Завтра в это время (ЛП) - Бейли Тесса
Его взгляд переместился на номер на двери, просто чтобы убедиться, что он запомнил его правильно. Не дай бог, он назвал Роксане не ту комнату — он бы с ума сошел от злости на себя. Но нет, буквально секунду назад он видел на кровати свою брошенную рубашку, оставшуюся там с самого утра. Это было то самое место. А значит, отель либо сдал номер дважды, либо она неправильно запомнила номер своей комнаты, либо… либо что?
У него не было ни малейшего представления.
— Вы, э-э… не хотите подождать здесь, пока я звякну на стойку регистрации?
— Я в правильном месте, — промурлыкала она, играя с завязками своей накидки. — Как прошел ваш вечер с моей дочерью? С ней всегда было непросто сладить. — Она наклонила голову набок. — К сожалению, не в том смысле, на который я надеялась.
Русская. Определенно русская.
Дискомфорт развернулся флагом в его груди. Что, чёрт возьми, здесь происходило? Ну не могла же это быть настоящая мать Роксаны. Наверняка какая-то ненормальная, которая подслушала их разговор в баре, хотя разве он не заметил бы кого-то настолько приметного? Да и шансы на то, что они находились в пределах слышимости еще одного русского, были крайне малы.
Воспоминание о мужчине с белым пером на шляпе всплыло само собой, но он отогнал его. Этому должно быть разумное объяснение, и он собирался его найти.
— Кто ваша дочь?
Её смех был высоким и звенящим. — Роксана. Даже не думай проверять меня.
Циркулярная пила закружилась в глубине его мозга. Что бы здесь ни происходило, это внушало тревогу, и ему очень не нравилось, что Роксана скрылась из виду. — Где она?
— Позорит меня, я уверена. У неё это так хорошо получается. — Её зубы клацнули, и она размашистым шагом вошла в номер.
— Послушайте, леди—
Протест Элиаса прервался, когда в комнату один за другим начали заваливаться мужчины. Он был настолько ошеломлен тем фактом, что не заметил, как они явно околачивались в коридоре, что ему потребовалось несколько секунд, прежде чем он попытался выставить остальных незваных гостей наружу.
Они, блять, не издали ни единого звука.
Теперь они протискивались мимо него плечом к плечу; их движения были неестественными, дергаными, не говоря уже об их пугающей, непринужденной силе. Элиас умел постоять за себя в любой драке. Почти всю свою юность и часть третьего десятка он только и делал, что ввязывался в них, чтобы показать всем, насколько ему насрать на чужое одобрение, поэтому тот факт, что он не смог закрыть дверь перед этими мужчинами… выбил его из колеи.
Он встретился глазами с последним вошедшим и отпрянул.
На его шляпе было белое перо, и…
Этот парень был пустым.
Мертвым. Безжизненным, если не считать тела, толкавшего его вперед.
Гордость удерживала Элиаса у двери. Гордость и необходимость понять, как эта женщина связана с Роксаной. С этой ситуацией было что-то не так. Совсем не так. Он хотел знать абсолютно все факты — и хотел знать их прямо сейчас, чтобы защитить её в меру своих возможностей. Она не была… такой же, как эти люди.
Хотя у неё был тот же цвет волос и стройное телосложение, что и у женщины, называвшей себя её матерью, в той не было ни капли роксаниного озорства. Глаза этой женщины не искрились лукавством, надеждой и мимолетным волнением. Нет, от человека, постучавшего в его дверь, исходила такая злоба, что он почувствовал себя на взводе. На грани. Так, как его не заставляли себя чувствовать даже самые жуткие преступники Лос-Анджелеса.
— Проходите, проходите, — позвала женщина, усаживаясь на край его кровати и расправляя накидку. — Нам нужно многое обсудить.
Элиас позволил двери закрыться и скрестил руки на груди. — Мне и здесь хорошо.
Её смех был скорее простым оскалом зубов. — Как пожелаете, мистер…
— Можете звать меня Элиасом.
— Прекрасно, тогда я Инесса. — Она протянула руку и пощекотала подбородок одного из стоявших рядом мужчин, не вызвав никакой реакции. — Также я откликаюсь на имя Королева Теней. — Элиас всё еще переваривал абсурдность её слов, когда она провела усыпанной кольцами рукой по белому одеялу. — Жаль, что тебе не удалось довести дело до конца с моей дочерью. Это бы значительно облегчило нам работу.
Если она пыталась уязвить его эго, ей пришлось бы постараться гораздо сильнее. Но ему не понравилось, как она назвала то, чего он хотел от Роксаны, «доведением дела до конца». У него не было названия для того, что произошло между ними сегодня вечером, но это было, чёрт возьми, гораздо большим, чем просто попытка развести на секс на одну ночь. Да и какая мать вообще так говорит о своей дочери?
— О какой работе речь? — Если ему не понравится её ответ, будет ли у него вообще шанс предотвратить какое-нибудь дерьмо? Он мысленно подсчитал, сколько времени ему потребуется, чтобы добраться до сейфа и достать табельное оружие. Слишком долго, проклятье. — Роксана знает, что вы в Вегасе?
— Nyet, дорогой. — Инесса откинулась назад, надув губы. — Это бы значительно усложнило её убийство.
Адреналин ударил в Элиаса с такой силой, что в глазах поплыло. Почему он не взял номер Роксаны? Как он собирается защищать её, если даже не знает, где её искать? — Ага, этого, блять, точно не случится. — Он изо всех сил старался, чтобы голос звучал ровно. — Зачем вам убивать собственную дочь?
Гнев вспыхнул в её глазах. — Она позорит меня. Отвергает свое право по рождению ради тусовок, веселья и танцев на улицах, как какое-то посмешище. Её дерзость не останется безнаказанной.
Элиас моргнул несколько раз, но ощущение пространства словно поплыло, и ему было трудно сосредоточиться на её словах. От мужчины с белым пером на шляпе исходила странная энергия, его взгляд, прикованный к Элиасу, казался необъяснимо гипнотическим. Но ведь не мог же он быть причиной того, что в голове у Элиаса всё начало туманиться, а язык стал тяжелым? Неужели ему всё-таки что-то подсыпали в выпивку? — Право… по рождению?
— Да. — Инесса поднялась с кровати, сцепив длинные белые пальцы на талии. — Роксана родилась, чтобы быть истребительницей, как и я. Нести моё бремя. Российского контингента истребителей вообще не существовало, пока я не построила его с нуля, заселив ночными воинами. — Она сжала ладони так сильно, что руки у неё задрожали. — Моя дочь превращает в фарс созданный мною институт. Институт, который оберегает Россию, а следовательно, и весь мир, от гнилой нежити. — Остановившись рядом с мужчиной с белым пером на шляпе, она похлопала его по плечу. — Без обид.
— Никаких обид, — прохрипел тот интеллигентным, южным говорком. — Мы знаем правила игры.
— Они что… — Элиас тряхнул головой, пытаясь прояснить мысли. — Роксана подумала, что он—
— Вампир? О, да, он самый. Они все вампиры. — Инесса наклонила голову. — И это бесит еще сильнее: она отказывается заниматься семейным бизнесом, хотя обладает даром интуиции. Она могла бы стать одной из лучших. Возможно, не такой смертоносной, как я. — Она повела плечом. — Но с другой стороны, а кто сравнится со мной?
Он с трудом пробивался сквозь накатившую вялость, пытаясь как можно лучше сопоставить полученную информацию, но глаза так и норовили закрыться, а руки висели вдоль туловища тяжелые, как штанги. — Что со мной происходит? — пробормотал он, не собираясь говорить это вслух.
Инесса улыбнулась. — В тебе скрыта сила, и мы бы хотели удерживать её в узде.
Сосредоточься. Сосредоточься. Борись с усталостью. Бывало ведь и хуже, верно? — Вы говорите, что вы истребительница? Уничтожаете… вампиров? — Его правое колено подогнулось, и он оперся о стену, чтобы не упасть. — Допустим, весь этот бред — правда. Почему вы сидите здесь, в одной комнате, вместе?
Она молчала так долго, что он уже засомневался, не отключился ли он и не пропустил ли её ответ. Наконец, однако, она промурлыкала: — На самом верху нет никаких разделений. Здесь только сливки общества, которые делают то, что необходимо, чтобы оставаться на плаву. — Её глаза оглядели его с ног до головы. — Думаю, из него выйдет отличный вампир, как считаете, парни?
