Ищу маму себе и папе (СИ) - Дион Мари
Мои мысли прерывает звук открывающейся двери. Варя снова лихо спускается со своего высокого стульчика, что у меня сердце замирает.
Акробатка блин!
Варя бежит в гостинную и слышу её счастливый визг. Проверив как себя чувствует жаркое, тоже направляясь следом за варей.
Варя кружится в центре гостинной с маленьким букетом цветов. Она сияет от радости.
Поворачиваю голову и вижу Максима Игоревича. У него в руках ещё один букет. Только гораздо больше Вариного.
Мы встречаемся глазами и мое сердце пропускает удар.
Что он задумал?! Зачем эти цветы?!
Глава 27
Не позволяю себе шевелиться. Глаза Максима Игоревича прожигают меня насквозь, и от этого взгляда внутри всё переворачивается.
Это же всё фиктивно!
Зачем эти цветы? Зачем этот взгляд?
Мы так не договаривались!
Ситуация сложная, а он деньги тратит.
Его дом, машина, его уверенность, всё говорит о том, что деньги у него есть.
Впереди обустройство комнаты для Вари, суд, куча бумаг. Кто знает, сколько ещё всего понадобится. А он тратит деньги на цветы!
Я знаю цену каждому рублю, заработанному честным трудом. А он, вот так просто, разбрасывается деньгами?
Максим скидывает туфли и идёт ко мне. Невольно делаю шаг назад, но тут же себя останавливаю.
Яна! Он не опасен. В силу своего прошлого, я шарахаюсь от каждого мужчины, как от огня. Но страх всё равно холодком ползёт по спине.
Он замечает мою реакцию, хмурится.
— Это тебе, — слегка склонив голову, произносит он и протягивает мне букет.
Внутри все замирает. Такой шикарный букет мне никогда не дарили. Розы, лилии, какие-то нежные белые цветы, названия которых я даже не знаю.
Пальцы подрагивают, когда беру его. Хочется, как Варя, запищать от восторга.
Минуту назад я осуждала его за транжирство, а теперь стою, уткнувшись носом в цветы, и вдыхаю их нежный аромат.
Как же это, чёрт возьми, приятно!
Губы сами растягиваются в улыбке.
— С-спасибо, — смущённо бормочу я, пряча лицо в букет.
Максим сдержанно улыбается, но его глаза блестят. Он втягивает носом воздух и смотрит в сторону кухни.
Тут же прихожу в себя. Мужчина с работы, голодный, а я стою, как дура, цветам радуюсь!
— Сейчас цветы поставлю и накрою на стол, — тараторю я. — Вы пока с Варей руки мойте.
Иду быстро на кухню. Щеки горят, в животе порхают бабочки, а сердце из груди готово выпрыгнуть.
Его поступок выбил меня из колеи. А этот взгляда, всё внизу живота сжимается.
Ну что за ерунда, Яна? Это же просто цветы! Это ничего не должно значить!
В доме Максима Игоревича вазы я не видела, поэтому наливаю воду в большую кастрюлю. Ставлю её на подоконник и в неё ставлю букет.
Выглядит, конечно, как декор из деревенской столовой, но лучше, чем ничего.
В этот момент на кухню заходит Максим с Варей на руках. Оба наполовину мокрые, улыбаются до ушей.
Варя хихикает, а Максим выглядит так, будто только что выиграл бой века.
— Что с вами случилось? — вопросительно смотрю на них.
— Морской бой был, — сажая Варю на её высокий стульчик, поясняет Максим Игоревич.
Усмехаюсь, представляя, как они плескались в ванной. Весело наверное было. Даже зависть покалывает немного внутри.
Быстро накладываю жаркое по тарелкам.
Максим, не спрашивая, берёт их и относит на стол.
Подмечаю, что он не предлагает помощь — просто делает. Без лишних слов, без суеты.
Это… раздражает? Нет, не раздражает. Это странно приятно.
Господи, у этого мужчины вообще есть минусы?!
Ну, кроме его командного тона и этого рычащего голоса, от которого мурашки бегут.
Мы садимся за стол, и я замираю. Максим впервые попробует мою стряпню.
Вдруг невкусно? Вдруг пересолила?
Волнуюсь как на первом экзамене.
Он пробует, закрывает глаза и издаёт низкий, протяжный звук.
Не понимаю, это от удовольствия или от того, что несъедобно?
Варя, посмотрев на отца, зачерпывает ложкой жаркое и отправляет в рот.
— Ммм, вкусно то как! — восклицает она.
— На все сто с тобой согласен, — говорит Максим.
В его взгляде мелькает то, от чего моё сердце снова сбивается с ритма.
Так и до тахикардии недалеко!
Пробую сама и удивляюсь. Не ожидала, что получится так вкусно.
Может, и правда дело в настроении?
Говорят же, что еда вкуснее, когда готовишь с душой. А я сегодня готовила, думая о Варе, о её улыбке, о том, как она будет уплетать за обе щёки. И, может, немного о Максиме Игоревиче…
После ужина он сам убирает посуду в посудомойку, бросив мне:
— Сиди на опе ровно.
Хочется огрызнуться, что я не Варя, чтобы мне приказывать, но молчу. Цветы, его довольное лицо, когда он ел, его забота. Всё это как-то не даёт мне язвить.
Неудобно блин. Он ведь сам ещё с грязной посудой возится!
— Собирайтесь, едем за кольцом, — командует он, как только посудомойка загудела.
Варя тут же срывается с места, бежит за своим зайцем, а я стою, пытаясь переварить. Кольцо. Я ещё не сказала да, а он уже всё решил. Его уверенность бесит.
Хотя я знаю, что не откажу. Ради Вари. Или… ради него?
Стоп, Яна! Опять не туда мысли полетели!
Мы садимся в машину. По привычке устраиваюсь сзади с Варей, которая болтает без умолку, рассказывая зайцу, как мы будем выбирать самое красивое кольцо.
Максим за рулём, его плечи напряжены, но он молчит, только иногда бросает взгляд в зеркало заднего вида. Я ловлю его глаза, и внутри всё сжимается.
Ох уж этот взгляд! Он как будто видит меня насквозь, и я не знаю, нравится мне это или пугает.
— Ты будешь самой красивой невестой, — вдруг заявляет Варя, ткнув пальцем в мою сторону.
Фыркаю, но сердце пропускает удар. Невеста. Это слово звучит так странно, так чуждо. Я не невеста, я просто… Уборщица. Студентка. Девчонка, которая боится мужчин.
И всё же я здесь, еду с ними за кольцом, потому что не могу бросить Варю. И, если честно, Максима тоже.
— Не невеста я, — гладя её по голове, тихо отвечаю.
Варя хмурится, совсем как её отец, и я невольно улыбаюсь. Они так похожи, что этот тест ДНК кажется мне какой-то злой шуткой.
— Папа сказал, ты будешь мамой, — упрямо заявляет она. — А мамы всегда сначала невесты.
Максим хмыкает впереди, и я вижу, как его губы чуть изгибаются в улыбке. Он молчит, но я чувствую, что он доволен её словами.
Это бесит.
Он знает, что я никуда не денусь. Знает, что я не уйду, потому что Варя уже называет меня мамой, а я не могу её подвести.
Мы подъезжаем к ювелирному магазину. Витрины сияют и я понимаю, что это всё реально.
Мы правда будем выбирать кольцо. Для фиктивного брака, конечно, но от этого не легче.
Капец как страшно. Внутри всё протестует.
Может отказаться пока не поздно?
Бросаю взгляд на Варю. Ну как тут откажешься, когда эта малышка прижимается ко мне как к родной? Верно, никак!
Максим паркуется, выходит из машины и открывает мне дверь. Его рука касается моей, когда он помогает мне выбраться.
Его пальцы тёплые, сильные. Быстро отдёргиваю руку, будто обожглась. Он снова хмурится. А мне стыдно за мои рефлексы.
— Пойдём, — коротко бросает он, подхватывая Варю на руки.
Заходим в магазин. Витрины переливаются золотом и бриллиантами. Сразу чувствую себя не в своей тарелке. Здесь всё слишком красиво, слишком дорого.
Продавщица, молодая девушка с идеальной укладкой, улыбается нам, как будто мы настоящая семья.
— Добрый вечер! Ищете что-то особенное? — спрашивает она, и её взгляд скользит по нам троим.
— Кольцо помолвочное и два обручальных, — уверенно отвечает Максим.
Какое блин помолвочное кольцо?
Ему деньги карманы жгут?
Глава 28
Максим
Смотрю на Яну и чувствую внутри ураган, который сносит привычные барьеры.
Она стоит у витрины, слегка приоткрыв рот, глаза бегают по сверкающим камням, отражая блики, как в её зрачках. Щёки горят румянцем, и этот румянец спускается ниже, на шею, где тонкая кожа прячется под тонкой тканью футболки.
