Корпорация счастья. История российского рейва - Хаас Андрей
Алексей Хаас и Марина Алби Мод. Вечеринка «Минкульт». Москва
На сносном английском она приступила к девушке с расспросами:
— Почему у вас просрочена виза? Вы живете в Нью-Йорке? Что вы делали в Москве? Где вы работаете? Почему вы все время плачете?
Утерев слезы ладонью, Марина на довольно неплохом русском ответила:
— Я не хочу уезжат.
Пытаясь понять, что делают пограничники, Алексей подпрыгнул и крикнул поверх голов:
— Марина!!!
— Из-за него? — строго спросила пограничница, кивая в сторону красной линии.
Марина снова заплакала.
— Пропустить! — коротко бросила женщина. Уголками губ она улыбнулась Марининым слезам и, уходя, добавила: — Не плачь, вернешься.
27
Апрель прожег в свинцовом куполе неба круглую дырку, и солнце посмотрело на грешную землю в этот маленький глазок. В Петербурге было то холодно, то не очень, то снег, то дождь, но чаще стояла неопределенная сумрачная мгла, вызывающая даже у душевно здорового человека приступы тоски и уныния. Ледовая короста по-прежнему безобразила тротуары улиц, но тонны высыпанной за зиму соли медленно плавили ее, хотя и никак не могли извести. В первых лучах солнца, к радости горожан, заблестели золотые шпили колоколен и расступились мрачные тени промерзших дворов. Старики на парковых лавках грели свои ватные спины, солнцу радовалось все живое, а больше всех, казалось, — очумевшие за зиму птицы. Прыгая по собачьим кучам на грязных газонах, они щебетали как-то по-особенному, по-весеннему, беззаботно радуясь природному оживанию.
Разделяя птичий восторг, Андрей бодро маршировал по Крюкову каналу. У дома, где в свое время жил и скончался великий Суворов, он остановился и посмотрел в окна квартиры полководца. По сложившейся привычке, он всегда останавливался здесь и ждал минуту. Никто не вышел из этого тихого двухэтажного здания и, пообещав себе какой-нибудь сюрприз в будущем, Андрей отправился дальше. Свернув на Фонтанку и уже подходя к дверям, он нос к носу столкнулся с Маратом. Друзья пару дней не виделись, и поэтому обнялись.
— Куда направляешься? — спросил Андрей у друга.
— Куда? К вам. Разговаривать с Лехой насчет футболок, нужно все обсудить. Сейчас Лелик Захаров подойдет.
— Кто это?
— Лелик? Тот, кто нам все футболки печатал. Вспомнил?
— Теперь да.
— А ты откуда?
— Да так — встречался тут, на местности…
— Пойдем, покажу, какой я дизайн сделал для второго «Гагарина».
Вместе они поднялись в квартиру и оказались в гостиной, полной народа. За круглым столом председательствовали Алексей и Миша. Шло развернутое совещание с участниками, помощниками и волонтерами, задействованными в организации «Gagarin-party-2». Две недели назад «Танцпол» вернулся из Москвы и сейчас в срочном порядке доделывал в Петербурге предпусковые работы. Новый партнер Цодиков (так как смыслил в этом) взял на себя все бары, общение с ВДНХ, ментов и бандитов, а все остальные вопросы легли на «Танцпол». Новая ситуация (после разрыва с «Block Ltd»), в которой пришлось работать над таким крупным проектом, заставила мобилизовать все силы и возможности. В первую очередь в кратчайшие сроки был решен главнейший вопрос — вопрос поиска денег. Безусловно, «Минкульт» дал сборы, и все заработанные на нем деньги были инвестированы в будущую вечеринку, но все же эти пять тысяч долларов не решали всех проблем, а траты росли в геометрической прогрессии каждый день. Очень скоро проторенная дорожка снова привела молодых людей в офис рыботорговцев. Нужно отметить, что после декабрьского «Гагарина» бизнесмены из «Кринты» пребывали в полнейшей эйфории и поэтому, увидев делегацию «Танцпола», встретили неформалов со всей возможной любезностью. Столковались довольно быстро. «Один пишем — два в уме», — так с мечтательной улыбкой на лице обозначил это сотрудничество господин директор, уже реально представляющий, о чем идет речь. Он дал отмашку и, как водится, «однажды вечером» курьеры притащили на Фонтанку спортивную сумку, полную рублей.
Начав хлопотать сразу после Нового года, Алексей только к середине марта добился результата, и теперь было окончательно ясно, что из лондонского «Brain Club» на «Gagarin-party-2» приедут Тим Филдинг и Грант Харпер. Из Риги ехал Янис и его друг Угис Полус, из Питера группа «Not Found», Грув (с проектом «N.D.E») и, естественно, сам Алексей под именем New Culture.
На рекламу решили не разоряться: напечатали только реально необходимый тираж полиграфии и рассудили так, что ситуация в Москве и без того лавиноопасная. Разбуженная первым «Гагариным», молодежь пятнадцатимиллионного мегаполиса беспрерывно повторяла слова «вечеринка», «диджей» и «Gagarin». Колоссальному количеству молодых людей стало ясно, что протухшая эра рок-музыки окончательно завершилась, неактуальны больше дискотеки с лампочками и уж тем более неприличные места с вульгарным кабацким душком. Всем хотелось нового и самого современного. Масштабный импорт этого нового в Москву как раз и обсуждался в этой комнате.
Проговорили до часу ночи. Когда после всестороннего обсуждения все основные вопросы были закрыты, волонтеров и малознакомых персонажей распустили по домам. Тесный круг уставших друзей раскурил трубки и принялся релакси-ровать, а Палтус, наделенный в этом проекте большими полномочиями, все еще решительно рубил воздух ладонью. Ситуация «по делу» была всем понятна, и тысячу раз прожевана, но, дымя самой большой папиросой, Миша продолжал вулканировать идеями, одна другой невозможней и фантастичней. Его креативному домысливанию подверглись все без исключения аспекты подготовки, и этим тяжелым катком он укатывал одуревших за вечер товарищей.
— Я предлагаю показать там космический спектакль. Такой, чтобы всех колбасило, — вещал Миша.
— Ты бредишь, Миша. Какой спектакль?
— Специально поставленное театрализованное действо! Я самолично могу написать сценарий… Давайте оденем барменов в костюмы инопланетян или лучше раздадим ментам космические бластеры. А? Как вам?
— Передавай, не морозь…
— Слушайте, вы как хотите, а я считаю, что кровь из носу необходим телемост «Вечеринка — Орбитальная станция „МИР“», и показать его нужно на огромном экране…
— Миша, а инопланетяне-то будут? — прервал оратора Марат.
— Будут. Я не шучу. Было бы еще здорово в рекламных целях запустить над Москвой аэростат, хорошо бы произвести глобальный салют, и нужно транслировать вечеринку по кабельному телевидению…
Когда он стал подбираться к идее запуска с территории ВДНХ ракеты-носителя и ее последующей стыковки в космосе, слушатели не выдержали и от смеха стали по одному лишаться сознания.
— Захватить Тушино! — утирая слезы радости, кричал ему в ответ Алексей.
— Захватить Тушино? — наморщив лоб, переспросил Миша.
— Ну, да! Поднять самолеты! И бомбить Кремль!!!
— Это авантюра!
— Зато — масштаб!!!
Около трех ночи, когда все окончательно набредились и разошлись по домам, Алексей сообщил брату:
— Был сегодня в гостях у Гурьянова. Виделся у него с Ваней Салмаксовым. Он показал мне только полученные из типографии плакаты «Мобиле». Ваня приглашает нас и всех друзей к ним на вечеринку в Крылатское.
— Когда?
— Через неделю после «Гагарина».
— Наступают на пятки.
— Я так не думаю. Эта ситуация теперь одним нам не принадлежит. Наша монополия заканчивается. Но это и к лучшему. Чем больше людей вовлекается в этот процесс, тем больше он будет. От этого выиграют все. Иван предлагает забыть старые счеты и работать если не вместе, то хотя бы не мешая друг другу. Что думаешь?
— Поживем — увидим.
Через несколько дней мощный вихрь подготовки сорвал основной состав «Танцпола» и несколько десятков его помощников, чтобы снова перенести их в Москву. Второй раз идти хоженой дорожкой значительно легче. Ситуация с местом изучена, рычаги управления крепко сжаты в руках, вопросы решаются быстрее, узлы рубятся, нити ловко связываются. Одним словом, в день монтажа павильон, как и положено стартовой площадке, превратился в кишащий муравейник. Пережив в нем мощнейшие эмоции своей самой главной вечеринки, Алексей настолько сросся с этим пространством, что во время второго монтажа действовал уже более решительно. Без суеты и сомнений он распорядился имеющимся объемом техники и выстроил невероятно красивую световую картинку. На этот раз количество управляемых компьютером приборов было увеличено вдвое, более эффектно расставили лазеры, высветили дальние планы, зажгли прожекторами купол, подсветили фасад. Морозов не было, и потому дорогостоящего обогрева не потребовалось. Работали быстро, но измотались в хлам, и потому, когда до начала вечеринки оставалось два часа, большая часть волонтеров от усталости была похожа на медленно ползущих к живодерне кляч.
