Игра на смелость (ЛП) - Энн Ли

Моя жизнь — это пожар в мусорном баке, и я чувствую, что теряю контроль. Я не знаю, смеяться мне или плакать.

Допив третий стакан, я оставляю его на барной стойке. Голова кружится, и я, покачиваясь, иду к лестнице. Может быть, теперь я смогу немного поспать.

Только через секунду я понимаю, что в моей комнате кто-то есть.

Илай.

Какого черта?

Гнев, застывший внутри меня, пробивается сквозь лед.

— Что тебе нужно?

Он поворачивается на звук моего голоса и смотрит на меня.

— Я.

Я делаю шаг внутрь и закрываю за собой дверь.

— Что?

Его глаза не отрываются от моих, и он тяжело вздыхает.

— Я хотел вернуть это тебе.

Мой взгляд падает на книгу, зажатую в его руках. Я узнаю розовую обложку, но не маленький золотой замочек, закрывающий ее. Он протягивает мой дневник. Старый, который, как я думала, я оставила здесь, в своей комнате.

Он все еще говорит, но я не слышу его за стуком сердца в ушах.

Он забрал мой дневник.

Он прочитал мои записи.

Мои самые сокровенные чувства.

Мои самые темные фантазии.

Все.

Что-то расплавленное и разрушительное проникает в меня. Безрассудная ярость, которая раскалывает муки, разъедающие меня уже несколько недель. Подняв глаза к его лицу, я бросаюсь на него, испытывая дикую, отчаянную потребность увидеть, как он истекает кровью.

Илай

Ее выпад застает меня врасплох, и я отшатываюсь на шаг назад под силой ее удара в грудь.

— За что ты меня так ненавидишь? — кричит она и снова обрушивает на меня свой кулак. — Что я тебе сделала?

— Я не… — но я не успеваю вымолвить ни слова, как она снова бьет меня.

На этот раз она бьет меня по лицу. Ее ладонь соприкасается с моей щекой, отбрасывая мою голову в сторону. Прежде чем я успеваю остановить ее, она бьет другой рукой, и я чувствую, как ее ногти впиваются мне в горло.

Я стискиваю зубы и смотрю ей в лицо.

— Послушай.

Она сжимает пальцы в кулак и делает еще один замах. Но на этот раз я ловлю ее запястье до того, как она успевает дотянуться до моего лица. Я делаю шаг вперед, выкручивая ее руку за спину. В таком положении она оказывается вровень со мной.

— Хватит! — огрызаюсь я.

Она извивается, пытаясь освободиться.

— Нет. Этого не будет достаточно, пока ты не окровавишься. Пока ты не истечешь кровью так же, как заставлял истекать кровью меня.

— И как же я заставил тебя истекать кровью, принцесса?

Она откинула голову назад, голубые глаза горели яростью.

— Ты насмехался надо мной. Ты заставлял меня чувствовать себя маленькой и бесполезной. Ты украл мой дневник и зачитал его всему классу! Ты оставил мертвое животное в моем шкафчике.

Она возобновляет борьбу, и я крепче сжимаю ее запястье.

— Я сделал почти все это, но я...

— Не лги мне!

Мне уже надоело, что я не могу закончить предложение.

— Какая у меня причина лгать? Здесь нет никого, кроме нас с тобой. Да, я забрал твой дневник. Я забрал их оба. Я прочитал их. Я использовал их. Я нападал на тебя и угрожал тебе. Но я никогда, ни разу, черт возьми, не убивал животных.

— Тогда, возможно, оно уже было мертво.

Я отпускаю ее запястье и хватаю за плечи, чтобы встряхнуть.

— Животное в твоем шкафчике — не от меня.

— Ты брешешь.

— И ты тоже! — я выплевываю слова и почти сразу же жалею об этом, когда ее взгляд становится острым.

— Что это значит? Я не лгу.

— Не лгала, принцесса? Мне кажется, ты много врешь, — в основном самой себе.

Она отворачивается, вырываясь из моей хватки.

— Не все такие, как ты, Илай. И перестань называть меня принцессой!

— Нет? — я подхожу к ней сзади. — Ты уверена в этом, Арабелла? Скажи мне, — я наклоняю голову и прижимаюсь губами к ее уху. — Ты предложила Джейсу отсосать у него в обмен на поездку домой? Или ему было достаточно просто увидеть твои сиськи?

Я знаю, что все было не так. Джейс запел, как канарейка, когда я сломала пару ребер, но ее гнев разжигает мой, и я не собираюсь позволять ей драть меня когтями без ответных действий.

— Может, в этом я и ошибся. Ты бы отсосала у меня в обмен на поездку в школу, принцесса?

На этот раз, когда она поворачивается и бросается на меня, я уже готов. Мои пальцы обвиваются вокруг ее рук, я поднимаю ее, поворачиваю и пихаю к двери.

— Что случилось? Я задел за живое? — дразню я ее.

Ее руки ударяются о мою грудь, и она откидывает голову назад, глядя на меня огненными глазами. Я ухмыляюсь.

— Я тебя чертовски ненавижу, — она выплевывает слова, и в них звучат отвращение и злость.

— Это абсолютно нормально, — огрызаюсь я. — Я тоже себя ненавижу.

Мы смотрим друг на друга. Я понятия не имею, кто из нас делает первый шаг, но через секунду наши рты сталкиваются. Ее пальцы впиваются в мою футболку и притягивают меня ближе, пока ее тело не оказывается плотно прижатым к моему.

— Я ненавижу тебя, — ее зубы впиваются в мою нижнюю губу, и я хриплю. — Я ненавижу то, что ты заставляешь меня хотеть тебя, — ее руки освобождают мою рубашку и скользят вниз по моей груди, пока она не захватывает подол и не тянет его вверх.

Я не останавливаю ее, разнимая наши губы на достаточное время, чтобы стянуть рубашку через голову и отбросить ее в сторону.

— Мне не нравится, что ты так хорошо целуешься.

Я зажимаю ее подбородок между большим и указательным пальцами.

— Хватит, бл*ть, болтать, — требую я и снова прижимаюсь к ее рту.

Ее руки бегут вверх по моим рукам, по шее, в волосы, и она прижимается ко мне, ее груди трутся о мою грудь. Это напоминает мне о том, что между нами есть одежда, барьер, который мне нужно убрать, поэтому я освобождаюсь и расстегиваю спереди ее рубашку.

— Сними ее.

Она не спорит, стягивает с себя рубашку и бросает ее поверх моей. Я не могу сдержать улыбку. На ней кружевной бюстгальтер, который я купил. Моя рука приникает к ее груди, и я сжимаю ее. С ее губ срывается тихий стон.

— Сильнее.

— Я сказал, не говори, бл*ть.

Она смеется, хрупкий звук без юмора.

— Заставь меня остановиться.

Мой рот снова находит ее рот, и ее губы жадно раскрываются под моими, чтобы я мог проникнуть в них языком. Ее руки скользят вниз по моей спине, в мои треники, а ее ногти впиваются в мою задницу, толкая меня вперед, пока мой член не упирается в ее живот.

— Ты хочешь трахнуть меня, Илай?

Мое имя на ее губах превращает меня в камень.

— Больше, чем я когда-либо хотел трахнуть кого-либо в своей жизни, — я не пытаюсь лгать. Какой в этом смысл? Она может почувствовать доказательства прямо здесь, между нами.

Она просовывает одну руку между нашими телами в мои штаны и обхватывает пальцами мой член.

— Ты хочешь вставить свой член в мою киску? — она трется об меня, поглаживая вверх-вниз.

— Я сказал, хватит, бл*ть, болтать, — требование заканчивается стоном, когда ее большой палец скользит по головке моего члена.

— А я сказала, заставь меня, — шепчет она мне в губы.

Я обхватываю ее за талию и поднимаю на руки, поворачиваюсь и иду к кровати.

— Если ты собираешься передумать, то сейчас самое время, — я опускаю ее на матрас и стягиваю штаны для йоги, прихватив с собой трусики. — Потому что, как только я окажусь внутри тебя, я не остановлюсь.

Ее ноги раздвигаются, являя мне вид на влажную, блестящую плоть, как только штаны покидают ее ноги.

— Меньше говори, больше делай. Ты уже трахал меня всеми другими способами. Можешь дополнить комплект.

Я стягиваю с себя трусы, выпрыгиваю из них и забираюсь на кровать, опираясь на ее бедра. Она тут же снова берется за мой член, на этот раз обхватывая его обеими руками и качая вверх-вниз.

Я тянусь вниз, провожу пальцем по ее киске и ввожу его внутрь. Она мокрая, горячая и такая, как я хочу. Она выгибается. Я ввожу второй палец, и она стонет, подергивая бедрами, когда трахает их.