Баллада о зверях и братьях (ЛП) - Готье Морган

— И что ты предлагаешь делать? — вскакиваю я на ноги, повышая голос. — Присягнуть на верность вашему королю? Остаться в Троновии и забыть всё, что я когда-либо знала? Что ты хочешь, чтобы я…

Он вскакивает, зеркально отражая мою позу, и требует:

— Останься со мной.

Все, включая меня, ошеломлены, и он быстро исправляется:

— Останься с нами. У тебя есть дом в Троновии, если ты этого хочешь. Ты ведь знаешь это.

— Атлас… — всё, что я собираюсь сказать дальше, застревает у меня на языке. Мой взгляд резко смещается с него на что-то, что мелькнуло чуть дальше в лесу. Я прищуриваюсь, пытаясь понять, действительно ли вижу нечто, о чём стоит беспокоиться. Мурашки бегут по коже, и я понимаю: что-то не так.

— Атлас, — шепчу я, распахнув глаза.

Он мгновенно понимает мой тревожный тон. Одним движением запястий он призывает две теневые сабли и поворачивается в ту сторону, куда я смотрю. Как только он готовится к бою, остальные тоже достают оружие.

Мы замираем в напряжённом ожидании. Мне хочется накрыть всех щитом, но, если я сделаю это слишком рано, тот, кто скрывается там, может не выйти на свет.

Проходят мучительные минуты, никто не двигается и не произносит ни звука. Я уже начинаю думать, что, возможно, мне просто показалось, но вдруг что-то вновь шевелится у кромки леса. На этот раз оно приближается. Я прищуриваюсь, чтобы разглядеть.

Существо выходит из тени, и лунный свет проливается на него, показывая его волкоподобное тело. Я точно знаю, что это не обычный волк, а нечто куда более зловещее. Подойдя ближе, оно демонстрирует проплешины на теле и глубокие шрамы, уродующие худощавое, но внушительное тело. Оно не выглядит особенно сильным, но острые когти и гибкая фигура говорят о скорости и смертельной опасности.

— Что это? — шепчу я достаточно громко, чтобы Ронан, стоящий рядом, услышал.

— Адская гончая, — отвечает он, когда мы замечаем её красные глаза. И этого объяснения мне вполне достаточно.

Слава звёздам, профессор Риггс с удовольствием делился со мной всеми знаниями о мифических существах, так что мне не нужно сейчас отвлекать кого-то множеством вопросов. Адские гончие — это облезлые волкоподобные твари, родом из Подземного мира. Дрогон использовал их для выслеживания врагов.

— Веспер, — бормочу я себе под нос. Возможно, она здесь, но более вероятно, что она отправила этих адских псов, чтобы выследить меня, если я покину Троновию.

«Где одна адская гончая, там будут и другие. Но бояться стоит не их, а их хозяев». Лекции Риггса всплывают в моей памяти. Мы видим одну гончую, но руки начинают дрожать от мысли, что может появиться кто-то из их хозяев.

Я думала, что Пожиратели Душ — это страшно, но они ничто по сравнению с онгоками. Тощие тела с неестественно длинными руками и костлявыми пальцами, лица скрыты под черепами оленей с раскидистыми, словно ветви деревьев, рогами. Они передвигаются медленно, почти лениво, но атакуют с неистовой яростью. Я надеялась, что Риггс преувеличивал их образ в своих исследованиях и зарисовках, но теперь понимаю: всё, что он рассказывал, правда, когда хозяин адской гончей выходит из леса.

Я замираю. Грубые наброски этих демонических созданий не передавали и половины их истинного ужаса.

Онгок издаёт пронзительный вопль на языке, которого я никогда раньше не слышала и, смею надеяться, никогда больше не услышу.

— Виджило, — произносит Атлас команду на троновианском, и остальные мгновенно разворачиваются, образуя круг, стоя спинами друг к другу. Я делаю то же самое, как только понимаю их замысел, и поворачиваюсь, напрягая всё тело в ожидании атаки. Я не знаю, что именно сказал этот мерзкий онгок, но уверена — Атлас понял, или, по крайней мере, осознал, что будет дальше.

Как я и боялась, с моей стороны леса появляются ещё две адские гончие со своими хозяевами, и сердце замирает в груди.

Я не боюсь. Я не боюсь. Я не боюсь.

Я повторяю эту фразу снова и снова в мыслях, не позволяя страху укорениться в моём сердце.

Ветки по обе стороны от меня начинают шуметь, и я замечаю ещё две пары существ. По моим подсчётам, нас окружили семь онгоков с их гончими. Один из тех, что передо мной, делает шаг вперёд, привлекая моё внимание. Он указывает на меня костлявым пальцем и шепчет голосом, который будет преследовать меня в ночных кошмарах:

— Девочка принадлежит Веспер. Остальные — нам.

Убедившись, что Веспер действительно послала их, я чувствую, как во мне вспыхивает гнев, а желание защитить друзей наполняет меня.

— Если вы хотите меня, придите и заберите.

Этих слов достаточно, чтобы онгок бросился на меня. К счастью, хоть эти адские твари и быстры, моя магия быстрее. Я бросаю щит вокруг нашей группы за секунду до того, как они достигают нас. Они с яростью обрушиваются на золотой барьер, не проявляя ни малейших признаков усталости.

— Каков план, Атлас? — спрашиваю я сквозь напряжение, сдерживая щит.

— Разделяемся, — отвечает он, подходя ближе. — Эрис и Финн, берёте север. Никс и Ронан — строго на восток. Я отведу Шэй к хижине и буду ждать вас там. Будьте там к утру, ясно?

Когда все соглашаются, я жду дальнейших указаний.

Он прижимается ко мне грудью и шепчет на ухо:

— Вместо того чтобы просто убрать щит, сможешь ли ты отбросить его, как волну?

Я киваю:

— Да.

— Отлично, — говорит он мягко, его дыхание щекочет мне ухо. — Это даст нам несколько секунд форы.

— Скажи, когда.

Я чувствую, как его руки обхватывают мою талию, словно он собирается удержать меня после толчка.

— Сейчас!

Вместо того чтобы опустить щит, я делаю, как сказал Атлас: выбрасываю руки вперёд, взрывая золотую преграду в сторону нападавших. Взрыв настолько мощный, что сбивает их с ног и на мгновение оглушает.

— Вперёд! — кричит Атлас, хватается за мою руку и тащит в противоположную сторону от остальных.

Со скоростью молнии мы вскакиваем на лошадей и срываемся с места.

Меня тошнит от бешеной скачки, но Атлас надёжно удерживает меня перед собой, пока мы мчимся сквозь безлистные деревья. Я осмеливаюсь обернуться и вижу, что три группы преследуют именно нас.

— Мы не можем привести их в деревню, Атлас, они всех убьют…

— Знаю, — перебивает он. — Поэтому мы направляемся к реке.

— К реке? Но она же… замёрзла?

— Онгоки не умеют плавать. Если они последуют за нами на лёд, просто взорви его у них под ногами.

Его быстро обдуманный план начинает выстраиваться у меня в голове. Он знал, что большинство онгоков погонятся за мной, и лучшим способом победить их будет испытать их волю, угрожая тем, чего они не смогут одолеть, — водой.

Когда мы достигаем реки, мы спрыгиваем с лошади, и Атлас похлопывает по своей кобыле, заставляя её унестись вниз по берегу, а белая кобыла с нашими припасами уносится следом. Схватив за руку, Атлас тянет меня через замёрзшую реку. Мы скользим и спотыкаемся по пути к центру, и, хотя я чуть не падаю не меньше шести раз, я ни разу не ударяюсь о лёд — Атлас не позволяет.

Мы добираемся до середины, как вдруг онгоки и их адские гончие начинают пересекать реку вслед за нами. Я не заметила у них оружия, что означает: единственная их тактика — это ближний бой. Я не настолько наивна, чтобы верить, что смогу победить их в рукопашной, несмотря на всё, чему научилась. Одного удара когтей хватит, чтобы лишить меня конечности.

— Целься в грудь, если они подойдут слишком близко, — Атлас удерживает меня в равновесии. — Ломай лёд под ними, только если они на расстоянии. Я не хочу, чтобы ты провалилась.

Я киваю:

— Грудь и лёд.

— Воздвигни щит, — приказывает он.

— А ты?

— Не думай обо мне, — его фиолетовые глаза встречаются с моими. — Что бы ни случилось со мной, защищай себя. Поняла?

Я хочу возразить, но времени нет. Онгоки натравливают своих гончих на нас, и Атлас, скользя на коленях вперёд, разрубает одно из чудовищ своими теневыми клинками, рассекая грудь и шею зверя. Он вскидывает голову на двух оставшихся псов, пока три части расчленённого тела разлетаются по льду.