Изломанная душа (ЛП) - Би Ли Морган

Бэйл рычит на меня, его глаза мерцают более темным янтарным оттенком, как будто его раздраженный дракон находится прямо под поверхностью. — Они примут ее. Не каждая семья — такой дерьмовый кошмар, как твоя.

— У твоей семьи есть свой вопиющий набор неудач, — огрызаюсь я.

— Да? По крайней мере, моя не лгала мне о моем проклятии только для того, чтобы я всю жизнь оставался несчастным гребаным одиночкой.

Я вздрагиваю.

Мэйвен напрягается.

Бэйлфайр немедленно закрывает рот, хватаясь за голову. — Черт. Да, я понял это, как только сказал. Слишком рано. Прости, Снежинка.

Я пытаюсь быстро сменить тему. — Если мы едем на территорию его семьи в Канаде, нам следует…

— Эверетт, — Мэйвен рычит через связь, пригвождая меня свирепым взглядом.

— Это действительно не важно, Подснежник. Я привязан к тебе, и ничто другое больше не имеет для меня значения.

Она поджимает губы. — Вот почему твои способности оказались намного сильнее и острее. Пророчество было обманом. Твое истинное проклятие как-то связано с твоим контролем. Не так ли?

Значит, она тоже уже подозревала это.

Я киваю и снова пытаюсь двигаться дальше, благодарный, когда Мэйвен молчит и не заставляет меня больше ничего говорить по поводу этой крайне неприятной новой информации.

— Как я уже говорил, мы должны использовать человеческие средства, например, взять напрокат автомобиль. Магию перемещения отследить слишком легко, а отсюда до горного хребта Перселл меньше дня езды.

Никто не спорит. На мгновение становится тихо.

Затем Крипт ухмыляется. — Пока мы позволяем нашей девушке вести машину. Я хочу сидеть сложа руки и наблюдать, как другие машины на дороге паникуют.

Бэйлфайр смеется, но Мэйвен приподнимает бровь.

— Ты задница. Но на самом деле… Я бы не прочь поспать, пока кто-нибудь другой ведет машину.

У меня тает в груди, когда я понимаю, насколько она, должно быть, чертовски устала. Крипт немедленно притягивает ее к себе для нежного поцелуя.

— Конечно, любимая. Они со всем справятся.

— Они? — Сайлас хмурится. — И что именно ты будешь делать?

Инкуб ухмыляется и ведет Мэйвен в ванную. — Приводить в порядок нашу девочку.

Везучий гребаный ублюдок.

28

Мэйвен

— Мэйвен, Как-там-твое-второе-имя, Оукли, — голос Кензи потрескивает в моем телефоне.

Это кажется громким. Я почти уверена, что это означает, что телефон снова включен на громкую связь, но поскольку я понятия не имею, как выключить эту чертову штуку, я устраиваюсь на коленях у Бэйлфайра, чтобы звук не так громко звучал у него в ушах.

— Кензи, Как-там-твое-второе-имя Бэрд, — отвечаю я, не совсем понимая, зачем нам эти полные имена.

Мы сидим в просторном среднем ряду автомобиля, который Эверетт кропотливо выбрал в каком-то пункте проката в родном городе Кензи. Это самая хорошая машина, в которой я когда-либо ездила. Сайлас ведет машину, а Эверетт сидит на пассажирском сиденье, хмуро просматривая сообщения на телефоне, который он купил перед отъездом из Небраски.

Я настояла на том, чтобы Сайлас покормился мной, чтобы исцелить плечо моего ледяного элементаля, прежде чем мы уедем. Он питался немного, но, по крайней мере, этого хватило на исцеление волчьего укуса.

Крипт растянулся, развалившись на заднем ряду, который находится в его полном распоряжении, и наблюдает за проплывающей снаружи дикой природой, поигрывая зажигалкой. Я отмечала, как часто загораются его отметины. Это намного меньше, чем было до нашей связи, что не имеет смысла. Смерть ДельМара должна была вызвать новые всплески на Границе, которые должны были безумно повлиять на Лимб.

Если только… Может быть, связь со мной каким-то образом помогает.

Я смотрю в окно на бесконечные зеленые сосны, припорошенные снегом. Я не знаю, где мы сейчас, но я точно знаю, что начинаю чувствовать голод после долгого сна, в который я впала ранее.

— Девочка, новости, — требует Кензи, снова привлекая мое внимание. — Сейчас. Иначе я буду вынуждена начать преследовать тебя.

— Не-а. Эта роль уже занята, — кричит Крипт сзади.

Львица-оборотень вздыхает. — Опять громкая связь, да, монашка?

— Я ненавижу технологии.

— Знаешь, мне почему-то кажется, что они ненавидят тебя больше. Но в любом случае, поздравляю с уничтожением этого чудака-гидры. Он мне никогда не нравился — этот раздвоенный язык, который иногда лижет глазное яблоко? Просто фу.

Я хмурюсь, бросая взгляд на Бэйлфайра, чтобы понять, знает ли он, откуда Кензи известно о моем недавнем убийстве. Он пожимает плечами и возвращается к тому, чтобы удовлетворенно потереться носом о мою шею сбоку.

Находясь вот так в его больших, теплых объятиях, я чувствую себя странно изящной и избалованной. Несмотря на то, что Эверетт беспокоился из-за того, что мы не пристегнуты ремнями безопасности, до сих пор я получала огромное удовольствие от поездки на машине.

Особенно потому, что я чувствую, какая толстая и твердая эрекция у моего оборотня в штанах. У меня возникает искушение сопротивляться, но я сдерживаюсь, чтобы не сорвать нашу поездку, потому что я уверена, что Сайлас остановится, если я что-нибудь начну.

Я могла бы пересесть на свое место, чтобы не отвлекаться ни на что сексуальное… но всякий раз, когда мы наезжаем на большую кочку, он тихо стонет, и это слишком чертовски аппетитно, чтобы сдаваться.

— Как ты узнала? — Спрашиваю я Кензи, возвращаясь к текущей теме.

— Ну… это вроде как во всех новостях. Вместе с очень жестким снимком тебя на месте преступления. На самом деле они почти ничего не подвергали цензуре.

Я ожидала именно этого. Какой бы охотник за головами ни слил фотографию, я уверена, что «Совет Наследия» взбешен.

— Мир сходит с ума из-за смерти одного из участников «Бессмертного Квинтета», а «Совет Наследия» все еще говорит наследникам держать все в секрете, потому что они сами не знают всей ситуации, и… тьфу, это полный бардак, — стонет Кензи. — Не говоря уже о том, что несколько часов назад на Границе произошел огромный всплеск. Говорят, она начинает распространяться вглубь страны, поэтому на Восточном побережье было отдано еще больше приказов об эвакуации.

— Черт, — морщусь я.

— Не расстраивайся! — протестует Кензи. — Я имею в виду, может быть, тебе немного не по себе, потому что это ужасно для людей, и все больше теневых демонов проникает в мир смертных и прочего дерьма — но помимо этого, ты делаешь это ради благого дела. Великого дела. Эти бедные люди в Нэтэре заслуживают того, чтобы жить настоящей свободной жизнью в мире смертных, поэтому я поддерживаю тебя до конца.

— В этот момент я начинаю задаваться вопросом, что мне нужно сделать, чтобы ты перестала поддерживать меня так безоговорочно, — шучу я.

Она хихикает. — Я имею в виду, я думаю, если бы ты впала в неистовство и убила кого-то из моего квинтета или семьи, я бы чертовски разозлилась.

О.

Черт. Я все еще не рассказала ей об убийстве брата Луки.

Бэйлфайр чувствует мое напряжение и отстраняется, нахмурившись. — Ты в порядке, Мэйфлауэр?

Я быстро киваю, меняя тему. — В любом случае… как ты?

Кензи некоторое время разглагольствует о том, какие идеальные каникулы прошли с ее семьей и какой невероятный у нее квинтет.

— Я имею в виду, мы все все еще очень надеемся, что найдем нашего заклинателя при следующем поиске, — вздыхает она. — Я знаю, что до этого еще почти год, но такое чувство, что мы просто…

— Неполные?

— Да. Я не знаю, как это объяснить. Я не могу насытиться своим квинтетом, и мы все без ума друг от друга, но динамика почему-то не совсем правильная. В глубине души мы все знаем, что это потому, что кого-то здесь нет с нами.

Оглядываясь сейчас на Поиск, я чертовски рада, что все мои партнеры были там. Какое удачное время — особенно учитывая небольшую разницу в нашем возрасте.