Феромон (ЛП) - Стунич С. М.
Табби вскакивает на ноги, и я следую за ней, позволяя ей приблизиться к моему лицу.
— Ты всегда была жалкой, — шипит она на меня, вымещая свою ярость на первом человеке, которого видела за последние недели. — Джейн рассказывала, как печально, что ты работаешь до седьмого пота на людей, которые считают тебя ниже раба.
Я скрещиваю руки и жду, давая ее желчи излиться. Она потеряла все. Она никогда больше не будет беззаботной поп-звездой с огромным трастовым фондом. Теперь она нечто совсем иное: грязный, растрепанный и одинокий человек.
— Ты, наверное, счастлива быть здесь и трахать какого-то случайного инопланетянина. Что тебе терять на Земле? Ничего.
Я качаю головой и смотрю в пол.
— У меня четверо братьев и сестер, — говорю я ей, желая дать ей пощечину, но зная, что не могу. — У меня любящие родители. У меня пятеро кузенов, с которыми я суперблизка. Мои тети и дяди все присутствуют в моей жизни. У меня все еще живы две пары бабушек и дедушек. У меня огромный круг друзей, со школы, колледжа и универа. Табби, мне есть много что терять, — я снова смотрю на нее, просто грустного, злого человека на чужой планете. — Так, может, мы могли бы просто сотрудничать пока?
Идея застрять здесь с Табби Кэт в качестве единственного другого человека… удручает. Если я собираюсь жить здесь, я бы хотела, чтобы Коп-Парень хотя бы забрал ее. Понимаете, о чем я? Опоссум, впрочем, может остаться.
Табби толкает меня.
Появляется Абраксас, яростно хватая ее хвостом так, как он никогда не делал со мной. Он прижимает ее руки к телу и сжимает достаточно сильно, чтобы ей было трудно говорить. Он осторожен, чтобы не сбросить Мадонну с ее плеча, что я ценю.
— Я помещу ее в другое логово. Если она там не останется, она умрет в лесу сегодня ночью. Это будет ее выбор.
Он разворачивается и уносится прочь, прыгая в деревья, пока я оседаю обратно к стене, закрыв глаза. Я внезапно так устала, что могла бы просто свернуться калачиком на металлическом полу и уснуть.
Но мне не нужно, потому что… барабанная дробь… у меня есть красивое гнездо.
Я открываю глаза, чтобы взглянуть на Зеро.
«Прибыл еще один человек. Интригующе».
— Разве? — язвлю я в ответ. — А разве ты не видела десятки и десятки людей? Всех тех, кого Абраксас трахает, а потом ест?
«кринж»
Вот что она пишет. Хорошо. Она заслужила этот ответ, не так ли?
«Ты правда веришь, что Фалопекс придет? Если так, ты улетишь с ним?»
Я не отвечаю на это, перебираясь в гнездо и раздеваясь, чтобы дождаться Абраксаса.
Он доволен, найдя меня голой в своей постели.
— О, моя маленькая самка… — рычит он, крадясь ко мне.
Он снова овладевает мной своим брачным членом, а затем сворачивается, чтобы уснуть, частично укрыв меня собой.
Глава 17
Табби Кэт объявляется ранним утром, уставившись на мою голую задницу, пока я замираю у дверного проема корабля; солнечный свет падает сквозь облака, заставляя мою жемчужную кожу светиться. Я тру сонные глаза рукой.
— Слышала про цивилизацию? — издевается она, отводя взгляд, но я лишь пожимаю одним плечом.
Иногда круто быть голой. Кого мне здесь бояться? Мы с Табби единственные люди, а Абраксас не подпустит ко мне никого и ничто. Кто вообще может застать его врасплох?
— Надень что-нибудь, Эвелин.
— Я бы предпочла не делать этого, Табита Кэтрин, — я скрещиваю руки и прислоняюсь плечом к стене, ухмыляясь. — Как тебе спалось прошлой ночью?
— Твой парень без члена оставил меня одну в крошечной капсуле, кишащей насекомыми. Как, блядь, по-твоему, я спала?
Она проносится к краю корабля и оглядывается, словно ожидает увидеть удобную лестницу, веревку или что-то в этом роде.
— Приятно знать. Рада видеть, что ты благодарна нам за вчерашнее спасение, — я приседаю на корточки и ухмыляюсь ей со своего места внутри корабля. — Кстати, он не без члена. У него два члена и бесконечная выносливость. Но продолжай искать что-нибудь еще, чтобы оскорбить меня. Уверена, ты скоро что-нибудь придумаешь.
Табби таращится на меня, прежде чем с раздражением захлопнуть рот. Мадонна выползает из ее кармана, взбирается по платью и сворачивается калачиком у нее на плече, шипя на меня.
— Ты не собираешься помочь мне подняться? — требует она, как раз перед тем, как Абраксас появляется из леса.
Он подхватывает ее хвостом, запрыгивая наверх, и она кричит; звук обрывается, когда он небрежно швыряет ее в нишу. Она приземляется с глухим звуком на мою брошенную меховую постель; опоссум забирается к ней за пазуху и устраивается там.
— Она теперь знает, что у тебя два члена, — говорю я ему, и он ухмыляется мне, сваливая охапку палок на пол, чтобы развести огонь. — Пришлось сказать ей: она не унималась.
— Я твой, чтобы хвастаться, моя самка. Если я встречу других Асписов у источников, я обязательно расскажу им о твоем шелковистом, наполненном нектаром канале и его диких, неистовых сокращениях.
Мои щеки вспыхивают, но, по крайней мере, Табби не понимает, что он говорит.
— Что это за хрень? — спрашивает Табби, указывая на мертвое животное, которое моя пара только что сбросил на пол между нами.
Я бы ответила на ее вопрос, но, честно говоря, понятия не имею, что это за существо. Э-э. Оно похоже на птицу, но у него лишние крылья и лишние глаза, а на концах ног копыта. Так что… пернатая козло-птица. Ага. Ладно.
— Завтрак? — предлагаю я, пожимая плечами.
Я помогаю Абраксасу разложить палки для костра, и он его зажигает. Когда он переходит к своей добыче и начинает разделывать ее, Табби отворачивается и прячется в углу.
— Что ты ела все это время? — интересуюсь я, точно зная, что умерла бы с голоду без Абраксаса.
— Тревор и Тейлор кормили меня. А потом орки кормили меня. Я голодала несколько дней.
Она наконец поворачивается, чтобы посмотреть через плечо на мясо, которое Абраксас срезает с трупа. Табби сглатывает и облизывает сухие, потрескавшиеся губы. Ее волосы все еще удивительно розовые на кончиках, но они свисают сосульками и сальные, и выглядит она паршиво.
Я отдам ей должное: она не съела Мадонну. Браво. Я предполагаю, что Мадонна сама находила себе еду. Она все еще выглядит достаточно упитанной. Эм, наверное. Я мало что знаю об опоссумах.
— Давай поедим, а потом помоемся, — предлагаю я, бросая взгляд на Абраксаса. — Я полагаю, что мое обоняние далеко не такое хорошее, как твое, но черт, она воняет.
— Ее запах отвратителен, — соглашается он без злобы. Просто факт.
— Эм, извини? Можно подумать, ты не воняешь тоже ужасно. От тебя несет спермой дракона.
Это заставляет меня рассмеяться. Может, она и права, ХЗ, но скажу вам вот что: я не чувствую ничего подобного тому, как пахнет эта сучка.
— Я говорила тебе, что у нас есть туалет? — говорю я с улыбкой.
Глаза Табби вылезают из орбит, и она следует за мной в ванную, разражаясь слезами счастья, когда видит его. Я хлопаю ее по плечу.
— Не торопись и не стесняйся использовать любые листья в качестве туалетной бумаги. Только не засри нашу питьевую воду.
Я указываю на нее, а затем ухожу из комнаты, садясь на пол и прижимаясь спиной к свернувшемуся телу Абраксаса.
— Мы, возможно, захотим перебраться в новое логово, — говорит он, но не так, будто расстроен, а просто задумчиво. — Как я сказал, нам понадобится логово побольше для нашего ребенка, так что это не полное неудобство.
— Я хочу другое логово с туалетом, — говорю я, поворачивая голову, чтобы посмотреть на него снизу вверх.
Мне жаль Зеро, но куда бы мы ни переехали, я буду следить за ней, чтобы сдать ее Копу-Парню — если он когда-нибудь появится.
— Ты думаешь, это будет возможно? Кажется, здесь полно кораблей на выбор.
— Мы будем искать столько, сколько нужно, чтобы сделать тебя счастливой, моя пара.
Он делает паузу, и я чувствую так много других невысказанных вещей, которые нужно обсудить. Я страстно желаю, чтобы Табби Кэт не было рядом, чтобы слышать мою часть разговора.
