Игра на смелость (ЛП) - Энн Ли

Я поджимаю губы и улыбаюсь в ответ, прекрасно понимая, что именно ему интересно наблюдать за их игрой. Мы выходим из здания и направляемся к тренировочной площадке. Несколько студентов заняли места на трибунах, чтобы понаблюдать за тренировками команды.

Мы находим место в середине трибуны, подальше от остальных. Илай и Келлан проходят мимо нас, поднимаясь выше на трибуны. Не удержавшись, я украдкой бросаю взгляд на них, когда они садятся.

— Илай меня просто пугает.

Видел ли мой сводный брат, как я сверкнула грудью перед мистером Дрейком?

От этой мысли мне становится не по себе и холодно.

— То, что он на тебя смотрит, лучше, чем то, что он над тобой издевается.

— Я не уверена, — я смотрю вперед. — Может, он пытается вести психологическую войну?

— То есть он пытается расплавить твой мозг изнутри или остановить сердце, чтобы оно не билось в груди?

— Я имею в виду, что он пытается доминировать, не разрывая зрительного контакта. Так поступают животные, верно?

— То есть как волки? Просто радуйся, что он отступил.

Я подталкиваю его плечом.

— Я и радуюсь.

Внимание Майлза возвращается к моему лицу, и он улыбается.

— Тогда пусть тебя не беспокоит преследующий взгляд. Большой плохой волк не собирается тебя съесть.

Тепло разлилось по моим щекам, когда я вспоминаю, как член Сина погружался в мой рот. Как его друг терзал мою грудь, пока я не кончила. А потом, когда я прижалась к груди Сина, чувствуя себя защищенной и особенной.

Сжав бедра вместе, я стараюсь не обращать внимания на сладкую томительную боль.

Я жажду темноты. Времени после начала комендантского часа, когда никого нет рядом, и я могу пойти к нему. Я зависима от его прикосновений, его похвалы и того, как он оживляет мое тело. Маленькие желания и порывы, которые росли в течение нескольких недель, превратились в полноценные фантазии. Надеюсь, Сину будет интересно.

Лишит ли он меня девственности, если я попрошу?

От этого вопроса мне становится жарко.

Я не могу. Все думают, что я встречаюсь с Майлзом и что мы занимаемся сексом. Если правда станет известна, мы оба будем выглядеть глупо, а я не хочу, чтобы он пострадал.

— Я тут подумал, — если ты не найдешь свой браслет ко Дню благодарения, может, мы купим тебе новый?

Смена темы разговора застает меня врасплох.

— Аманда сделала его для меня. Это было бы не то же самое.

Его глаза встречаются с моими.

— Может, она сделает тебе новый?

— Я не разговаривала с ней уже несколько недель, — я провожу пальцем по тому месту, где когда-то был браслет. Наш обмен смс-сообщениями прервался.

Она забыла о тебе.

— Позвони ей на День благодарения, — предлагает Майлз.

Я меняю тему.

— Ты собираешься увидеться с Энрико, когда вернешься домой?

Выражение его лица темнеет.

— Нет.

— Он уехал к родственникам?

— Мы расстались.

Найдя его руку, я сжимаю ее.

— Когда?

— В выходные перед Хэллоуином, — он играет с моими пальцами, поглаживая ими мои.

— Почему ты ничего не сказал?

— Было больно, — его голос — не более чем шепот. — А потом я просто не хотел об этом думать, поэтому сделал вид, что этого не было.

Я прижимаюсь щекой к его плечу.

— Мне жаль, что ты ничего не сказал.

Он целует меня в макушку.

— Я в порядке. Я нашел, кем отвлечься.

Я уже собираюсь ответить, когда Майлз вздрагивает.

— Какого черта?

Выпрямляясь от его гневных слов, я успеваю увидеть, как что-то белое ударяется о его затылок. Оно отскакивает на пол позади нас. Я поворачиваюсь как раз в тот момент, когда Келлан ухмыляется и швыряет в моего друга еще один скомканный лист бумаги. Я бросаю на него взгляд.

— Он такой придурок.

Щеки Майлза краснеют, и он опускает голову.

— Просто не обращай на него внимания.

Третий удар приходится на его шею.

Мой пыл возрастает, и я поворачиваюсь на своем месте.

— Прекрати!

Келлан откидывается на спинку кресла и склоняет голову набок.

— Эй, красавчик. Хватит меня игнорировать.

— Отвали, Фрейзер, — огрызается Майлз, все еще глядя вперед.

Мой взгляд переключается на Илая.

Он смотрит на меня, и волосы на моем затылке встают дыбом. Я держу зрительный контакт, а в голове звучат слова Сина. Я не отступлю. Я не покажу слабость.

Я не слабая. Я сильная. Я совершала поступки, на которые прежняя Арабелла Грей никогда бы не пошла. Я больше не позволю ему запугивать меня.

Проходит несколько секунд, а мы продолжаем смотреть друг на друга, охваченные молчаливой борьбой воли.

Его внимание переключается на мой рот и задерживается на нем.

Мои губы дрожат и раздвигаются от осознания этого.

Высунув язык, Илай облизывает губы, играя с кольцом для губ, а затем улыбается.

Все мое тело пылает жаром, пульс учащается. Все внутри меня отшатывается в шоке, и я отворачиваюсь, разрывая связь.

Я не просто так возбудилась от того, что мой сводный брат облизывает губы.

— Думаю, мне пора возвращаться в общежитие, — говорит Майлз.

Я поднимаюсь со своего места.

— Я тоже иду.

Илай

В ушах звучит песня «Where were you» группы «Герлфрендс», я отступаю назад и смотрю на скульптуру перед собой. Все складывается как нельзя лучше. Ее части узнаваемы — руки, обхватывающие туловище, крылья, вздымающиеся вверх. В моем воображении она уже закончена, хотя до настоящей мраморной статуи еще далеко.

Я потягиваю шею из стороны в сторону, пытаясь унять боль от долгого пребывания в одном положении, пока я работал над определенной деталью. Звонит мой мобильный, и я опускаюсь на пол, чтобы достать его из сумки.

Сообщение, ожидающее меня, заставляет меня закусить губу. Это фотография от Арабеллы. Она запечатлела себя в душе. Вода стекает по ее телу, а одной рукой она прикрывает грудь. На снимке нет абсолютно ничего, но мой член от этого все равно становится твердым. Я тихонько смеюсь. Она становится смелее, отправляя фотографии не дожидаясь, пока я попрошу их прислать.

Прошло пять дней с тех пор, как мы были вместе в последний раз, когда она сосала мой член, а я чуть не сошел с ума от удовольствия. Но в связи с приближающимся праздником Дня благодарения и тем, что все разъехались по домам на неделю, мне пришлось сосредоточиться на своем художественном проекте. Когда обычный учебный день заканчивался, я сразу же отправлялся к скульптуре, где проводил вечер за работой, оставаясь измотанным и уставшим. Я был не в том состоянии, чтобы играть с Арабеллой в игры, не выдавая себя, поэтому вместо этого я посылал ей вызовы и требования — все, которые она выполняла.

Я: Дразнишь.

Она отвечает еще одной фотографией. Вид сбоку на изгиб ее задницы и едва заметный намек на сосок. Я облизываю губы. Могу ли я уйти пораньше и увидеть ее сегодня вечером?

Я: Покажи мне еще.

Котенок: Встретимся вечером, и я сделаю больше, чем покажу.

Я: Что ты сделаешь?

Котенок: Все, что захочешь.

Я стону, проводя рукой по лицу.

Я: Твой парень тебя не удовлетворяет?

Не знаю, зачем я это написал. Вообще-то, знаю. Я просто не хочу признавать то, что движет мной. Мне ненавистна мысль о том, что Майлз может прикасаться к ней, делать то, что я делал с ней. И даже больше.

Котенок: Не так, как ты.

Ревность вспыхивает. Какого хрена она до сих пор с ним, если ей так нравится то, что я делаю?

Я: Прости, котенок. Сегодня тебе придется обойтись своими силами. У меня есть обязательства, которые надо уладить.