Развод. Одинока. Свободна. Ничья? (СИ) - Иванова Ксюша
Задержав дыхание, неверяще смотрю на то, как приподнявшись надо мной, она приставляет мой член к своему лону.
Я ласкать её хочу!
Впервые в своей жизни я хочу пробовать женщину на вкус!
Я хочу, чтобы она кончила подо мной, как никогда не кончала с мужем.
Вцепляюсь в простыню, сжимаю её изо всех сил, только чтобы не схватить её за ягодицы и не на садить на себя. Нельзя. Я столько терпел, что просто обязан дать ей ещё немного времени. Совсем чуть-чуть... Пусть привыкнет ко мне, пусть исследует, пусть поверит в то, что я ее не обижу...
Горячий ожог влажной плотью.
Осознание того, как туго обхватывает мой член её шёлковое лоно.
И её сдавленный стон.
И из меня рвется громкий несдержанный ей в ответ!
Мне кажется, она, испугавшись чего-то, собирается подняться — привстает, упираясь ладонью в мой живот.
И да, наверное, нужно себя держать в руках! Наверное, но...
Я просто не могу больше! Яйца поджимаются так, что я просто сдохну, если она сейчас даст заднюю.
Всё происходит на уровне инстинктов. Просто руки вдруг оказываются на её упругой попке, сжимают и с силой насиживают до упора.
Она кричит, падая мне на грудь.
И я пугаюсь, что может быть сделал больно.
И скрипя зубами заставляю себя просто лежать. Просто дать ей привыкнуть к себе.
Зацеловываю её лицо, её волосы. Она пахнет сладко и нежно. Моя женщина!
Но член уже ощутил это блаженство двигаться в ней! И его теперь трудно удержать в уезде! Бедра сами дергаются вверх, желая получить ещё больше трения и толчков.
Обхватив её за бедра, насаживаю на себя снова. Мне кажется, вот так, без защиты, это что-то особенное, что-то вдвойне чувствительное...
— А-а! Мммм! — выкрикивает на каждый толчок.
— Тебе больно? — заставляю себя спросить. Я не знаю, смогу ли остановиться, если она скажет, что да. Но я постараюсь.
Замирает, словно задумывается над вопросом.
Зависнув в состоянии, когда каждое следующее движение может привести к быстрому финишу, я заставляю её посмотреть на себя. Потому что я не хочу, чтобы ей было больно! Меньше всего я хочу именно этого! Лучше уж совсем без секса.
И то, что я вижу на её лице, приводит меня в дикий восторг! Её ротик распахнут в немом крике! Её расфокусированный взгляд смотрит словно сквозь меня. Кусает губку, чтобы не стонать.
И... Ерзает на мне, выпрашивая движений!
Ей всё заходит! Ей всё нравится! И что там этот придурок говорил? Она — бревно в постели? Да нет, она точно не бревно, просто он — идиот!
— Тебе нравится, — шепчу ей на ухо, прежде чем сбросить с себя. — И это тебе понравится.
Укладываю её лицом в подушку, приподнимая попку. С этого ракурса смотрится она просто офигенно! Удерживая обеими руками за бедра, медленно вхожу в нёе сзади.
Её бедра дрожат под моими пальцами!
Дотягиваюсь пальцами до её киски, выписываю круги по мокренькой плоти, вбиваясь сильнее. И она буквально сразу же начинает судорожно сокращаться на моем члене, горячо постанывая и кусая подушку!
Теряя голову окончательно, ускоряюсь, вбиваясь в неё изо всех сил. И едва успеваю выйти и залить спермой её спину. Растираю ее головкой по нежной коже.
И снова веду себя не так, как всегда.
Обычно в следующую минуту я либо уже начинаю собираться, либо ухожу курить, если планирую второй заход.
Но... Падаю на свою подушку...
Вижу, как ее рука тянется ко мне, пальчики ложатся на предплечье и осторожно гладят мою кожу.
Она как будто пытается прочувствовать мою реакцию, понять, как я буду себя вести дальше. Она как будто боится, что я ее оттолкну! Я не знаю, откуда такие мысли! Может быть я, действительно, её чувствую, а не фантазирую об этом?
Укладываю её голову себе на плечо.
С наслаждением вдыхаю запах ее волос.
Вздохнув, кладет руку мне на грудь.
Гладит.
Гладит.
Гладит...
32 глава. Исследовательница
Он вырубается почти сразу же, когда ЭТО заканчивается.
Слава Богу, что он засыпает! Иначе я бы точно сгорела со стыда.
Лежу щекой у него на груди.
С тоской смотрю на одеяло, сбившееся где-то в районе ног Темнейшества. Мне бы как-то дотянуться и прикрыть его.
Нет, в комнате не холодно, даже наоборот.
Нет, я не замерзла.
Нет, я не помешана на заботе о нём.
Просто...
Он спокойно спит, вообще не парясь над тем, что голый! А я в полутьме комнаты и глаз сомкнуть не могу! Потому что вынуждена лицезреть все подробности работы некоторых частей тела мужчины!
Да, процесс увлекательный!
Руслан спит, а кое-что работает. Хотя по логике вещей должно было бы отдыхать...
И вот опять!
Его огромный член поднимается, приходя в боевую готовность! Мамочки! У меня от какого-то, прямо-таки священного, ужаса перед ним немеет шея! Такое ощущение, что этот орган мне угрожает — покачивается, дергается, словно пытается разглядеть объект, то есть меня, выследить и... обезвредить!
Второй такой раз я точно не переживу. Я и в первый-то еле выжила! Такое ощущение, что между ног пробита дыра и при каждом, даже лёгком движении, ноет натертая там нежная кожа.
Но я все равно зачарованно наблюдаю.
Как так может быть, чтобы Темнейшество спал, а ОН работал?
Или он не спит?
Но тогда почему не укроется?
А может, он спит и ему снится что-то этакое, эротическое, типа того, что он недавно со мной делал. И поэтому организм реагирует на сон...
Глаза продолжают упорно лицезреть эрегированный мужской орган, не желая закрываться. А мысли возвращаются к нашему сексу.
Тут, надо сказать, есть над чем поразмышлять.
Это было... Феерично. По-другому не скажешь.
Я стонала, как бешеная кошка. Бешеные кошки вообще умеют стонать? Я промочила постель, и до сих пор, если пошевелиться, ощущаю мокрое пятно! Со мной никогда ещё такого не было!
Это был вообще, абсолютно не такой оргазм, какой я изредка организовывала для себя сама. Это был Оргазм! Да, именно так, с большой буквы!
Бедра сжимаются. Между ног тянет. Я думала, что он во мне не поместится, а он поместился, да еще и как! И то, как он толкался во мне... Мамочки! Это было очень сильно и быстро, так, что кровать ходуном ходила!
Ловлю себя вдруг на том, что рука, наглаживающая его грудные мышцы, самовольно сместилась на пресс.
Ооо, а пресс у него такой, что хоть в кино снимай! Он спит, а кубики все равно прощупываются! Так и должно быть? Или он не спит?
Заглядываю в лицо. Спит. Во всяком случае, глаза закрыты.
Глажу пресс. Внизу под пупком — дорожка тёмных волос.
Нет, Ксюша, не трогай!
Волосы эти плавно перетекают в жесткие колечки у него в паху.
Прислушиваюсь к его дыханию. Дышит Руслан глубоко и размеренно.
Мысли утекают в очень опасном направлении. И я, сбиваясь с дыхания, думаю о том, какой он, наверное, приятный на ощупь.
Он проснется, если потрогать?
Ну, я же и так трогаю! Всего ощупала уже! И он, кстати, не просыпается! Так что изменится, если я просто...
Додумать я не успеваю — рука тянется к гордо торчащему вверх члену. Палец трогает головку.
Она горячая и гладкая. И влажная...
И в то мгновение когда я уже решаюсь обхватить его и сжать, Темнейшество резко подхватывается со своего места. И в следующее мгновение я оказываюсь распята под его тяжёлым телом! А та самая, не желающая никак укладываться на покой, боеголовка утыкается мне между ног.
Грудь болезненно расплющивается этими его каменными мышцами...
Кусает меня за подбородок.
Впивается губами в шею!
— Ай-яй! — пищу от невыносимости всех этих ощущений.
— Я честно пытался спать, — целует в губы своими, растянутыми в улыбке. — Ты сама виновата.
— Я...
Ну, что скажешь?
Спровоцировала, так будь добра теперь отвечать за свои поступки!
Член настойчиво толкается мне между ног. Он раскаленный! Он большой! Совсем немного, одной головкой утыкается туда, куда нужно. И я невольно сокращаюсь, предчувствуя то самое, невыносимое растяжение, которое уже пережила из-за него недавно.
