Выйду замуж за первого встречного (СИ) - Тверская Вика

Не понимаю, как они могли купиться на такую откровенно слабую актерскую чушь. Слышу облегченные вздохи.

— Я же говорила. Все будет в порядке! — это мама.

— Слава богу! — это свекровь. Теперь я их голоса четко различаю.

Настойчиво выдираю руку, в которую вцепилась Ленка, и всем телом наваливаюсь на тяжелую дверь. Не поддается.

Антон как стоял у «алтаря», так там и остался. Глянула на него напоследок — уверенный, знает, что вернусь. Или ему попросту на меня плевать.

— Значит так, молодые люди! — Эйфелева башня, уперев руки в бока, гневным взглядом припечатала сначала меня, а потом Антона. — Я сворачиваю этот цирк. Устроили невесть что!

— В смысле, сворачиваете? — Антон говорит вежливо, но уверенно и с нажимом. — Мы оплатили услугу, на которую, согласно договору, выделено определенное время. И вы сами только что подтвердили, что это время еще не истекло.

Не зря он отучился на юридическом и уже дослужился до начальника небольшого отдела.

— Вы слова мои мне тут не передергивайте! — продолжила пыхтеть дамочка. — Время вам выделялось для церемонии, а не для этого вот... - она неопределенно махнула рукой, подбирая слово, — балагана!

На этот раз балаган устроила хотя бы не я.

Антон кивнул Сереге, тот подскочил к «Башне», что-то шепнул ей на ухо, приоткрыл ее папку и ловким движением фокусника закинул в нее красную купюру.

Дамочка шумно вздохнула и процедила, что десять минут у нас есть, а она пока подождет.

Я еще раз с силой дернула дверь.

— Кать, ну куда ты? — Ленка пытается приобнять меня за плечи. — Давай здесь в стороночке постоим, успокоимся и дальше продолжим, окей?

— Мне выйти надо, срочно. На воздух. На минутку. Потом вернемся, Лен.

Лукавлю, но по-другому сейчас нельзя.

— Мы на воздух. На минутку! — громко повторяет мои слова подруга. Антон довольно кивает и размашистым шагом подходит к двери. Я снова пытаюсь ее открыть, но она не поддается.

— Я с тобой, солныш.

Видеть его не хочу, говорить с ним не могу. Слезы снова подкатывают, и выдержки хватает только, чтобы отрицательно мотнуть головой.

— Мы же сказали, что сейчас вернемся. — Ленка чувствует мое настроение и приходит на выручку.

— Отвечаешь за нее головой!

Антон опускается на одно колено. Опять предложение, что ли, будет делать?

Щелкает у пола задвижкой и легким толчком распахивает дверь. Да, точно, ее же заперли, чтобы кто-нибудь случайно не ввалился в самый ответственный момент.

Пересиливая себя, цежу сквозь зубы спасибо и вырываюсь из терпкой болотной атмосферы. Для верности — чтобы за мной точно никто больше не увязался — тут же толкаю дверь обратно.

Меня ослепляет вспышка. Жмурюсь и закрываю лицо руками.

— Совсем обалдел? — Ленка орет почти мне в ухо.

— Вы же сами сказали снимать жениха и невесту. — Приятный мужской голос звучит едва слышно в потоке шума, в который мы окунулись в фойе. — Какие претензии-то теперь?

— Ты видишь здесь жениха и невесту? — Продолжает рычать Ленка. — Видишь, я тебя спрашиваю?

— Невеста же здесь. — Говорит уже более уверенно, но я чувствую, как Ленка распаляется. Остановить ее будет непросто.

Протираю глаза и смотрю на беднягу, что попал нам под руку. Это же фотограф с крыльца. Как его там зовут? Кирилл.

Пожалуй, единственный на данный момент человек, присутствие которого не раздражало меня и не бросало в панику.

Меня настолько сковал ужас от всего происходящего, что у меня не было сил порадоваться этому факту.

— Лен, — поворачиваюсь к подруге, и она тут же принимает позу «я сделаю для тебя все, что хочешь, только намекни», — принеси, пожалуйста, водички. Найдешь?

— Конечно-конечно! — Для убедительности кивает несколько раз.

В ожидании успокоительного глотка воды опираюсь на стену.

— Где жениха-то потеряла? Опять опоздал и вовремя не ответил «согласен»? — Спрашивает беззаботно и беззлобно. А мне в ответ на такие вопросы хочется вернуться в зал, схватить Антона за воротник, вытащить как котенка, который перепутал лоток с ботинком гостя, и ткнуть в Кирилла носом со словами «вот он, скотина такая, на месте».

Но вместо этого я начинаю рыдать. Мне становится настолько горько и обидно, что я не могу больше сдерживать слезы.

— Ооо, нет! Так дело не пойдет.

Достает из кармана платок — кто-то из мужчин еще носит с собой обычные тряпичные платки? — и протягивает его мне. Машинально беру, но просто тереблю его в руках. По щекам катятся слезы. Мне хочется сесть на пол, обнять себя за плечи и подождать, когда решение найдется само.

— Макияж ведь размажешь! — Мягко забирает платок обратно, поднимает мое лицо за подбородок, приближает к себе и осторожно касается белой тканью краешков глаз. — И успокоиться будет тяжело. Если разрыдаешься окончательно.

Чувствую от него спокойствие и уверенность, постепенно они наполняют и меня. Слезы перестают течь, садиться в позу эмбриона мне больше не хочется. А хочется только одного — уйти подальше отсюда.

— Я так понимаю, замуж ты выходить сейчас не будешь?

Отрицательно качаю головой.

— Тогда идем!

— Куда?

— Подальше отсюда.

Не двигаюсь с места. И не понимаю, то ли от шока, что он прочитал мои мысли, то ли от того, что желание так быстро исполнилось.

— Кать, ты хочешь уйти. Значит, уходим. А раз свадьбы больше нет, то и мне здесь быть не обязательно.

Кирилл уверенно берет меня за руку и сквозь нарядную толпу ведет к выходу из загса. Не уверена, что у меня хватило бы сил уйти самой, поэтому подчиняюсь его решению и покорно бреду следом.

Глава 6. Успеть за десять минут

Он крепко держит меня за руку и ведет к выходу, лавируя сквозь парад невест, бросающих на товарок оценивающие взгляды, и женихов с растерянными выражениями лиц.

Я послушно плетусь следом, от шока растеряв все мысли, пока мы, наконец, не оказываемся на улице. Свежий воздух слегка меня отрезвляет, и я пытаюсь вырвать ладошку. Он держит крепко, и я почти кричу:

— Стой! Стой же!

Я представила, как сильно отец рассердится и огорчится, ведь он так много времени, сил и финансов вложил в нашу свадьбу.

— Я не могу! Мне надо вернуться!

Следом за нами с хохотом и криками «горько!» вывалилась очередная толпа свидетелей создания новой ячейки общества. Про себя я довольно отметила, какой же отличной идеей было собрать всех гостей сразу в ресторане, а не тащить сюда. Скандал был бы грандиознее в несколько раз. А пока у меня было ощущение, что еще не все потеряно.

Мы спустились по ступенькам, и оказались у дерева, под которым произошло наше знакомство. Я вспомнила, как он убирал листик с моей головы, и почувствовала, как краска приливает к лицу. Встряхнула головой, чтобы отогнать видение, и попыталась придумать, что же делать дальше.

— Так зачем тебе возвращаться?

Оказалось, что Кирилл уже второй раз задавал мне вопрос, который я не услышала из-за шума толпы. Или, скорее, из-за своих мыслей.

— Ты уверена, что готова пойти и поставить штамп с тем, кто не достоин твоего уважения — я уж не говорю о любви — только затем, чтобы малознакомые тетушки ели оливье под глупые конкурсы и плясали под баян?

— У нас не будет баяна.

— Готова?

— Да! — С вызовом ответила я, но моя решимость быстро начала таять. — То есть… у меня же нет другого выбора…

— Выбор есть всегда! — уверенно заявил Кирилл.

— Вовсе нет! — Меня начинал раздражать этот разговор, и я не могла понять, почему. Точнее, не могла признаться себе в истинной причине. Мой новый знакомый оказался прав: мне было просто страшно выбрать другой вариант.

— Смотри, прямо сейчас ты можешь сделать как минимум три вещи, — Кирилл начал загибать пальцы, — вернуться к этому мудаку, уйти и сказать отцу, что свадьбы не будет, или… найти нового жениха.

— Нового? Скажешь тоже, — я усмехнулась, представив, как бегаю вокруг загса, высматривая парней поприличнее и предлагая им жениться на мне.