Девочка авторитета (СИ) - Кучер Ая
Будет гадать, куда я пропала? Станет страдать? Хоть чуточку пожалеет, что так со мной поступил?
Я почти решаюсь уйти молча, когда входная дверь в очередной раз распахивается. И доносится знакомый голос.
Первой на улицу выходит невеста, чтоб её. Камиль пропускает её, что-то негромко говорит. Улыбаются оба.
Чтоб у тебя лыба треснула, придурок!
Я медленно отступаю. Не хочу их видеть. Разговаривать не хочу. Ничего больше мне не нужно!
Камиль, словно хищник, учуявший добычу, резко оборачивается. Его взгляд гарпуном впивается в моё тело. Протыкает насквозь.
Мужчина сжимает челюсть, желваки танцуют на его лице. Ярость заполняет каждую его клеточку.
— Стоять, малая.
Рявкает. Моментом в мою сторону срывается. Ему недостаточно растоптать меня. Хочет и увидеть это.
Нервы натянуты, а в горле ком. С трудом хриплю:
— Поздравляю с помолвкой, Камиль.
И прощай.
Глава 65
Я стою перед ним, и кажется, что вокруг нас замерло всё: воздух, люди, даже звуки.
Только моё сердце бьётся невыносимо громко, отдаваясь где-то в горле.
Я смотрю на Камиля, на эти знакомые черты, которые стали такими любимыми. Скольжу взглядом по его лицу. Сердце вздрагивает от каждого удара.
Эти скулы, резкие линии губ, тёмные глаза, которые, казалось, всегда видели меня насквозь….
Больно, невыносимо больно. Слёзы текут по щекам, обжигая, как раскалённый металл.
Меня трясёт, по-настоящему, как после удара. Нет, не одного удара, а, кажется, их было много. Сильный. Убийственных. Таких, что с ног сбивают, воздух выбивают из лёгких. Внутри всё сжимается, мне кажется, что я сейчас упаду прямо здесь, у его ног.
Он смотрит так, как будто ничего не происходит. Его взгляд холодный. Ровный. Почти безразличный.
— Малая, без истерик, — его грубый и твёрдый голос, бьёт меня наотмашь, как пощёчина.
Он не видит, как мне больно. Что-то внутри меня разрывается. Как будто кто-то сдавливает мои лёгкие, я задыхаюсь.
Открываю рот и пытаюсь вдохнуть, но воздух будто застревает в горле, как крик, который не находит выхода.
— Прости, — хриплю дрожащим голосом, — но я не каменная глыба, я не умею держать лицо, как ты. Представляешь? У меня есть чувства и эмоции!
Камиль сильнее стискивает челюсти. Мои слова его злят. Всё злит. Слова. Эмоции. Реакция. То, что я здесь. Его взгляд холодный, спокойный. В нём нет ни капли сожаления.
— Малая, блядь.… — звучит грубо, раздражённо, и в этом голосе холоднее, чем в самую морозную зиму.
Шаг ко мне. Я хочу отстраниться, убежать, но ноги словно приросли к земле. Он хватает меня, притягивая к себе, крепко, грубо.
Я оказываюсь в его руках, прижатая к этому ледяному телу, и моментально покрываюсь корочкой льда.
От одного его прикосновения внутри у меня всё сжимается, как натянутая струна, но я тут же хочу отстраниться, сбросить его руки.
— Не трогай меня, — шиплю. — Пожалуйста, не трогай. Будь счастлив, Камиль. Она красивая. Очень. Уверена, у вас всё получится. Дочь мэра, а не алкаша, больше тебе подходит.
В его глазах мелькает что-то — насмешка? Раздражение?
Его пальцы сжимают меня сильнее. Впиваются в кожу. До отметин.
— Закончила нести хуйню?
Я улыбаюсь, из горда истерический смех вырывается.
— Прости, она, наверное, не несёт хуйню, да? — я дрожу, пытаюсь говорить ровно, но голос хрипит. Выдавая меня с потрохами. — Она послушная, не задаёт вопросов…
— Малая, блядь, ни хрена не меняется, — вот здесь время рассмеяться громче. — У неё будет официальный статус. Ты по-прежнему будешь в моей постели.
"Вот же она настоящая любовь, да? Мы же этого так ждали! Нас будут ебать дальше! Салют, фейерверки и бутылку шампанского, пожалуйста! Мы вытащили выигрышный билетик!"
Я замираю, глядя в его глаза. Тёмные, холодные, жёсткие. И самое ужасное то, что он не шутит. Камиль говорит чистую правду. Он и правда решил, что я...
Я перевожу взгляд за его спину. Агата стоит всё на том же месте, где её оставили. Она смотрит в нашу сторону. По лицу можно сказать, что она не испытывает никаких эмоций. Но вот взгляд... Она им буквально вспарывает меня.
— Совсем ничего? Ты не будешь женат? Не будешь ночевать с ней в одном доме?
Дикий кривится. Мои вопросы ему не нравятся.
— Малая...
Живот снова стягивает болезненным спазмом. Ещё немного и меня вывернет прямо ему на ботинки. Хотя в животе уже ничего и не осталось.
Слова таксиста про первый триместр не выходят из головы. Камиль был неосторожен со мной. Очень плохо для мужчины, который собрался жениться. Я просто хочу проверить... Узнать... А что если бы я когда-то от него... Что бы он делал? Раз ничего не меняется.
— А что, если у тебя появятся дети, Камиль?
Один вопрос и он резко дёргает меня на себя так, что я шиплю от боли. В его глазах вспыхивает холодное пламя. Он меня им уничтожает.
— Хуйню не мели. Никаких детей. Я не допущу подобной ошибки.
— А если...
— Избавлюсь от проблемы.
Эти слова... Они как острый нож по живым ранам. Я хочу отшатнуться, убежать. Но он не отпускает.
В эту секунду я чётко понимаю, что нужно бежать. Но также понимаю, что он не отпустит. Это какая-то больная стадия одержимости. И кто-то из нас должен это закончить. Всё зашло уже слишком далеко. Дальше будет страшно.
— Хорошо, — растягиваю губы в улыбке. Они дрожат, я не настолько хорошо собой владею. — Ты обещаешь, что ничего не изменится? Ты по-прежнему мой?
В глаза его смотрю. Больно. Господи, как больно.
— Обещаю.
— Хорошо, — хриплю, не могу ничего с собой сделать. Тянусь вперёд. Сокращаю те последние сантиметры, что были между нами. Касаюсь солёными губами его губ. Последний поцелуй.
Сердце рвётся на части. Хочется упасть на колени, и заорать так, чтобы охрипнуть. Но я держусь.
Камиль не безразличен. В эту секунду я верю, что я для него что-то значу.
Потому что позади нас журналисты. Его невеста. Все наблюдают. А он... целует....
Эти секунды.... Они для меня. Чтобы запечатлеть в памяти. А дальше...
— Господин Демидов, что это за девушка?
— Вы не хотите никак прокомментировать происходящее?
К нам несутся журналисты. Я провоцирую самый настоящий взрыв. Камиль тянет меня за руку к своей машине. Запихивает на заднее сидение. Даёт водителю отмашку везти меня домой.
Да, я сделала это специально. Потому что мне нужно время. А теперь он до утра не вернётся. Ему придётся решать скандал, который я учинила.
Глава 66
Внутри меня всё ломается. Мучительно медленно, чтобы максимально причинить боль.
Она растекается по венам, обжигает изнутри, я стискиваю зубы. Водителю нельзя показывать слабость. Нельзя. Иначе ничего не выйдет. Иначе я никогда не смогу выбраться из этого ада.
Сижу на заднем сиденье, сжавшись в комок, смотрю в окно, но ничего не вижу. Перед глазами всё плывёт. В голове прокручиваю каждую секунду того, что только что произошло.
Этот день — мои личные похороны. Траур. Только сейчас осознаю, какой дурой была. Как могла позволить поверить ему... Как могла оказаться в этой ситуации.
Скулы сводит от сдерживаемых слёз. С каждой секундой становится только хуже. Каждая клеточка моего тела кричит от боли.
Я больше не могу так жить. Не смогу. Бежать... Нужно бежать. План пока что не выстраивается в голове. Есть какие-то очертания. Мысли. Но точного плана нет.
Внутренний голос продолжает убивать.
«Он не любит. Потому что тот, кто любит, не причиняет боль».
Я начинаю ёрзать на сиденье, притворяясь, что мне неудобно. Оглядываюсь на водителя, он сосредоточен на дороге. Хорошо.
— Чёрт, — мой голос звучит хрипло, но я стараюсь говорить ровно. — Не могли бы вы остановиться у аптеки? У меня... кажется, начались месячные.
Моя голова опускается, изображаю смущение.
