Сюрприз из прошлого (СИ) - Кравцова Алиса
Всю дорогу до ресторана занимался самобичеванием, пока ничего не подозревающая Вика что-то там лепетала о том, как провела день и о планах на выходные. Краем уха слушал ее болтовню, но мыслями был далеко.
Устроились мы в самом центре зала, хотя я и заказывал столик подальше от людских глаз. Ни администратор, что перепутала заказ, ни официанты решить мою проблему не смогли. Ресторан был полон под завязку и свободных столов попросту не было. Пришлось нам садиться практически в самом центре зала, на виду у всех, под перекрестными взглядами гостей. Что, если Вика и впрямь расплачется или закатит истерику? Сколько свидетелей будет у "красивого" расставания боюсь даже представить.
— У нас какой-то особенной вечер? — улыбаясь, спросила Вика, устраиваясь за столом.
— С чего ты взяла? — стараясь не показать своего волнения, с преувеличенным вниманием рассматривал меню.
— Да так...показалось, что ты немного взволнован, а на тебя это не похоже... — засмеялась она и тоже углубилась в свой прайс.
За соседним большим столом шумела компания и это еще больше раздражало. Неужели для веселья они не могли найти место попроще и более для этого подходящее? Мне казалось, здесь уютное заведение для пар и тихих разговоров под живую музыку. Что здесь забыли эти ребята?
Поднял голову на Викторию. Она смотрела на меня с таким видом, будто чего-то ждала. И это что-то должно было быть особенным. Неужели она подумала, что я сделаю ей предложение?
Только бы я ошибался...
Зазвучала медленная композиция и несколько пар вышли в зал.
— Может тоже потанцуем? — Вика протянула мне руку, но я покачал головой.
— Прости... не танцую.
Она кивнула, пряча обиду и разочарование, отпила глоток вина.
— Послушай, Вик. Нам надо поговорить... - начал было я и осекся. Девушка подняла на меня свои темно-вишневые глаза и устаивалась в мои, пытаясь там что-то прочесть.
Прочистил горло глотком воды и собрался с силами, чтобы продолжить. А точнее уже закончить наконец эти мытарства.
— Я давно хотел тебе сказать...точнее этот вопрос уже давно назрел... только прошу тебя пойми меня правильно...
Что за бред я несу?!
Кто-то слишком близко приблизился к нашему столику, чуть задев его, я в негодовании поднял взгляд, открыл было рот, чтобы сделать замечание и... застыл в изумлении. Тесно прижавшись к какому-то хлыщу, прямо передо мной танцевала Мальвина. Бред какой-то, откуда она вообще здесь взялась? Мы уставились друг на друга как в самом плохом кино. И как бы пафосно это не звучало, но мне даже показалось, что мир реально перестал существовать вокруг. Показалось... Полина усмехнулась и отвернулась, будто никогда не знала меня. И будто не она еще недавно провела со мной ночь в кемпинге на берегу моря.
— И?
Я не сразу понял, что Вика имеет ввиду, совсем забыв о том, что хотел ей сказать.
— Что и?
Вика замялась, не решаясь продолжить.
— Ну ты что-то хотел сказать, а потом увидел ту девушку и замолчал... вы с ней знакомы, да? — вдруг выпалила она и сама испугалась того, что сказала.
Я молча разглядывал музыкантов на сцене и думал...
— Я?
— Ну да...
— Нет. Тебе показалось, я не знаком с той девушкой...— ответил твердо, и Вика кивнула, но я видел, что она не поверила. Она все прекрасно поняла, но сделала вид, что верит.
— Но ты ведь что-то не договорил?
— Да... - все еще не до конца придя в себя, кивнул, - Да... Я хотел сказать, что мне здесь не нравится. Музыка какая-то скучная и народу полно. А еще я хотел сказать, что ужин нам и на дом доставят... может пойдем отсюда?
4
Влад
Даже несмотря на то, что у Полины был другой, я все равно не мог перестать думать о ней. В том числе и тогда, когда делил постель с Викой. Я так и не смог сказать ей о расставании и так и делал вид, что мы что-то типа пары, втягиваясь в эти отношения все дальше. От самого себя хотелось блевать, но я, честно говоря, никак не мог решиться на расставание. Вика оказалась слишком хорошей. Неожиданно, мда...
Вот уж точно, здесь подошло бы определение «ты слишком хороша для меня, я тебя не достоин и бла-бла-бла...».
Мать продолжала продавливать меня насчет Виктории, делая акцент на том, что я слишком нерешителен и инфантилен.
— Ты как твой Стас, такой же олух. Тебе уже двадцать семь лет, а ты ведешь себя как подросток! — проворчала она, когда я в очередной раз приехал к ней на обед.
— Двадцать шесть...- буркнул я в ответ.
— Что?
— Я говорю, мне двадцать шесть лет.
Мама поднялась и подошла ко мне впритык. Наклонилась и прошептала в лицо:
— А разве это имеет какое-то значение? Есть только то, что я тебе говорю, все остальное лишь твои фантазии. Я устала терпеть твои капризы и делать вид, что доверяю тебе хоть что-то. Мне надоело оправдываться перед всеми, что ты хоть что-то из себя представляешь! Ведь ты, по сути, никто...
Прикрыв глаза, слушал проникающий в самую душу шепот и, до боли сжав кулаки, чувствовал, как ногти впиваются в кожу.
Сам не знаю, что на меня нашло, когда я вдруг отчетливо произнес в ответ:
— А ты кто? Ты что из себя представляешь?
Она занесла руку надо моей головой. Первым порывом было заслониться, потому что я все еще помнил, как в детве получал затрещины за любое слово, сказанное поперёк. Еле-еле подавил в себе это желание, умом понимая, что я уже не тот мальчик, а она больше не центр моего мира.
— Отойди, пожалуйста, — твердо произнес, опуская ее руку.
Мать послушно отошла, но на ее лице застыла такая гримаса, что я пожалел, что вообще посмел ей перечить. В какой-то момент она взяла себя в руки и, отвернувшись к окну, распахнула его настежь, чтобы задымить.
— Пошел вон! — прошипела, не оборачиваясь.
— Хорошо...
Медленно поднялся, все еще ожидая чего угодно. Но она больше не проронила ни слова. Вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь, и еле добрел до машины. Хотелось орать от бессилия, от злости и обиды. На себя и на всех на свете. А особенно на нее.
Сколько себя помнил, мама всегда говорила, что я ничего из себя не представляю, ничего не добьюсь и только благодаря ей... ай, да что там...
Она так и говорила, что я давно сдох бы под забором, если бы не ее деньги.
Отца своего я никогда не видел. Знал лишь, что мать ушла от него к другому — более обеспеченному мужчине на двадцать лет ее старше. Тот мало интересовался мною, впрочем, как и мама, и до семи лет я рос в детском саду-пятидневке. Иногда по выходным они забирали меня домой, а иногда забывали. Этот мамин муж умер, когда мне исполнилось восемь и тогда в моей жизни появился второй по счету отчим — дядя Вася. Дядя Вася относился ко мне неплохо, пока был трезв. Выпивал он в принципе не так уж и часто, может раз в месяц, но, когда это случалось, больше всего на свете я мечтал исчезнуть с лица земли.
Стоит ли говорить, что и маму он гонял, как сидорову козу, а я, пацан совсем, всегда пытался за нее заступиться. За что и огребал по полной программе.
От дяди Васи мать ушла к Валерию Петровичу — депутату городской думы. В тот год я как раз встретил Мальвину и это стало одним из самых значимых событий в моей жизни. Меня на все три летних смены отправили в лагерь, где мы и познакомились с зеленоглазой красавицей Полиной. В первый же день знакомства я предложил ей встречаться и она согласилась. Почти месяц мы были не разлей водой, пока она вдруг не исчезла. И в этот раз я так и не спросил почему она так поступила. Впрочем, теперь уже неважно.
А важно то, что моя мать всегда меня не любила. В принципе я давно принял этот факт и вполне смирился с ним и с тем, что любила мама только деньги и своих мужей, а особенно покойного Иннокентия, оставившего ей целое состояние.
В последние несколько лет мы даже смогли наладить с ней неплохие отношения, и она позволяла мне жить на широкую ногу, не особенно ограничивая в средствах. Думаю, где-то в глубине души она по-своему меня любит, и желает добра, а я веду себя как полный придурок. Наверное, так со стороны и смотрится. Но только теперь, став взрослым и вспоминая своё детство, я однозначно не хочу семью. Я не знаю, что это такое, вернее знаю не с той стороны. И у меня нет никакого желания узнавать - а как оно бывает иначе?..
