Автор неизвестен - Энциклопедия - Туристическая энциклопедия (маршруты по СНГ)
Верхний каньон Карагема начинается уже в 3-4 километрах сплава от Карагемской поляны. Река на протяжении следующих нескольких километров представляет собой сплошной порог с очень приличным падением. Воды к вечеру заметно прибывает, она становится мутно белого цвета, из-за этого кажется, что ее еще больше. Идем просматривать, карабкаемся по зарослям вдоль берега. Сплав, видимо, предстоит напряженный, и чем дальше мы продвигаемся, тем более устрашающий вид имеет река. Решаем идти на следующее утро, по голубой утренней воде.
Заносим вещи на некоторое расстояние ниже и ставим лагерь в тесном месте в зарослях на склоне. Мы с Олегом все-таки плывем первые 200-300 метров, дабы закончить день на положительной ноте.
Только к полудню следующего дня после долгих просмотров и сборов нам удается наконец отплыть. По моим ощущениям река больше каячная (канойная), нежели катамаранная. Катамаран не успевает маневрировать в несущемся потоке, но вместе с тем он же и многое прощает. Для каяка (каноэ) сплав здесь технически очень сложный, но, вместе с тем, и очень приятен. Двигаемся медленно, постоянно просматриваем и снимаем на фото и видео.
Возле правого притока Камрю Карагем замирает, подпруженный сошедшим недавно селем. Здесь мы останавливаемся до следующего дня. Сразу за подпором река с бешенным ревом устремляется в 100-метровый узкий канал - прямой участок русла, зажатый селевым выносом. Более всего это напоминает широкую канаву, в которой беснуется необузданный поток. Зловещую картину дополняет голый ствол дерева, торчащий ровно посреди реки. Как и в предыдущий день, решаем прохождение отложить до утра, а сегодня, пока есть время, сходить на экскурсию к озеру в 5 километрах выше по притоку.
Хрустально чистая речка Камрю течет в круто спадающей долине и в нескольких местах образует каскады водопадов. На пути к озеру нам приходится продираться сквозь непролазный бурелом из поваленных сгоревших деревьев - гарь, оставшаяся после грандиозного пожара, бушевавшего по всей Карагемской долине еще в 74 году. Воистину Бабка-Ежкинские места, где все враждебно человеку, все норовит зацепить, оцарапать и уколоть. Зато озеро награждает великолепным видом: изумрудная вода и цепь скалистых гор с ледовыми склонами.
Следующий день стал для меня на Карагеме самым сложным и неприятным (возможно не для меня одного). Погода испортилась. Перед тем, как решиться поехать Селевой порог, мы битый час ходили вдоль него под дождем, ломая голову, что и как здесь будет с лодкой (соответственно, и с гребцом). Когда я увидел плот, который стало мотать вверх-вниз в месиве из валов сразу за порогом, мне подумалось, что что-то здесь не так. Действительно, сам Селевой порог был большим и страшным, но проехался буквально со свистом, видимо из-за большой скорости теченя. Я влетел почти во все водяные завихрения, которые мы так опасались, глядя с берега, и каждый раз дело ограничивалось лишь хлестанием холодной воды в лицо и потерей видимости на несколько мгновений. Однако то самое месиво из валов оказалось на деле намного серьезнее - в реке, откуда ни возьмись, появилась какая-то дикая мощь, и лодку начало швырять словно щепку. Была только одна мысль - не перевернуться, поскольку шансы сделать эскимосский переворот в таком буйстве были минимальны. Меня измотало так, что я был почти не в состоянии сойти со струи и зачалиться. В течение минут 10 после этого я восстанавливал дыхание, долго не решаясь сделать траверс реки, так как пристал не к тому берегу.
Сразу за всем этим следовал порог "Горка" с двумя мощнейшими сливами и прижимом под скалу. [Я перевернулся в огромном стоячем валу после первого слива. Встал сразу, но был выброшен на камни у берега; долго пытался сползти ниже, и в конце концов получилось так, что попал в самый что ни на есть прижим. Встать удалось только после нескольких неудачных попыток и то только, после того, как лодку вынесло из-под скалы.] Дальше все продолжалось в том же духе в течение последующих нескольких часов. [Мощные пороги шли один за другим, и] теперь, в отличие от вчерашнего дня, это был уже не просто приятный техничный сплав, а сплав по экстремально сложной воде на грани собственных возможностей.
Закончился Верхний каньон Карагема порогом "Не проходите мимо", в котором перевернулся катамаран-двойка. [В этом пороге все было плохо: и заход, и центральная часть, и выход - два недюжих прижима подряд.] Олег благоразумно перетащил каяк за порог, а я еще долго ходил по берегу в раздумьях. Для прохождения требовался довольно сложный маневр, и было непонятно, смогу ли я его проделать. Скорее всего на мое решение повлияло вылезшее солнце, в лучах которого все показалось веселее. Линию движения мне все-таки удалось выдержать, но под конец, не будучи уверен, где лучше проехать, я залетел на ровный каменный пьедестал точно между двумя выходными сливами. Посидев ради интереса среди бурного падающего потока, позируя фотографирующим наблюдателям на берегу, я наконец спрыгнул, оказавшись на безопасном расстоянии от прижима. В результате, вместо героического прохождения получился фарс.
Следующие два дня сплава уже не были такими напряженными. Долина Карагема расширилась, крупный приток Караайры добавил воды, погода вновь наладилась, и вечерами мы загорали, греясь на прибрежном песке. Из препятствий запомнился Винт - мощный порог, чем-то напомнивши мне первую ступень Водопада на Чаткале. Проехали бодро, Олега даже затянуло в большую бочку, откуда он, впрочем, через некоторое время благополучно выбрался. Была еще пара завалов, один из которых мы обнесли. За несколько километров до впадения в Аргут река совсем успокоилась, вошла в многочисленные мелкие разбои. Мы совсем было расслабились, Олег погрузился вместе с каяком на катамаран, но тут начался каскад нижних порогов, о которых мы даже и не знали. Откровенно говоря, я даже несколько испугался - настолько мощной показалась вода. Лодку начало швырять, периодически тормозя в бочках; в голове вертелась мысль, что если это Карагем такой мощный, то что же за ужас нам предстоит проходить на Аргуте. Когда все закончилось и я зачалился возле катамарана, то с удивлением обнаружил на нем Олега, так и просидевшего на нем с каяком все последние пороги. Каяк был полон воды, а Олег, весь мокрый, дрожал от холода и завидывал мне, сидящему в сухой лодке. Вот так мы и закончили речку Карагем. Теперь перед нами был полноводный и страшный Аргут.
Место впадения Карагема в Аргут - это широкая степная долина, где по берегам растут тополя, а каменистая сухая почва устлана полынью, от которой в воздухе стоит сильный пряный запах. Со всех сторон долина закрыта горами, с юга - это цепь высоких скалистых гор с вечными снегами на вершинах, реки здесь втекают и вытекают через неприступные ущелья. До ближайшего селения - Джазатора - отсюда день пути, а из самого Джазатора до ближайшего аэродрома в Кош-Агаче три года назад я добирался на попутном бензовозе примерно за сутки. Это настоящий тупик, совершенно дикий и оторванный от всего мира угол. Если представить все Алтайские горы огромным лабиринтом, то долина, в которой мы оказались - это один из самых дальних его тупиков.
