Елена Блаватская - Теософические архивы (сборник)

Следовательно, объяснения Шаткона и Панчкона,[649] приведенные нашим критиком, скорее согласуются, нежели разрушают эту теорию. Говоря о пяти треугольниках, построенных по «пятью пять», или 25-ти точкам, критик дает разъяснение пентограммы: «Иными словами, это число, соответствующее 25-ти силам природы, образующим живое человеческое существо». Предполагаем, что под «силами природы» критик подразумевает именно то, о чем говорят каббалисты, когда учат, что эманации 24-х божественных «непроявленных сил» и «несуществующая» или «центральная точка» – 25-я – создают идеальное человеческое существо. Но, не споря об относительных значениях слов «силы природы» и «эманации» и считая, что приведенное выше предположение подтверждается дополнительным пояснением критика о том, что «вся фигура микрокосма целиком», «фигура внутреннего мира живых существ» является знаком Брахмы, «божественной созидательной энергии», – каким же образом, спрашиваем мы, это предположение расходится с нашими утверждениями, что последователи философии алхимиков и каббалы рассматривают пять точек пентаграммы как символ пяти основных конечностей человека? Мы не ревностные ученики и не последователи западных каббалистов, однако, считаем, что в этом они правы. Если 25 сил природы, представленных пятиконечной звездой, создают «живое человеческое существо», тогда все эти силы жизненно необходимы, независимо от того ментальные они или физические, а фигура, символизирующая «созидательную энергию», еще более подтверждает идею каббалистов. Каждый из пяти грубых элементов – земля, вода, огонь, воздух (или «ветер») и эфир – имеется в человеческом организме, и как бы мы ни говорили – «пять органов движения», «пять конечностей» или «пять чувств», – это одно и то же, если не вдаваться в особо тонкие различения.

Несомненно, «знатоки» могли бы объяснить свои утверждения по крайней мере так же убедительно, как и автор, который оспаривает и отрицает их, объясняя свои взгляды. В «Кодексе Назареев», основной каббалистической книге, Высший Царь Света и основной эон, Мано, эманирует пять эонов; если учитывать его самого и Бога Ферхо (эманацию «Непознаваемой бесформенной Жизни») – получается семь эонов, образно представляющих 7 принципов – основ человека, причем пять из них – чисто материальные и полуматериальные, а два высших – почти нематериальные, духовные. От каждого из семи эонов исходит пять светящихся лучей света; пять потоков проходят через голову, вытянутые руки и ноги человека, как представлено пятиконечной звездой, один обволакивает его, наподобие тумана, и последний – как яркая звезда блестит над головой. Такое изображение можно видеть в некоторых старинных книгах о «Кодексе Назареев» и каббале. Поскольку электричество или животный магнетизм наиболее мощно исходит от пяти основных конечностей, и так как явление того, что сейчас называют «гипнотической» силой, изучалось еще в храмах Древнего Египта и Греции и было познано так глубоко, как нельзя и надеяться познать его в наш век идиотического и априорного отрицания, то неудивительно, что древние каббалисты и философы, выражавшие в символах каждую силу природы, должны были (в силу причин, совершенно очевидных для тех, кто знает что-либо о таинственных учениях и мистических связях, существующих между числами, фигурами и мыслями) избрать для изображения «пяти основных конечностей» человека – головы, рук и ног – пять точек пентаграммы.

Элифас Леви, современный каббалист, рассматривает эту проблему столь же глубоко – если не более – как и его древние и средневековые братья, ибо в книге «Догма и ритуал высшей магии» он утверждает: «Использование пентаграммы в соответствии с учениями каббалы может влиять на внешность нерожденного ребенка, и посвященная женщина может придать своему сыну черты Нерея или Ахиллеса, Людовика XIV или Наполеона».

Астральный огонь оккультистов Запада – это Акаша индуистов. Мало кто из индусов берется изучать мистические соответствия Акаши под руководством посвященных каббалистов или браминов, предпочитая этому свой образ Праджны Парамиты.[650] И все же и то и другое существует, и они идентичны.

[Копия Правил и Устава Теософского общества вклеена в «Альбом» Е.П.Б., том I, с. 77–79. На самом верху первой колонки над заглавием Е.П.Б. написала синим карандашом:]

Дитя

Родилось!

Осанна!

[«The Times of India» в статье, опубликованной 13 декабря 1880 года, цитирует д-ра Прайма, издателя «New York Observer», заявляющего, что он не верит, что во всех США Теософское общество насчитывает пятьдесят членов и что «ни одна знатная особа, министр или мирянин, не известна как член Общества». На это Е.П.Б. добавляет нижеследующее замечание:]

Чистейшая выдумка! Теософское общество с самого начало включало в себя более дюжины священников и министров и вовсе не кичится этим как каким-то достоинством.

[Профессор Хирам Корсон из Итаки, Нью-Йорк, в статье, датированной 26 декабря 1875 года и опубликованной в «Banner of Light» под названием «Теософское общество и обращение его избранного Президента», кратко критикует полковника Олькотта, его обращение к обществу как Президента от 17 ноября 1875 года, особенно места, касающиеся оккультизма. Эта статья вырезана и вклеена в «Альбом», том III, с. 98–99, после чего Е.П.Б. прибавила следующие замечания:]

О, бедный Йорик – мы отлично знаем его!!!! Мы даже часто видим его, идущего в кровать в шелковой шляпе и грязных башмаках. Хирам Йорик наверное был пьян, когда писал эту статью.

См. ответ полковника Г.С. Олькотта на с. 112.

[В «Альбоме» Е.П.Б., том VIII, с. 278, вклеено «Важное замечание», датированное июнем 1879 года и подписанное Свами Дайанандой Сарасвати. В последней его части оно предоставляет информацию, касающуюся Харричанды Чинтамана (Харичандры Чинтамона), который, получив крупную сумму денег, исчез. Е.П.Б. добавляет к этому следующее замечание:]

Публично передать пересланные из Т. о. деньги, 600 рупий, высланные нами из Америки и Англии, для Арья Самадж. Потом тайно уехать в Англию, забрав у Дай Нанды Сарасвати 4000 рупий.

«С.R.» сообщил, что его критика нечестного обращения Управления гражданской службы Индийского Правительства с местным населением, хотя и очень умелая и убедительная – неприемлема для этих колонок. Наш философский и научный журнал строго религиозный, и для нас было бы предосудительно как самим обсуждать политические вопросы, так и позволять это делать другим. По той же причине мы не склонны опубликовать поэму, посвященную Ее Величеству Королеве, присланную из штата Барода.

Наш глубоко уважаемый брат Свами Дайананда Сарасвати в этом номере продолжает свой автобиографический рассказ, который вся индийская пресса объявила наиболее интересной частью нашего журнала. Мы надеемся, что пример его самопожертвования в поисках божественного знания – истинной мудрости, что учит человека природе своего внутреннего Эго, его источника и судьбы – не будет отвергнут молодым поколением его страны. И, действительно, это счастье, что мы сможем увидеть замечательных молодых людей, которые, стекаясь в его Арья Самадж, следуют его примеру поведения, равно как почитают его личность. Западный читатель не станет недоумевать и поймет интерес, который сопутствует этому движению в его проповедническом паломничестве по всей Индии. И не станет возражать, как, возможно, возражают наши ученые мужи, против его истолкований ведических текстов, поскольку ни один рьяный ортодокс не может не уважать его, объединяющего в себе глубокие знания санскритской литературы с абсолютной чистотой помысла и жизни, и это пылкое чувство долга никогда не погасят реформаторы. Для теософов любой национальности отчет об его приключениях среди адептов тайных (и священных) наук будет обладать особенным очарованием.

Доктор Пандуранг Гопал, G.G.M.C., известный хирург-окулист и ботаник из Бомбея, представил в данный номер нашего журнала первую из предполагаемых серий статей об индийской фармакологии. Как мало, а в действительности, мы бы сказали, вовсе чуть-чуть известно западной науке об этом весьма важном предмете; во всяком случае – намного меньше, чем о том же самом их родного народа. Все их исследования практически начинаются с периода древнегреческих учений; если мы, конечно, исключим совсем недавние данные, которыми снабдили их «копания» египтологи и ассириологи. Хотя здравый смысл подсказывает, что заболевших людей лечили еще во времена Асклепиада или Галена, отсутствие переводов с санскрита вынудило современных писателей о медицине сказать вместе Эпплтоном, с ученым автором статьи «Медицина» в «Новой американской энциклопедии»: «О том, что лежит за пределами медицины египтян и индусов и т. п., – имеются лишь предположения». Цель нашего добровольного помощника и собрата-теософа д-ра Пандуранги – уяснить необходимость ни на чем не основанных догадок, и продемонстрировать современной науке то, что ариям известно о физическом вреде, который может быть нанесен человечеству.