Плененная Виканом (ЛП) - Силвер Каллия
— Ответный огонь, — приказал он. — Цельтесь в сочленения и двигатели.
Лучи вырвались из его флота, точные и разрушительные. Там, где они попадали, вражеская броня сминалась, корабли кренились и отступали, дым и фрагменты разлетались в туман.
— Тесните их обратно к их собственной территории, — сказал Киракс.
Его команды текли в коммы, холодные и решительные. Они погнали флот Иссшира обратно над лесистыми долинами, глубже в светящуюся серость, где туман сгущался кверху, как второй океан.
Где-то внизу лежала старая граница между их владениями.
Корабли Иссшира напряглись, чтобы удержать линию. Силы Киракса не ослабевали.
Он чувствовал Бастион за спиной, щиты крепки, люди в безопасности. А под этим — постоянный пульс Морган, ровный, но обеспокоенный, укрывающийся в крепости, которую он защищал.
— Викан, — раздался голос его навигатора по связи, спокойный, несмотря на хаос. — Мы идентифицировали личное судно Иссшира. «Кетранское Копье».
Тален Ресс служил его навигатором более десяти лет — остроумный, невозмутимый, с чутьем на пространственные сдвиги, граничащим с предвидением.
— Отметить позицию, — сказал Киракс.
Проекция перед ним выделила один из вражеских крейсеров — чуть более крупный силуэт, двигатели работают жарче, строй инстинктивно сгруппировался вокруг него.
— Веди нас внутрь, — приказал Киракс. — Остальные прикроют.
Нуар скорректировал вектор без возражений. Они делали это раньше. Слишком много раз.
«Лезвие Вората» нырнуло к выделенному кораблю, с флангов его прикрывали два судна сопровождения, которые отделились в последний момент, чтобы отвлечь огонь. Вражеские орудия развернулись, чтобы отследить их, но защита Киракса поглотила начальный шквал без проблем.
— Подведи нас борт о борт, — сказал он. — Опусти нижний люк, когда будем в радиусе.
Корпус содрогнулся, когда они сравняли скорость с «Кетранским Копьем». Вражеский корабль навис под ними, его броня теперь была ближе, следы от предыдущего обмена ударами виднелись вдоль борта.
— Нижнее выравнивание оптимально, — доложил Нуар. — У тебя стабильный вектор высадки.
Киракс не колебался.
Он поднялся с командного трона и двинулся к нижнему отсеку доступа. Овальный люк открылся, открывая короткий туннель воздуха и тумана перед крышей вражеского корабля.
Не сбавляя шага, он шагнул в пустоту и спрыгнул.
Ветер ударил в броню на мгновение, затем исчез, когда костюм компенсировал это. Он приземлился на корпус «Кетранского Копья» в приседе; металл зазвенел под его весом. Вражеский корабль взбрыкнул, пытаясь сбросить его, но его латные перчатки впились в обшивку и удержали.
Сильнее.
Он почти удивил себя тем, как легко это ощущалось теперь.
Сонастройка не ослабила его. Она обострила все. Связь с Морган пронизывала его сознание, тихая линия тепла, которая скорее успокаивала, чем отвлекала.
Он вогнал кулак в корпус.
Металл прогнулся. Он ударил снова, вырывая неровный круг, вскрывая его с силой, которой не мог бы сравниться ни один Саэлори или другой вид. Атмосфера взвыла на мгновение, затем сработали аварийные печати, стабилизируя пробоину.
Он спрыгнул внутрь корабля.
Заревели сирены тревоги. Члены экипажа закричали паническими голосами. Киракс игнорировал все это. Он шел по коридору, следуя тяге инстинкта и слабому следу яда Иссшира в воздухе.
Двери мостика выросли впереди.
Они попытались запечатать их.
Они потерпели неудачу.
Он заставил их открыться медленным, неумолимым толчком, шагнув через искореженный металл в зал, полный застывшего движения.
Экипаж мостика замолк.
Все глаза повернулись к нему.
Иссшир стоял у центральной командной станции; броня менее безупречна, чем раньше, маска повернулась к Кираксу с рывком неверия.
На мгновение никто не двигался.
Затем Киракс обнажил меч.
Клинок запел, покидая ножны, низкий, смертоносный тон, который прорезал вой сирен.
Собственный меч Иссшира поднялся в ответ, углы острые и отработанные.
— Ты безумен, — прошипел Иссшир, голос транслировался через шлем. — Ты разрушаешь все, что мы были созданы защищать.
— Нет, — сказал Киракс. — Ты сделал это, когда попытался забрать то, что принадлежит мне.
Он шагнул вперед.
Экипаж бросился врассыпную, кто-то спотыкался о консоли, другие просто падали, когда слабая утечка его яда просочилась в воздух с тонким, контролируемым выдохом. Он держал его на минимуме, хотя знал, что этого недостаточно, чтобы убить Саэлори. Экипаж Иссшира обмяк там, где стоял, бескостно сползая на пол.
Только Викан мог стоять в облаке яда Викана.
Дуэль началась.
Иссшир был старше, его стиль укоренился в веках традиций. Предсказуемые шаблоны, рассчитанные контрудары. Киракс изучил их все… а затем научил себя, как ломать их.
Металл лязгнул, искры прорезали яркие дуги через тусклый мостик. Иссшир бил сильно, целясь в бреши, которых не существовало. Киракс отводил каждый удар в сторону, давая противнику почувствовать разницу между ними.
Сонастройка изменила его центр тяжести. Его движения ощущались чище. Гнев существовал, да, но сквозь него была пропущена более глубокая концентрация, заземленная тихим, надежным присутствием, ждущим его в Бастионе.
Морган.
Вот что она дала ему.
Иссшир дрогнул, когда их клинки снова сцепились; давление опустило его на одно колено.
Сапог Киракса опустился, пригвоздив его грудь к полу.
Свободной рукой Киракс схватил край шлема Иссшира и сорвал его.
Он увидел его наконец: синяя кожа, черты лица острее, чем у большинства, глаза горят яростью и страхом. В тот момент, когда маска слетела, нефильтрованный яд Иссшира выплеснулся в тесное пространство, густой и острый в воздухе.
Оставшиеся в сознании члены экипажа мгновенно упали.
Он накатил на Киракса, как жар.
И не сделал ничего.
— Ты не можешь убить меня, — прохрипел Иссшир, борясь с весом, прижимающим его. — Я Викан Драт Вара. Защитник Бастиона Железной Завесы. Наши законы…
— Ты выбрал нарушить баланс, который, как ты утверждаешь, защищаешь, — тихо сказал Киракс. — В тот момент, когда ты атаковал мои владения, ты лишился щита этих законов.
Глаза Иссшира расширились, когда пришло осознание.
— Это связь, — прошептал он. — Она усилила тебя.
— Тебя предупреждали, — сказал Киракс. — Ты не слушал.
Руки Иссшира — одна в перчатке, другая заканчивающаяся изуродованной культей там, где когда-то была вторая — бесполезно царапали сапог Киракса.
— Ты рискуешь всем, — выплюнул Иссшир. — Если твоя связь рухнет — если человек умрет…
— Она не умрет, — перебил Киракс. — Тебе не дано говорить о ее судьбе.
Он поднял меч.
Лицо Иссшира исказилось в последней ярости.
— Остальные будут…
— Остальные адаптируются, — сказал Киракс. — Или падут так же, как ты.
Клинок опустился чистой, решительной дугой.
Когда все было кончено, он стоял один на мостике; экипаж без сознания, тело старшего Викана все еще под его сапогом.
Иссшир добровольно шагнул к этому концу, движимый страхом, обидой и жадностью. Если бы Киракс пощадил его снова, цикл только повторился бы — больше атак, больше рисков для Бастиона, для Морган, для людей, которых он поклялся защищать.
Он вытер кровь — глубокую, светящуюся синеву — со своего клинка с привычной точностью и вложил его обратно в ножны.
По связи «Лезвие Вората» ожидало его сигнала. За ним его флот удерживал позицию, держа все еще функционирующие корабли Иссшира на расстоянии. Он отправил необходимые приказы — захватить судно, стабилизировать экипаж, заблокировать системы корабля для передачи.
Драт Вар и его бастион не останутся без защиты. Теперь он возьмет ответственность за них. Их Саэлори подпадут под его владычество, пока совет не оформит новое соглашение.
На краю сознания он снова почувствовал Морган.
Он пытался оградить ее от худшего, но сонастройка не была простым механизмом, который можно включать и выключать. Эмоции просачивались — острые, металлические отголоски насилия, холодная окончательность его решения.
