Исчезнувшая (СИ) - Романовская Кира
Полина облизала губы, начиная двигать бёдрами, яростно давая понять чего она от него хочет. Парус в штанах Романа испытал полный штиль. Головой он очень её хотел, но та же самая голова остатками здравого смысла и проклюнувшейся совести говорила ему, что он не имеет никакого права до неё даже дотрагиваться своими грязными руками.
В его мыслях бураном пронёсся весь последний год их интимной жизни с женой, где инициатором близости в основном была она. Не потому что он её не хотел или так сильно напрягался на Яне, а потому что ему было приятно, что жена его будто добивается. Сражается с невидимой соперницей и побеждает раз за разом. Полину он хотел сильнее. Яну по остаточному принципу.
«Тогда какого чёрта он делал всё это время?» — осколком битого стекла резанула его мысль и Рома сдавил голову руками, будто она вот-вот взорвётся. Полина остановила свои круговые движения бёдрами, медленно выпрямилась и безразлично смотрела на мужа, который выплюнул типичное женское оправдание:
— Извини, у меня голова болит.
— Понимаю, — протянула Полина. — «Я устал», «Голова болит», «Я выпил», «Давай не сейчас». Когда у нас был секс в последний раз?
Рома открыл рот, чтобы ответить, но из него вырвалось лишь тишина — он не помнил.
— Вот и я не помню, — горько усмехнулась Полина. — А ещё не помню, когда ты сказал, что хочешь меня. Может, не хочешь? Так ты скажи прямо, не страдай, Рома.
— Я хочу тебя, Полина.
— Да? Серьёзно?
Она положила ладонь ему на ширинку и разочарованно цокнула языком.
— Нет, не хочешь. Может, хочешь кого-то другого?
— Я люблю тебя, Поль!
— Я не об этом спрашивала. Иди таблетку выпей. От головы. Если тебе нужна таблетка, чтобы хотеть свою жену, то лучше не пей, а собирай вещи и уходи. Я не буду жить с мужчиной, которому противно на меня смотреть.
Полина соскочила с него и направилась в ванную, покачивая бёдрами. Рома ломанулся за ней так будто она уходила от него насовсем. Он схватил её за руку и развернул к себе, заглядывая в глаза, которые ответили ему лютым холодом.
— Полина, я просто...
«Трахнул сегодня другую» — усмехнулась она про себя и молча смотрела, как он пытается придумать какое-то оправдание, но не может. Как и правду тоже сказать не может.
У неё ещё теплились остатки надежды, что мужчина, которого она когда-то любила, откопает в себе того самого Рому. Мужчину с которым она чувствовала когда-то полное единение, которого считала своей идеальной парой.
— У нас какие-то проблемы, Рома? — устало выдохнула Полина.
— Нет, Поля! Нет! — рьяно заверил её Роман.
— На нет и суда нет. Иди спать, милый, я надену пижаму.
Она мягко высвободилась из его руки и отошла от него к бельевой корзине, сняла с себя сначала верх, затем низ комплекта и бросила в стирку. Полина прошла мимо него нагой богиней и направилась в гардеробную. Если у Ромы была собачка Яночка, то у Полины был Ромочка, который бежал за её длинными ногами, как привязанный. Полина будто его не замечала, занимаясь поисками трусиков в своём ящике для нижнего белья.
Он обнял её сзади, обхватывая обнаженную грудь ладонями, пытаясь поцеловать в шею. Полина откинула от себя его ладони, развернулась и со всей силы толкнула мужа в грудь.
— Отстань, Рома, не надо мне твоих секс-подачек! — раздраженно выпалила она. — Я тебя не хочу.
В его глазах сверкнули будто отблески огня, которые она в нём зажгла своим первым в жизни отказом от его ласк. В их страстной интимной жизни такому просто не было места. Он рванул к ней, обхватил её лицо ладонями и прижался губами к её губам.
Он не успел просунуть язык ей в рот, как Полина укусила его за губу так сильно, что он отпрянул от неё. Рома дотронулся до своей нижней губы пальцами, на них осталась алая кровь. Хищница оскалилась в ядовитой усмешке, которая только ещё больше распалила его и он кинулся на неё снова, обхватив её обнажённое тело руками и целясь кровавыми губами в шею. Полина зарычала дикой кошкой и вцепилась в его спину, раздирая его кожу на спине на кровавые полосы.
Боль, пронзившая тело не остановила его, откуда-то взялось желание, подчинить себе эту сопротивляющуюся женщину. Злость, ярость, азарт всё смешалось между ними, и их противостояние превратилось в прелюдию, от которых у обоих будто отказал разум и включились только голые инстинкты. Теперь уже два хищника сцепились в яростной схватке на одной постели.
Полина раздирала ему спину когтями, пока он был сверху, он стискивал зубы и упорно продолжал выбивать из неё стоны удовольствия, которые заглушали его собственные стоны боли. Роман не пытался перехватить ей запястья, чтобы обезвредить опасную женщину. Боль, которую она ему причиняла, он заслужил, впитывая каждую каплю и выпивая её до дна. Полине удалось скинуть его с себя, но боль не прекратилась, она вцепилась когтями ему в грудь, откидывая голову назад и бешено танцуя бёдрами танец страсти.
У него в голове взрывались дофаминовые бомбы и ослепляли своими вспышками. Давно у них не было такой необузданной страсти, которая поглотила их обоих, сжигая всё кругом.
*****
Буря чувств и страсти закончилась, оставив после себя кровь на простынях, боль в мышцах и тихую усталость и нежность, которую Рома будто просил у неё, лёжа головой на её груди. Полина её давала, её пальцы, ещё недавно впивавшиеся в его кожу, теперь лишь лениво скользили по его влажным от пота волосам.
В комнате было слышно только их сбившееся дыхания.
Полина не корила себя за то, что произошло между ними прямо сейчас. Нет, ей не было противно, что сегодня она была в очереди за Романом второй. Она сама этого хотела, ей было нужно знать, что больше он не имеет над ней той власти, которая у него была раньше.
Он не был ей противен, не был ей близок, не был мерзок. Он был просто мужским телом, которое доставило ей сейчас удовольствие. Он не был больше мужчиной, которого она любила со всей страстью, что в ней была. Он стал человеком, которого она разорвёт на части. Её не остановят ни их прошлое, ни их общие дети, ни её любовь.
Роман теперь посторонний человек, которого она когда-то любила.
Семнадцать дней потребовалось, чтобы вырвать из сердца любовь.
Семнадцать дней, как Полина готовила для мужа месть за весь этот год, который она была счастлива в неведении и полном доверии к мужчине, который был за рулём их семьи.
Семнадцать дней назад она рухнула на колени и валялась на полу, скуля как животное, которому содрали шкуру, но не убили. Два садиста вкалывали ей обезболивающее лживыми словами и улыбками, молча наслаждаясь её скорой агонией, когда пропустят инъекцию.
Полина не собиралась делать то же самое. Она сделает всё быстро и точно, несколько выстрелов в самые больные места. Патроны она уже почти зарядила, осталось поставить предателей к стенке и снять оружие с предохранителя.
Она высвободилась из-под размякшего мужчины, грациозно поднялась с кровати и направилась в ванную, смыть с себя грязь своего мужа.
— Полина, я люблю тебя... - тихо донеслось за её спиной.
— Я знаю...
«Именно поэтому так больно будет меня терять» — подумала она, затворяя за собой дверь.
На столешнице около раковины лежал её телефон, где горело входящее сообщение от Анны Кротовой, под именем который прятался частный детектив: «Всё готово».
Первой под расстрел попадёт Яна, на которой Крот вырыл яму, а Полина отправит её туда одним пинком...
Глава 6. От старта до финиша
Полина нетерпеливо стучала пальчиками по ободу руля. Она закусила губу от удовольствия, скользнув ладонями по мягкой телячьей шкуре и поддавая газу на светофоре, чтобы рвануть с места, как только загорится зелёный. Сегодня у неё тест-драйв, машина почти с нулевым пробегом, ей дали авто без всяких проволочек, зная, что если госпожа Серебрякова решилась на поездку, значит, уже всё решила. Она меняла «свою малышку» несколько раз в год, иногда по настроению. Сегодня, например, было отличное.
