то чувства закончилось.
Теперь Марко должен был делать всё возможное, чтобы найти Эмилию.
Йоханна открыла и посмотрела на него так, что Марко не смог понять выражения её лица.
— Можно ещё раз поговорить с Гвидо?
Она покачала головой.
— Сейчас нельзя. Он уже три часа в подвале и, насколько я могу судить, в ближайшее время оттуда не выйдет.
— Но мне необходимо с ним поговорить.
— Прости, сейчас это невозможно.
— Хорошо. Возможно, на мой вопрос сможешь ответить ты.
— Возможно.
После допроса в полиции Йоханна заметно изменилась.
Голос звучал устало, глаза утратили прежний блеск. Она производила впечатление сломленной женщины.
— Гвидо рассказал мне всю свою историю.
— Я знаю. Это потребовало от него огромных усилий. Поэтому он сейчас и сидит в подвале.
— Я хотел бы понять следующее. Ты говорила, что Гвидо много лет мечтал сюда вернуться и ни за что не согласится уехать… Но почему? Если именно здесь он пережил весь тот ужас — избиения, издевательства над ним и матерью, её насильственную смерть, — зачем ему было возвращаться? Это нелогично.
— Нет, вполне логично. До восьми лет он жил здесь с матерью. Только потом они переехали в город к тому ублюдку.
Йоханна немного помолчала.
— Здесь Гвидо провёл самые счастливые годы своей жизни — с матерью, а вначале ещё и с отцом. Здесь прошла та часть его детства, когда он чувствовал себя защищённым и в безопасности.
Марко кивнул.
— Теперь понимаю. Прости, что снова…
— Ничего, — перебила Йоханна. — Я представляю, что ты чувствуешь.
— Прежде чем уйду, можно спросить, чем закончился разговор с полицией?
