Выйду замуж за первого встречного (СИ) - Тверская Вика
Кирилл положил руку мне на колено. Я сжалась, но ладонь сбрасывать не стала. Изначально собиралась сесть на заднее сиденье — хотела быть подальше от него. Но делать это при родителях и гостях, которые толпой высыпали на крыльцо нас провожать, было странно.
Я вымученно улыбнулась и помахала в открытое окно. Как только выедем за ворота клуба, изображать счастливую невесту больше не придется. А сейчас я — само счастье и удовольствие, как масляный блинчик лоснюсь от радости, что еду в свадебное путешествие.
Довольный папа скрылся из вида, я повернулась к Кириллу, сдвинула его ладонь с коленки и сказала:
— Ты же понимаешь, что дальше никуда мы вместе не поедем.
Я специально сделала акцент на слове «мы», но Кирилл в ответ лишь засмеялся.
— Это ты папе своему расскажи!
Я его шутку не поддержала. И так уже дошутилась. Пора прекращать эту затянувшуюся благотворительность. Мы достаточно наигрались в жениха и невесту, и я уже не могла отличить, где он пытается мне помочь, а где ищет свою выгоду. Хотя одно другого не исключает.
— Ладно, признаю, вчера перегнул. Надавил на тебя слишком. — Мы мчали по лесной дороге, и он больше не посягал на мои коленки. — Или ты обижаешься, что я спать в другую комнату ушел?
— Вовсе нет, — фыркнула я так быстро, будто у меня был заготовлен ответ.
— Тогда в чем дело? Ты с утра сама не своя.
— Я тебя совсем не знаю. Так что предлагаю доехать до города и разойтись по разным сторонам.
— У нас же путевка оплачена!
— Не у нас, а у меня и Антона, — съязвила я, но Кирилл сделал вид, что не заметил мою колкость.
За прошедшие сутки я так много раз поменяла о нем свое мнение, что уже сама не понимала, как я к нему отношусь, что чувствую и чувствую что-либо вообще.
Кто он на самом деле? Привлекательный мужчина, который пришел на выручку незнакомой девушке, только чтобы спасти ее репутацию? Или негодяй, бросивший невесту накануне свадьбы?
— Слушай, ну это же не проблема — узнать друг друга получше. Давай посидим где-нибудь, в спокойном месте, только вдвоем. Без твоей родни и лишних людей. Я расскажу о себе, ты поделишься тем, что важно для тебя. Что скажешь? Все равно у нас вылет только вечером, времени полно.
В любой другой ситуации я, не раздумывая, ответила бы «да». Но сейчас — дай мне только повод прицепиться к словам.
— Что значит «лишних людей»? Ты моих близких так назвал, родню и друзей?
— Прости. Не хотел тебя обидеть. Конечно, они не лишние. Так, вырвалось.
Вот так просто? Прости и все? А как же «нашла к чему прицепиться» и «мое мнение — когда хочу, тогда и высказываю»?
У нас с Антоном большинство ссор проходило по такому сценарию. Сказать что-нибудь острое, придраться к словам, нагрубить, обидеться, пару часов дуться друг на друга и изображать молчаливые статуи. Потом робко начать путь к сближению и, наконец, бурно помириться.
А Кирилл сразу признал свою неправоту и извинился. К такому меня жизнь не готовила.
Интересно, он перед своей невестой тоже извинялся, когда сообщил ей, что свадьбы не будет? Ей хотя бы в загсе не пришлось позориться…
— Ладно, давай начистоту. — Мы подъезжали к окраине города, и мне не хотелось больше откладывать вопрос, который вертелся у меня в голове после разговора с его сестрой. — Я все знаю про Веронику.
— Про какую Веронику?
Даже бровью не повел. Как будто издевается надо мной.
— Про твою Веронику. У тебя их много?
— А, Ника… — сказал будничным тоном, с некоторым налетом скуки, но при этом стиснул челюсть и едва заметно сжал губы. — И что ты про нее знаешь? То, что Варя рассказала? Она наболтает.
— То, что ты ее бросил накануне свадьбы.
— Так нужно было.
— Нужно было? Ты реально считаешь нормальным бросать человека, когда уже все готово, договорено и запланировано?
— Кать…
— Когда гости едут, невеста делает укладку, а кондитеры закончили украшать торт?
— Послушай!
— Когда ты ждешь от него надежности, поддержки и любви? А он говорит тебе «нет»?
Меня несло как песчаную бурю по пустыни. С каждой фразой я набирала обороты и понимала, что остановиться уже не могу. Глянула на часы — начало двенадцатого.
Ровно сутки назад человек, с которым я планировала связать всю свою жизнь, бросил меня ради денег.
Спустя сутки после его предательства я, наконец, разрыдалась. Бурно, навзрыд, с истерическим заиканием. Даже думать не хочу, как это выглядело со стороны.
Кирилл свернул на обочину, вышел из машины, открыл дверцу и буквально вытащил меня за руки из салона.
А потом — крепко прижал меня к себе, левой рукой обнял за спину, правой гладил по волосам, мягко массируя затылок. Он не сказал ни слова. Да они и не требовались.
Мне нужно было прорыдаться, выдавить из себя обиду, которая сутки травила меня изнутри, выплакать горе от несбывшихся надежд и растоптанных мечтаний. И в тот момент я была благодарна Кириллу за его молчание.
Когда я успокоилась, он начал говорить, тихо, неспешно:
— С Никой мы познакомились год назад. Встречаться стали не сразу, несколько месяцев общались в одной компании. Отмечали Новый год, и как-то получилось, что на той вечеринке без пары оказались только мы с ней. Можно сказать, что наши отношения начались с шутки и одиночества. С ней было легко и ненапряжно. Примерно до весны. А потом она начала намекать, что нам пора переходить на более серьезный уровень. Встречаться с ней было классно, но я тогда не думал о семье. Не видел себя рядом с ней в перспективе.
Мы все еще стояли обнявшись. Здесь, на природе, при дневном свете, без свидетелей и любителей заставить молодых доказывать свои чувства поцелуями, Кирилл казался совсем другим. Он говорил спокойно и уверенно. Так общаются люди, которым нечего скрывать.
Свежий ветер быстро высушил мои слезы, я успокоилась и замерла в ожидании продолжения истории. Что же сделала его невеста, что он решил порвать с ней накануне свадьбы? И сделала ли что-то она?
А я? Я считала, что точно не заслуживаю того, чтобы в загсе на мне ставили эксперименты. Но вдруг и я допустила что-то в общении, что дало Антону понять — с ней так можно, она простит и обязательно меня поймет.
Глава 31. Откровения на обочине
Кирилл облокотился на машину и обеими руками обнял меня за талию. Он держал меня крепко, так же, как и вчера в номере, но не напористо и властно, а, скорее, нежно и мягко. Как бы давая понять, что в любой момент я могу сделать шаг в сторону, и он не станет меня удерживать.
— Пойми, у нас все было по-другому.
Он убрал с моего лица прядь, которую теребил ветер. Милый жест, но меня он не успокоил — я все еще была напряжена.
— Мы даже приглашения не успели разослать. Конечно, определенный круг знал, что у нас будет свадьба — подружкам своим она точно рассказала, но в целом мы не афишировали. На каждом углу в соцсетях объявления не светили. Я просто понял, что поторопился.
Я хмыкнула.
— А когда предложение делал, подумать времени не хватило? — Не удержалась и съязвила.
— В том-то и дело, что предложения как такового не было.
— В смысле? А как же вы решили пожениться?
— Как-то само завертелось. Сначала Ника стала чаще оставаться у меня, окружила пирожками и заботой, фен свой принесла, разные мелочи. Потом завела разговор про совместную жизнь. В целом я не был против такого развития событий — я в принципе хочу и семью, и детей. Но она слишком давила со свадьбой. Мы договорились, что попробуем пожить вместе год, потом посмотрим. Ника согласилась, а пару месяцев назад пришла домой возбужденная, радостная и сказала, что освободилось место в «Париже». Ресторан на набережной. Знаешь такой?
Я кивнула. Настолько дорогой и пафосный, что я даже не мечтала туда попасть. С моей зарплатой менеджера в турагентстве мне в лучшем случае хватило бы на порцию супа-пюре. И то потом остаток недели пришлось бы провести на макаронах.
