Неприятности с нами (ЛП) - Мэйсен Кэт T.

— Я ждала этого целую жизнь...

Двадцать девятая глава. Амелия

Когда я иду к алтарю в этой часовне в Вегасе, мое сердце бьется в такт гармоничной мелодии — все мои мечты сбываются в этот самый момент.

Кажется, будто время остановилось и никто не имеет значения, кроме человека, стоящего у алтаря рядом со священником. Наступает эйфорическое состояние, обостряются все чувства, и ничто в мире не сравнится с моментом, когда два человека официально становятся одним целым.

С каждым шагом мой будущий красавец-муж становится все ближе. Почему-то он одет в смокинг, а его волосы идеально уложены. И хотя его красота навсегда лишит меня дара речи, я фиксирую улыбку, украшающей его лицо, зная, что никогда не забуду, как его взгляд упал на меня, когда я шла к нему.

Как одним простым взглядом он забрался в мою душу и сделал нас домом.

Мы доходим до конца, и отец нежно целует меня в щеку. Я затаила дыхание, предвкушая, как пройду все формальности и смогу официально выйти замуж.

Наш священник, пожилой мужчина в полностью белом костюме и туфлях из кожи крокодила, начинает церемонию, а я стою рядом с Уиллом, отчаянно пытаясь держать руки на расстоянии и не прикасаться к нему.

— Дорогие мои, мы собрались здесь перед лицом Божьим, чтобы соединить Уильяма Рокфорда Романо и Амелию Грейс Эдвардс в священном браке.

Я стою неподвижно, на моем лице застыла улыбка, и я пытаюсь сосредоточиться на священнике.

— Кто дал этой женщине право выйти замуж за этого мужчину?

Мои родители встают и, стоя позади меня, говорят: — Мы.

Невольно мой желудок вздрагивает при звуке голоса родителей. Моя улыбка, хотя и не сходит с лица, маскирует внезапную волну эмоций. Я умоляю себя не плакать. Между моими родителями и мной ничего не изменится. Более того, они приветствуют сына. Так почему же мне кажется, что это конец эпохи? Как будто я улетаю, а ведь много лет назад я уже использовал свои крылья, чтобы поступить в Йельский университет.

— Уильям Рокфорд Романо, хочешь ли ты, чтобы эта женщина стала твоей законной женой, чтобы жить вместе по Божьему указу в святом брачном союзе? Будешь ли ты любить ее, утешать, почитать и хранить в болезни и здравии; и, оставив всех других, будешь хранить себя только с ней, пока вы оба будете живы?

— Да, — Уилл усмехается.

— Амелия Грейс Эдвардс, хочешь ли ты, чтобы этот человек стал твоим законным мужем, чтобы жить вместе по Божьему указу в святом брачном союзе? Будете ли вы любить его, утешать, почитать и хранить в болезни и здравии; и, оставив всех других, хранить себя только с ним, пока вы оба будете живы?

Мои губы изгибаются вверх, и я бормочу: — Да.

Энди и Ава присоединяются к нам и вручают каждому по платиновому обручальному кольцу. Кольца изысканны, и я удивляюсь, как, черт возьми, моя семья устроила всю эту свадьбу так, что я об этом не знала. Что еще важнее, как Аве удалось сохранить это в секрете.

— Брачное кольцо скрепляет брачные обеты и представляет собой обещание вечной и непреходящей любви.

Священник продолжает зачитывать отрывок, чтобы Уилл повторил.

Уилл поворачивается ко мне лицом, его голубые глаза мерцают, когда он делает глубокий вдох.

— Я, Уильям Рокфорд Романо, беру тебя, Амелию Грейс Эдвардс, в жены, чтобы иметь и хранить с этого дня, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, любить и лелеять вечно, пока мы оба будем живы.

Он медленно надевает кольцо на мой палец и осторожно поднимает его, чтобы скрепить поцелуем.

Священник обращает свое внимание на меня, повторяя отрывок.

Я смотрю в любящий взгляд Уилла, произнося слова, которые сделают нас единым целым.

— Я, Амелия Грейс Эдвардс, беру тебя, Уильям Рокфорд Романо, в мужья, чтобы иметь и хранить с этого дня, в горе и в радости, в богатстве и в бедности, в болезни и в здравии, любить и лелеять вечно, пока мы оба будем живы.

Мои руки тянутся к Уиллу, и я надеваю кольцо на его палец, скрепляя его поцелуем, как это сделал он. Мы продолжаем держаться за руки, тепло его прикосновений не дает возможности отпустить их.

— Мы, собравшиеся сегодня вместе, выслушали желание Уильяма Рокфорда Романо и Амелии Грейс Эдвардс вступить в брак. Они пришли по своей воле и в нашем присутствии вместе с Богом заявили о своей любви и преданности друг другу. Они подарили и получили кольцо как символ своих обещаний. Поэтому властью, данной мне законами штата Невада, я с большой гордостью и удовольствием объявляю их мужем и женой. Теперь вы можете поцеловать свою невесту.

Уилл наклоняет голову и прижимается к моему лицу, чтобы прошептать: — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, муж.

Наши губы нежно касаются друг друга, делая наш первый поцелуй в качестве мужа и жены абсолютно идеальным. Мое сердце бьется ровно, и все ради человека, которого я теперь могу официально назвать своим мужем. Мы отстраняемся друг от друга, ухмыляясь как дураки, а я визжу от восторга, сжимая его руки.

— Леди и джентльмены, представляю вам мистера и миссис Романо.

Наша семья аплодирует, причем дядя Рокки — громче всех, со свистком наперевес.

Мы оба оборачиваемся, благодарные за любовь и поддержку всех присутствующих в этом зале. Мои сестры подбегают и обнимают меня первыми — все четверо, что, конечно, вызывает у мамы слезы. Следом подходят дядя Ной и семья Кейт. Кейт вытирает слезу с лица салфеткой, которую ей ранее передала Джесса.

— Ты заставила меня плакать. Все знают, что я не плачу, — поддразнивает Кейт.

— Это ложь, мам, — возражает ей Сиенна. — Ты плакала, когда мы смотрели фильм по мачеху и мать, у которой обнаружили рак.

— Ну, извини, что у меня сердце не выдержало, — жалуется Кейт, но только для того, чтобы обнять дочь.

— Ты прекрасно выглядишь, Амелия, — говорит мне дядя Ной с гордой ухмылкой. — Кто бы мог подумать, что однажды ты наденешь свадебное платье? Я думал, ты выйдешь замуж в плаще Бэтмена.

Я с легкой усмешкой касаюсь его руки, а затем обнимаю Нэша, который стоит рядом с ним: — Хм, это было бы интересно.

Следом подходят дядя Джулиан и тетя Адриана со своей семьей. Луна и Уиллоу крепко обнимают меня, пока их мать не просит моего внимания.

— Ты сделала это! — радостно восклицает тетя Адриана. — Дальше ты будешь футбольной мамой за рулем мини-вэна. Только не забудь надеть нижнее белье.

Дядя Джулиан закатывает глаза рядом с ней: — Пожалуйста, не слушайте мою чересчур драматичную жену. Поздравляю, церемония была идеальной.

Энди и Джесса одновременно обнимают меня.

— Как мы попали из Хэмптона сюда? — спрашивает Энди, пока Джесса тычет его в руку. Он хмурится, но только для того, чтобы запустить свою руку в ее грудную клетку.

— Настоящая любовь? — я отвечаю с задорной ухмылкой. — Не волнуйтесь, вы двое, теперь, когда моя личная жизнь улажена, я могу помочь вам с вашей.

— Я уезжаю с папой в Бразилию, — Энди подмигивает.

Джесса опускает взгляд: — А я вроде как встречаюсь кое с кем в кампусе.

— Правда? — Энди опускает глаза, а затем расправляет плечи.

— Это что-то новенькое, — Джесса притворяется, а я стою и забавляюсь, наблюдая за ними. — Мы познакомились через общего друга, но оказалось, что у нас есть несколько общих занятий.

Энди меняется в лице. Я знаю его всю жизнь, поэтому понимаю, что его раздражает это откровение. Его глаза стекленеют, когда он откидывает голову в сторону, а губы сжимаются в жесткую линию, хотя он никогда не признается в этом, даже если я попрошу его об этом.

Эрик и Тристан вваливаются в дом, устраивая сцену. Я давно не видела Тристана, но он все еще выглядит таким же красивым, как голливудская звезда, которая красуется на нашем экране.

— Поздравляю, красавица.

— Спасибо, Тристан.

Рядом с ним Эрик проводит рукой по глазам, стараясь не расплакаться.

— А теперь слушай сюда, мисси, я скажу это один раз и только один раз. Настоящий ключ к браку — это утренний минет.