Ищу настоящего мужа (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Ну, если любить мужа, наверное, да. А мне так наоборот, лишь бы ночи не быть с ним дома.

Обходим вокруг здание и возвращаемся к главному входу.

- Вы как, Лариса? Согласны?

- Да.

- Тогда пойдемте внутрь, покажу вам все.

- Загруженность у нас большая. Есть отделение постоянного пребывания - что-то вроде дома престарелых. Есть дневной стационар. Это главный корпус, тут я сижу, директор наш, врачи…

- А это регистратура, да? - перебиваю аккуратно ее.

- Да.

- Интересно как! Я никогда не была в регистратуре, но в детстве играла. У меня были заведены карточки на все мои плюшевые игрушки. Я их взвешивала, измеряла рост, прививки им делала, - сама себе улыбаюсь, ностальгируя, - но реально в настоящей регистратуре не была.

- Ну пойдемте, посмотрим, тем более, что вам надо знать.

- Девочки, знакомьтесь, это Лариса, - заходим в это царство карточек, - будет у нас работать.

Здороваюсь со всеми. Имена даже не пытаюсь запомнить. У всех есть бейджи.

А стеллажи там такой высоты, чтобы можно было спокойно достать без стульчиков. И ряды карточек.

Иду первой, вдоль секций.

- У вас все по буквам?

- Конечно.

Я сворачиваю к букве “К”.

- В поликлинике, так по участкам разбито и по годам.

Быстро скольжу взглядом по карточкам, ищу “КН”.

- Как тут не запутаться - нужно же мгновенно все находить!

Делаю вид, что рассматриваю.

- Годы практики, Лариса.

Нахожу - Князев.

- То есть врачи все ведут в бумажном виде? - спрашиваю, вытаскивая “случайную” карту.

- И в электронном, и в бумажном. От бумаги никто не уходит.

Я раскрываю карту, делая вид, что изучаю просто их подход.

- То есть вы начинаете с первичного осмотра… диагноза… назначения…

Листаю карту.

- Да, осмотр, снятие показателей, курс реабилитации, опять осмотр и корректировки. Если кому-то вылечить нос, то это неделя…

“Состояние после ишемического инсульта. Выраженный правосторонний гемипарез. При активной реабилитации прогноз на частичное восстановление самостоятельной ходьбы благоприятный”

Выцепляю главное, его диагноз.

- А тут, например, ещё какие-то выписки. Вы и с другими клиниками работете.

- А тут у нас… - она берет карту и смотрит. - А! Это брали выписку - хотят переехать в Германию и там лечиться. Если есть такая возможность, то почему бы и нет. У них тоже есть свои методы и наработки, о которых они никому не рассказывают.

Я стараюсь не выдать реакции. Германия, значит.

- Понятно…

Василиса закрывает карточку и убирает.

У меня сердце заходится быстрее. Так хочется поделиться этим с Вороновым. Чтобы помочь ему. Хотя теперь понятно, что она хочет и зачем.

- Мне у вас очень нравится. Я хочу у вас работать.

- Тогда сейчас в отдел кадров, возьмем список документов, проходите медкомиссию - это стандартно. Потом приезжаете, оформим вас на испытательный срок.

Везет мне на пробные периоды…

- После этого уже решим, куда вас лучше поставить. Вы мне нравитесь, Лариса. Ваша включенность в процесс.

- Спасибо, Василиса. Вы прямо…

- Только не говорите “премудрая”.

- Родители ваши…

- Шутники.

- Уверена, вам с ними повезло…

- Родителей не выбирают.

- Да. Зато они любят выбирать за нас.

- Вы о чем?

- Да так.… не важно.

- Хорошо. Тогда в отдел кадров и я вас жду.

Я беру список документов, выхожу из клиники.

Теперь понятно, почему его бывшая жена так рвется туда уехать.

Отца лечить - это, конечно, хорошо, но ребёнок-то в чем виноват?

 Глава 63

А как бы я поступила? Оставила бы ребёнка с отцом-бывшим или перевезла?

Не знаю даже.

Относительно Рената, конечно, я за него. Относительно матери и дочери, возможно, за нее.

Сложно так. Но Ренат, по крайней мере, имеет право знать и сам пусть решает.

Нам бы встретиться с ним… рассказать все. Но я боюсь - это может закончиться ошибкой. И с его стороны, и с моей.

А я папе обещала.

Как будто тебе на ночь приносят пирожное и говорят: не ешь. А внутренний голос шепчет - съешь. Съешь его…

Позвонить можно. Набираю.

- Лариса? - отвечает сразу, будто ждал, а у меня от голоса его мурашки, от того, как соскучилась.

- А ты кого ждешь?

- Рад тебя слышать. Я тебя искал. Почему прячешься?

- Ренат, не надо меня искать. И писать не надо. И звонить.

- Я хотел сказать тебе спасибо… И извини, что тогда наговорил.

- Это уже не важно.

- Лар…

- Нет, Ренат. Мы не будем встречаться. Я вообще не должна тебе звонить.

- Почему?

- Не важно.

- Нет. Важно. Что происходит?

- Сейчас просто выслушай меня. Выводы делай сам. Я узнала кое-что… думаю, тебе это будет полезно. Я видела твою бывшую жену в реабилитационном центре. Она с отцом - он в инвалидном кресле. Они собираются переехать в Германию на лечение. Вероятно, поэтому она так торопится.

Молчание.

- В каком центре?

- Да какая разница!

- В смысле, ты там что делаешь? Что с тобой?

- Нормально все со мной. Я тут… по делам.

- Спасибо, Лар. Теперь все понятно.

- Сделай с этим что хочешь, чтобы не потерять сына. Или отпусти их. Ее тоже можно понять.

- Да, Ренат, и не надо меня искать. Я живу у отца и я… выхожу замуж.

Тишина.

- За кого?

- Не важно.

- Нет, важно.

- Это мой жених. Мы в ссоре были, я поэтому пошла в пожарку. Теперь помирились.

- Лара, что ты мне заливаешь? Какой жених? Ты неделю назад была со мной, а сейчас замуж выходишь?

- Это сложно.

- Ничего не сложно. Не верю я тебе. Не знаю, зачем ты это делаешь, но не верю.

- Все, Ренат. Пожалуйста, не звони мне больше. И не пиши. Иначе я тебя заблокирую.

Я сбрасываю звонок.

И только после этого понимаю - как сильно дрожат руки.

Он перезванивает.

Упертый ты… шпинат.

Сбрасываю вызов и блокирую, как и обещала.

Зачем мне больно-то делать?!

Я иду рядом с Вячеславом, держу в руках букет светлых роз. Бумага тихо шуршит, лепестки сладко пахнут. Вячеслав берет меня за руку. Аккуратно и осторожно, стесняясь или волнуясь, что я оттолкну.

Я не отталкиваю. Я должна попытаться дать ему шанс, как говорит папа.

- Замерзла? - сжимает горячей рукой мои ледяные пальцы.

- Нет, всё нормально.

Улыбка получается почти естественной. Почти.

- Ты красивая такая.

Киваю.

Снимает пиджак и накидывает мне на плечи.

Так романтично…

Чуть наклоняюсь и вдыхаю чужой аромат, который мне не нравится.

А я вспоминаю себя в огромной пожарной куртке. Запах гари кажется мне сейчас даже более приятными и родным.

- Сегодня что было! Я работу свою, конечно, люблю, но за ребят каждый раз волнуюсь. Один замешкался и все… могло сорваться. Представляешь, какая это…

Мне идти с ним стыдно, я будто не я. А он чужой кто-то. Не мой. Как папа, который взял дочку с собой погулять.

И чувство разъедает все внутри, будто я изменяю.

Мозгом понимаю - это глупо. Я никому ничего не должна. Мы расстались. Все кончено. Я свободна. Я имею право идти дальше.

Но сердцем…

Сердцем я чувствую, будто предаю.

И не хочу этого. Хочу лучше одной остаться, чем это испытывать.

Сегодня без ресторана. Я же вижу, что это не его. Но он пыль в глаза мне бросает, что он такой, что ему не жалко ничего. И я верю, просто фальши не хочу. Хочу настоящего, неидеального, с проблемами.

Но получаю противоположное.

Провожает до подъезда. Темно уже. И так даже легче даже, потому что никто нас не видит.

- Спасибо за вечер, Ларис, - мило улыбается.

- И тебе спасибо.

Замираем одновременно. Как будто сейчас идеальное время для…

Вячеслав наклоняется. Я замираю. Ловлю движение заранее.

Его губы касаются моих - осторожно, без напора.